Читаем без скачивания Кровь драконов - Робин Хобб

Гест громко забарабанил в дверь, но ему никто не открыл. Дождь уже разошелся не на шутку. Гест навалился плечом на створку и сумел приоткрыть ее на ширину ладони.

Он заглянул в темную комнату.

– Реддинг!

Его оклик был прерван: загорелая сильная рука внезапно пережала ему горло.

– Молчать! – приказал голос, который был ему слишком хорошо знаком.

Дверь открыли чуть шире – и Геста втащили в древесную комнатушку. Он споткнулся обо что-то мягкое и рухнул на колени. При падении рука, пережимавшая его горло, исчезла. Гест закашлялся: ему не сразу удалось вздохнуть как следует. А к этому моменту дверь захлопнулась.

Единственный свет в комнате давали угли в маленьком очаге. Гест с трудом различил, что выход наружу был уже заблокирован – причем не предметом мебели, а человеческим телом. В этот момент рослый калсидиец встал перед Гестом и преградил ему путь к свободе.

Тело не шевелилось, а в комнате воняло.

– Реддинг!

Гест протянул руку вперед и нащупал грубую хлопчатую рубаху.

– Нет! – В голосе калсидийца звучало глубочайшее презрение. – Нет, это Арих. Он пришел один. Твой человек поначалу справился неплохо. Он передал посылку, и Арих перед смертью успел понять ее значение. Но после такого ужасного провала нельзя было допустить, чтобы он успел что-то выяснить или проболтаться. Кроме того, у него оставались вопросы, на которые у твоего человека ответов не имелось, и я был вынужден вмешаться. Арих был удивлен, увидев меня, – почти так же сильно, как и твой напарник. Перед тем как я расправился с Арихом, он сказал мне кое-что интересное. Теперь я уверен, что Бегасти Кореда уже нет на этом свете. Жаль. Он был хитрее Ариха и, возможно, сообщил бы больше сведений. Не говоря уже о герцоге. Его очень радовала мысль, что Бегасти узнает руку своего единственного сына.

– Что вы тут делаете? И где Реддинг?

Гест пришел в себя. Он поднялся и попятился к плетеной стене. Жалкая клетушка закачалась под ногами – или, вероятно, у него от ужаса закружилась голова. Мертвец в комнате, за которую он заплатил! Не обвинят ли его в убийстве?

– Я здесь выполняю поручение моего герцога. Я ищу для него куски дракона. Забыл? Именно за этим я тебя сюда отправил. А что до Реддинга… так зовут твоего подельника, верно? Он находится на кровати, там он и упал.

В полумраке Гест не заметил, что на низкой кровати кто-то лежит. Теперь он присмотрелся и заметил детали: бледные пальцы, касающиеся пола, кружевные манжеты, потемневшие от крови.

– Он ранен? С ним все будет в порядке?

– Нет. Он мертв, – бесстрастно произнес калсидииц.

Гест судорожно ахнул и прислонился к плетеной стене. Колени задрожали и подогнулись, в ушах шумело. Реддинг мертв. Реддинг, человек, которого он знал всю свою жизнь, который иногда становился его партнером в постельных играх с тех самых пор, как у них обнаружился взаимный ин-терес.

Реддинг, с которым они сегодня утром завтракали… Реддинг неожиданно погиб… Его убили! Такое невозможно было понять. Гест выпучил глаза, и они запечатлели картину, которая навсегда поселилась в его памяти: Реддинг распластался на матрасе ничком, повернув лицо в его сторону. Неровный свет очага плясал на очертаниях его открытого рта и блестел в неподвижных зрачках. Он выглядел немного изумленным, а вовсе не мертвым. Гесту представилось, что он сейчас рассмеется и сядет. Однако момент, когда все это могло оказаться странной шуткой, подстроенной калсидийцем и его другом, миновал. Перед ним – труп. Реддинг погиб прямо здесь, на тощем матрасе в крошечной лачуге в Дождевых чащобах.

Внезапно Гест решил, что подобная судьба может постигнуть его самого. К нему вернулся дар речи, хоть голос и звучал хрипло:

– Зачем вы убили его? Я выполнял ваш приказ. Я сделал все, что вы мне велели.

– Почти. Вы кое-что упустили. Я велел тебе приехать одному. Ты не послушался. И вот к чему привело твое упрямство. – Калсидиец говорил укоризненным тоном, словно школьный учитель, пеняющий ученику на то, что тот не выполнил урок. – Но не все потеряно. Ты и твой приятель-торговец выманили их на меня.

– Значит, у вас больше ко мне нет вопросов? Я могу – уехать?

Гест ощутил прилив надежды. Скорей бы сбежать. Вернуться в Удачный! Реддинг мертв. Мертв!

– Нет, конечно. Гест Финбок, запомни раз и навсегда. Мысль очень простая. Твой человек, Седрик, обещал добыть нам части дракона. Мы ничего не получили. Твоя роль завершится тогда, когда ты выполнишь заключенный им договор, который на самом деле заключен тобой, поскольку он был твоим слугой и говорил от твоего имени. – Убийца приподнял руки и снова их уронил. – Неужели это так трудно понять?

– Но я ведь сделал все, что вы просили, – повторил Гест. – Я не могу заставить части дракона взять и появиться! Если их у меня нет, то их у меня нет. Чего вы хотите? Что я могу дать вам взамен? Деньги?

Калсидиец надвинулся на него. Шрам на его лице был не таким ярким, как прежде, но сам он казался весьма изможденным, а его волосы и борода стали клочковатыми.

– Чего я хочу? – Он приблизился вплотную к Гесту, и в его желтовато-зеленых глазах вспыхнула ярость. – Послушай меня! Знаешь, я не хочу, чтобы руку моего сына доставили мне в усыпанной самоцветами шкатулке! Я достану и привезу моему герцогу плоть, кровь и органы дракона, чтобы он вернул мне мою плоть и кровь, которую держит в заложниках. Герцог щедро меня наградит, а потом напрочь забудет о том, что когда-либо видел меня или моих родных. Я и моя семья будем спокойно жить и перестанем беспокоиться о будущем. За деньги ничего такого не купишь, житель Удачного! Только за плоть крылатой твари.

– Я не знаю, как вам помочь! Неужели вы думаете, что если бы я мог найти для вас хоть кусочек дракона, я бы это от вас скрыл? – пролепетал Гест.

Тело Геста вибрировало. Не страх, а какое-то гораздо более глубокое чувство сотрясало его. Он стиснул зубы, чтобы они перестали стучать.

– Заткнись. От тебя нет никакой пользы, но ты – един-ственное средство, которое у меня есть. Здесь я сделал с двумя жалкими глупцами то, что считал нужным. Синад Арих и Бегасти Коред потерпели неудачу. Я был практически – уверен в этом, когда меня отправили сюда проверить, что их задержало. Поэтому я убрал их с дороги. А твоим Реддингом мне пришлось пожертвовать: ты ошибся, выбрав его в – качестве «доброго» вестника. Его вывернуло, когда Арих открыл свой подарок. Когда я вошел в комнату, он чуть не по-терял сознание. Потом он вопил, будто баба, когда я расправлялся с Арихом. И такого слабака ты сделал своим компаньоном?

– Я знал его много лет, – услышал Гест свой глухой – голос. Он говорил оцепенело, едва осознавая, что Реддинга уже нет.