пламени?
— Это то, что говорят вам на Материке?
— На Материке немного говорят о драконах, в основном, если вспоминают, то пытаются к ним послать, не в лучшем смысле, в общем.
— Ясно, — рассмеялась та, совсем без обиды. — Здесь считают, что драконы научились обращаться в людей ради своего спасения, есть и романтические версии, по которым первый дракон влюбился в принцессу, что принесли ему в жертву, он так хотел быть вместе с ней, что создал заклинание, которое придавало ему облик юноши. Есть и менее популярные теории, одна из них гласит, что драконы, когда-то были волшебным народом за пределами Материка, они научились обращаться в огромных хищников, чтобы защитить свою магию, но из-за преследований людей были вынуждены жить в пещерах в этом облике так долго, что забыли, что когда-то были людьми.
— Интересно.
— Последняя теория, как вы понимаете среди чешуйчатых не самая популярная. О, вы только посмотрите на себя — настоящая красавица, ваш кавалер останется доволен.
— Я всего лишь сопровождающая и мне главное — не опозорить своим видом корри Аластера.
— Не переживайте, о позоре тут речи и не идет, только о зависти.
На этих словах Мэй взглянула на себя в зеркало и удовлетворенно кивнула, ей понравилось, что она увидела: многочисленные шпильки исчезли, теперь ее темные волосы струились одинаковыми волнами по плечам. У правой стороны лица волосы служка убрала назад и украсила драгоценностями, в свете ламп те сверкали зеленым блеском, под цвет глаз. Довольно красиво и все это в сочетание с платьем, которое Аластер выбрал для нее. Опять неудобный корсет, красная парча, пышный каскад юбок, в целом нужно признаться, она выглядела действительно хорошо. К платью полагалась накидка-пелеринка воротник, красная ткань расшита золотым рисунком и драгоценностями и украшенная бахромой, которая также переливалась в свете ламп. Если он приготовил такой наряд для нее то, как же будет выглядеть сам Аластер?
Она думала об этом, когда спускалась по узкой лестнице, проходила через кухню, ровно до тех пор, пока не оказалась в зале напротив того, кого должна сопровождать. Мэйгрид могла поклясться, что врут те женщины, которые говорят, что у них ни разу не перехватывало дыхания от взгляда на мужчину, потому что она впервые в жизни разучилась дышать. Иногда так, конечно, случалось в холмах, в особенно ветреную погоду, когда хлесткий ветер бьет в лицо так, что невозможно сделать вздоха, но сейчас это произошло совершенно по другой причине.
Мэйгрид сама отнесла в прачечную изысканное мужское пальто винного цвета, она подготовила по велению Аластера набивной черный жилет и белую рубашку под низ, но совершенно не могла понять, почему он выглядит во всем этом столь хорошо. Дракон же, в свою очередь, удовлетворенно хмыкнул, ничуть не удивленный преображением помощницы и сверкнул серыми глазами, словно не замечая, что она таращится на него, как умалишенная.
— Вы выглядите чудесно, корри Аластер, — только и смогла выдохнуть Мэй, понимая, что с затянувшейся паузой необходимо что-то делать.
Комплимент он принял, благосклонно кивнул, и даже вместе с руками, которые поднялись в жесте благодарности, поднял трость с серебряным набалдашником, которая завершала вечерний ансамбль. Ответного комплимента не прозвучало, и Мэйгрид на это лишь досадливо поджала нижнюю губу.
Ей хватало ума не строить иллюзий насчет хозяина и его предпочтений, сравнивать себя с Эйлин, она, конечно, не станет. Только все же, видимо, в глубине души весьма хотелось, чтобы он хоть раз признал, что его помощница красива и обольстительна. Всего лишь глупые девичьи мысли и не больше, тем более, вспомнив, зачем они направляются на Весенний бал, романтические заботы ушли на самый последний план.
— Значит, мы едем прощупывать обстановку и вы точно не собираетесь проникать к Золотому?
— Конечно, нет, — в который раз отмахнулся он. — Это глупо даже для меня, замок набит верными людьми королю, так и верными людьми других господ, я это прекрасно понимаю, я вырос здесь, в конце концов, к тому же не думаю, что я там что-то найду, — Аластер ловко перекинул трость из одной руки в другую. — Не думай об этом, просто наслаждайся праздником.
— В свете последних событий не думать о том, что… мы с вами оказались связаны, и Золотой об этом знает, довольно глупо, не находите?
— Если бы он знал все, то думаю, ты бы уже покоилась на морском дне.
Мэйгрид поджала нижнюю губу и обеспокоенно посмотрела на Аластера пораженная, с какой простотой он произнес эти слова.
— Он убил моего брата, случайно или нет — непонятно, но то, что мы видели в тех видениях, доказывает, что он ничуть не расстроился по этому поводу. Он похитил его силу, а значит, она выбрала его не сама.
— То есть он не имеет права быть Золотым?
— Верно мыслишь, — дракон откинулся на спинку сидения дилижанса и прикрыл глаза. — Он что-то почувствовал тогда в замке, наверняка сам не понял, что именно, поэтому приставил к тебе шпиона, чтобы понаблюдать за нами. Потом наверняка начал гадать, почему магия стала нестабильной, но теперь, после посещения Эйлин, он уже точно знает, что я каким-то способом узнал… еще немного времени и он сложит два плюс два.
— Так уж и немного?
Мэйгрид рассматривала профиль Аластера, ей не слишком нравилась мысль, что Аластер фактически своим визитом решил подразнить Золотого, не известно, на что он способен. Вернее, известно — ради получения силы пройдет по головам.
— В отличие от моего дара, его магия сильна, во всяком случае, сейчас. Кто знает, если ему дать время, что он будет способен рассмотреть. Мне бы хотелось знать его умозаключения, — он открыл глаза и посмотрел прямо на Мэйгрид, которая, смутившись, отвела взгляд. — Мне тоже весьма интересно, почему вдруг рядом с обычной деревенской девчонкой…
Он недоговорил, дилижанс остановился.
Их встретил разодетый лакей, в парике из завитых волос, и протянул руку, затянутую в идеально белую перчатку, чтобы помочь выбраться. Мэй проследила за тем, что ее рот точно закрыт, поскольку дальше она могла лишь удивляться происходящему. Ни один праздничный вечер к Низине не сравнится с королевским балом, даже если это и праздник для драконов. Аластер наверняка чувствовал себя уверенно и по-домашнему, возможно, обилие цветов, которыми были украшенная лестница, холл и парадный коридор, казались ему недостаточно изысканными, или слуги не слишком галантными, а шампанское в высоких бокалах, которое раздавали на каждом углу — кислым. Парадная часть замка, совершенно точно отличалась от тех мрачных коридоров, которыми волокли ее в прошлый раз. Драконы, в своих лучших нарядах, разодетые по последнему слову моды, дамы
