чёрного мрамора, вены которого поблёскивали серебром. Высокие потолки с ребристыми арками. Стены украшали потускневшие гобелены, потолочные фрески со сценами охоты, танцев, и чего–то более древнего, что лучше не разглядывать слишком пристально.
Дамиан и Люсиан чувствовали себя здесь совершенно спокойно. Меро и Селис давно растворились, где–то в глубине цитадели. Аделин не спросила, куда и, что удивительно, ей было всё равно. Её взгляд цеплялся за окружение.
Слуги в чёрных одеждах беззвучно скользили мимо, как отражения на воде. Они не обращали внимания ни на неё, ни на её порванную одежду, грязь, кровь. Только на мгновение, встречая Дамиана или Люсиана, останавливались и коротко склоняли голову:
– Добро пожаловать.
И вновь уходили, будто их и не было.
Они свернули в очередной длинный коридор.
– Всё северное крыло принадлежит моей семье, – сказал Дамиан негромко, но в тоне его сквозила непривычная твердость. – Здесь ты будешь в безопасности.
Безопасность в логове вампиров. Аделин чуть скривила губы, даже самой себе это прозвучало как горькая насмешка, но промолчала.
– Комната твоя будет смежной с моей, – добавил он чуть позже, будто нарочно выждав паузу. – Так будет проще…
– Тебе бы, брат, привести себя в порядок, – лениво протянул Люсиан, скользнув по Дамиану внимательным взглядом, – и подкрепиться, а то она будет не довольна.
Она?
Аделин не успела задать вопрос, но Люсиан уже исчез в одном из боковых проходов, оставив их наедине, будто специально.
Дамиан остановился у двери и толкнул ее. Тяжёлое дерево мягко отворилось.
– Твоя комната.
Аделин замялась у входа и посмотрела на красивое до боли лицо Дамиана. Ей не хотелось оставаться одной.
ГЛАВА 34
Тёмная мебель с изогнутыми спинками, полированные поверхности, отливающие в мягком свете, бархатные шторы, густо струящиеся до самого пола. Всё в этой комнате было сдержанно, но безукоризненно красиво.
Свет исходил от двух настенных ламп, похожих на расплавленные лепестки лилии, обволакивающий, как дыхание.
За арочными окнами клубился туман. Он гасил очертания города, прятал линии крыш и сглаживал мир за стеклом.
Оставшись одна Аделин, не знала куда себя деть. Тело двигалось само по себе, мысли рассыпались. Всё внутри казалось вязким, как грязь после дождя. В голове звенела давящая тишина.
Из комнаты вели две двери. Одна, как и говорил Дамиан в смежную комнату, противоположная в ванную. Аделин замерла.
Ванная комната оказалась почти неприлично роскошной.
Стены отделаны камнем, гладкий пол цвета молочной яшмы. Каменная купель, полукруглая, с краями, отполированными до зеркального блеска. Горячая вода в ней уже поднималась вверх лёгким паром, и пахла можжевельником. На мраморной скамье были сложены мягкие полотенца.
Аделин вздохнула, вспоминая общую душевую в Академии. Постоянную спешку, тесноту, неловкость девичьих тел.
Руки дрожали, когда она стянула с себя мундир, ткань, уже почти слипшаяся от засохшей крови, грязи и пота, неохотно отрывалась от тела, как вторая кожа. Каждое движение отдавалось болью в плечах, в боку, в спине.
Тепло обволокло, будто ласковое одеяло. Аделин с минуту просто сидела, позволяя дыханию выровняться. И вдруг, поддавшись неожиданному порыву, позволила себе соскользнуть под воду с головой.
***
Завернувшись в мягкое полотенце Аделин, вернулась в спальню. Она чувствовала, что горячая ванная помогла сбросить хоть часть напряжения.
На кровати уже лежала приготовленная для нее новая одежда. Она подошла ближе и скользнула пальцами по ткани. Она оказалась невероятно тонкой, почти прозрачной на ощупь, прохладной, как вода.
Она медленно вдохнула, отстранив руку, будто платье могло обжечь. Было в этом ощущении что–то тревожное. Оно не напоминало о защите или о чём–то, к чему она привыкла. Оно будто подчёркивало её уязвимость.
И в этот момент до неё донёсся странный звук. Глухой, едва различимый, похожий на сдержанный вдох или тяжёлое дыхание. Аделин вздрогнула и обернулась. Дверь в смежную комнату почему–то оказалась приоткрыта.
Она подошла ближе, не делая резких движений, не собираясь врываться, просто хотела убедиться, что всё в порядке. Может быть, даже сказать, что–то или немного посмотреть на него…
Аделин осторожно заглянула внутрь и воздух застрял, где – то в горле.
Дамиан сидел в тяжёлом кресле у камина, а на его коленях устроилась молодая женщина, обнажённая до ключиц. Её поза была покорной, глаза прикрыты, а шея беззащитно откинута вбок. Дамиан держал её одной рукой поддерживал её за затылок, а другая обвивала талию.
От глупого и нелепого чувства внутренности Аделин будто инеем покрылись.
Она не успела даже подумать, прежде чем уже распахнула дверь.
Громкий, резкий звук нарушил тишину комнаты, и девушка в кресле вздрогнула. Дамиан поднял голову и его кадык нервно дернулся, когда он окинул ее взглядом, стоящую в дверях, в одном полотенце, с раскрасневшимися щеками и широко распахнутыми глазами.
Не обращая внимания не девушку, он встал и быстро подошел к Аделин.
– Что – то случилось? Ты поранилась? – его взгляд метался по ее лицу и телу.
– Я… – Аделин тяжело дышала. – Я… ты… ты собрался укусить эту девушку?!
Она прозвучала глупо.
Дамиан отпрянул на полшага.
– Аделин… – его руки дрогнули и медленно опустились. – Ты же знаешь, кто я. Если я не буду пить кровь, я умру.
Аделин опустила взгляд. Пальцы бессильно сжались в полотенце. Её сердце колотилось как бешеное. Она не могла объяснить себе, почему это было так больно, почему её разрывало на части, почему она это делает.
– Бери мою, – тихо пробормотала она.
Дамиан медленно поднял её подбородок, заставляя посмотреть в глаза.
– Скажи это снова, – хрипло прошептал он.
Аделин встретилась с его взглядом. В его глазах уже расползалась знакомая ей темнота.
– Бери мою кровь.
ГЛАВА 35
Дамиан подхватил Аделин на руки и отнёс к постели. Он опустился на край и мягко усадил её перед собой, так, чтобы она оказалась спиной к его груди.
Его пальцы скользнули по её спине и медленно отодвинули еще мокрые волосы. Он делал это осторожно, с каким–то почти болезненным вниманием, будто боялся спугнуть. Когда кончики его пальцев едва заметно задели её плечи, по коже Аделин побежали острые мурашки.
Она затаила дыхание, когда почувствовала мимолётный поцелуй на изгибе шеи. Трепещущее касание и всё тело напряглось, будто ожидая.
– Я буду пить только твою кровь, – прошептал он ей на ухо обволакивающим голосом. – Но при одном условии. Ты тоже будешь пить мою.
Аделин медленно повернула к нему голову.
– Зачем?
