холодно бросил Дамиан. – Она наш рычаг. Охотники сделают всё, чтобы заполучить её обратно и пока она здесь, они у нас на крючке.
– Скоро узнаем сколько из нас думают так же.
ГЛАВА 37
Аделин проснулась внезапно. Сердце путалось в ритме, сбивалось и вновь набирало темп.
Колокол не звенел.
Эта простая, почти бытовая мысль ударила первой. Она резко приподнялась, опершись на локти, и в следующие несколько секунд вглядывалась в сумрак, не узнавая ничего вокруг. Кровать под ней была слишком мягкой. Вокруг царил рассеянный полумрак и тишина, от которой звенело в ушах.
Понимание пришло медленно, но неумолимо, как яд, расползающийся по венам. Она в самом сердце вампирской жизни!
На щеках мгновенно проступил жар, от воспоминаний, что она позволила делать Дамиану. Аделин судорожно провела ладонью по лицу, как будто могла стереть сам факт своего поступка. Она добровольно подставила ему шею!
Во рту мгновенно пересохло. Она осторожно коснулась своей шеи и почти разочарованно ощутила, что раны уже затянулись.
– Сумасшествие, – выдохнула она.
Как смеет она чувствовать такое удовольствие от столь унизительной вещи? Как смеет она надеяться на продолжение?
С глубоким вздохом Аделин медленно встала и холодный пол встряхнул сознание. Только теперь она заметила, что на ней была белая ночная сорочка. Простая, но на удивление тонкая, почти прозрачная на свету. Кто ее одел? Дамиан?
От самой мысли её бросило в жар и озноб одновременно. Противоречие сводило с ума. Желание и стыд, страх и странная привязанность больно били по нервам.
На кресле она заметила уже приготовленную для нее новую одежду. Тяжелое платье глубокого винного цвета с корсажем и кожаными манжетами.
На столике у камина стоял завтрак. Чашка чая, ещё тёплая, хлеб, фрукты и немного варенья. Его точно принесли не давно.
Аделин подошла к двери и резко дёрнула ручку. Механизм не поддался. Конечно! Чего еще она ожидала? На секунду внутри вспыхнуло бешенство, но резко обрезалось интересной мыслью.
А может в ее нынешнем положении есть плюсы? Может ей удастся узнать, кто убил ее семью? Может Дамиан согласится помочь ей? Вампирам это выгодно.
***
Зал Ноктурната утопал в полумраке. Потолок терялся в готических сводах, а редкий алый свет, пробивавшийся сквозь витражи, скользил по полу, как потоки застывшей крови.
Зал, выстроенный из черного камня с вкраплениями обсидиана, скрывал в себе старую власть, перед которой даже вечность склоняла голову.
Вдоль круглого стола сидели представители древних родов.
Дамиан стоял немного в стороне, он почти не шевелился, но его напряжение было сложно спрятать. Рядом с ним, небрежно облокотившись на колонну, стоял Люсиан, спокойный, как кошка у костра.
– Она слишком опасна, – произнёс седовласый вампир, поднявшись, а глаза цвета выжженного янтаря блеснули. – Охотники стремятся вновь активировать Круг Крови. Если эта девочка попадёт к ним последствия будут необратимы. Мы уже однажды проиграли.
– Мы проиграли из–за собственного тщеславия, – вмешалась черноволосая вампирша с хищными скулами. – Девочка у нас и это… крайне выгодно. Мы можем направить её использовать.
– Использовать? – хмыкнул кто–то из младших Редмаров, откинувшись в кресле. – Сначала они всегда полезные, пока не перестают слушаться.
Голоса за столом стали разниться и наливаться ядом. Кто–то предложил взять её кровь и изучить, кто–то сделать инструментом, кто–то разрезать и по капле извлечь особенность крови Первых охотников.
Взгляд Дамиана становился всё темнее. Он слушал и с каждой новой фразой в нём нарастало ледяное бешенство. Он поднял глаза и встретился с взглядом Иссиль. Ее губы медленно растянулись в улыбке, а взгляд насмехался: «Ты ожидал чего – то другого?»
Дамиан шагнул вперёд, но его опередил Люсиан. Он вышел неспешно, с ленцой, как будто вошёл в зал случайно.
– Друзья, – протянул он. – Вы рассуждаете так…
Он позволил себе паузу, обвёл взглядом весь круг.
– …будто утратили свои прожитые века, будто забыли, что нет ничего более глупого, чем спешка в бессмертии.
– Говори, по сути, Люсиан, – проворчал кто–то.
– А я, по сути, – отозвался тот, приподнимая бровь. – Вы хотите убить. А я говорю: давайте не торопиться. Убить мы всегда успеем. Это ведь у нас получается безупречно. Девочка Левантеров жаждет мести. Неужели вам всем не интересно?
– Интерес не аргумент, когда речь идёт о безопасности, – отрезал тот, что с янтарными глазами.
– Неужели... вы испугались? – мягко спросил Люсиан, улыбнувшись, как дитя, впервые сказавшее неприличное слово.
– Закрой рот, Люсиан! – сорвалось с чьих–то губ, но слишком поздно.
С ухмылкой на лице он уже вернулся на своё место. Голоса ещё звучали, споры продолжались, но все понимали, что решение принято. Аделин никто не тронет… пока.
Люсиан, не оборачиваясь, склонился ближе к Дамиану и негромко, почти игриво шепнул:
– Считай это моим извинением. За Меро, Селиса… и за всё, что они тогда с ней сделали.
ГЛАВА 38
У Аделин было слишком много времени, чтобы думать и она изо всех сил пыталась направить мысли в нужное русло, выстроить их в логическую цепочку, заставить себя сосредоточиться на том, что действительно важно.
Она сидела у окна, на низкой скамье с мягким сиденьем, поджав под себя ноги, в этом дурацком неудобном платье. Она бы предпочла обычную рубаху, да брюки.
Мир за окном постепенно заволакивала бархатная ночь, будто мир за пределами стекла задерживал дыхание.
Аделин заставляла себя размышлять логично.
Если Дамиан смог внедриться в Академию, стать одним из наставников, значит могут быть и другие. Сколько? Где? Что если даже рядом с Советом Охотников вампирские глаза и уши?
Раньше бы такая мысль вызвала у неё панику и пальцы рефлекторно сжались бы на рукояти кинжала. Но теперь… теперь она, вопреки себе, надеялась, что это правда.
Потому что, если у вампиров есть шпионы среди охотников, то возможно, у них есть ответы на ее вопросы.
И если информация у них действительно есть… какую цену они за неё запросят? Она заставила себя подумать и об этом. Заранее. Чтобы не питать иллюзий.
Она чуть крепче обхватила себя руками, как будто хотела сдержать собственные мысли. Её выучка, холодный разум, всё, чему её учили, должны были удержать её от истерики.
Но…
Стоило ей хоть на мгновение отпустить концентрацию, мысли тут же убегали к нему. К Дамиану. Где он? Почему оставил? Когда вернется? Вернется ли? Вдруг у него неприятности из – за нее? Эти мысли
