Но Даша, не осознавая многого, внесла в изначальный план коррективы.
Теперь меня интересует другое.
— Внимательно, — произношу в трубку, наблюдая, как девушка, носящая ненавистную мне фамилию, все больше удаляется в сторону фонтана, виднеющегося среди деревьев.
— Иван Сергеевич, новую информацию я подгрузил в облачное хранилище. Бумаги передам лично, — докладывает информатор, не размениваясь на лишнее.
— Понял. Что с Мартой?
— Девушку нашли. Вернулась пару дней назад с Кубы. Проводила там отпуск с подружкой. Наблюдаем.
— Личное?
— Живет одна, встречается с разными мужчинами. Постоянного партнера нет.
Родители переехали в Питер.
Живет одна... Хм, замечательно! Проще будет организовать нашу встречу и разговор по душам. А так же обсудить помощь, которую «ревнивица» мне окажет за свои поганые делишки в прошлом. Кстати, для этого важно и другое.
— А с Шаталовыми что? Она с ними по-прежнему общается?
— Как понял, не особо часто, но семейные праздники старается посещать. Пробили ее контакты.
и?
— Чаще других созванивается с Клавдией Игоревной.
Ага. С мадам Шаталовой, значит, дружит. Ну, уже неплохо.
—А с Яриком?
— Редко.
Не страшно. Правильно надавим, вновь станет общаться часто.
— Что по Шаталову и Семеновой? — переключаюсь на новую тему.
— Вместе два года. Роль любовницы даму давно не устраивает, но по слухам, папочка обещал, что скоро все изменится. Очень уж она этого жаждет, —отчитывается Рус.
— По слухам? — цепляюсь за оговорку.
— Ага. Любит Ольга посплетничать с подружками на досуге. А те при правильном подходе бывают разговорчивыми.
НУ, ясно. Усмехаюсь, понимая про какую «разговорчивость» идет речь.
— Что по суррогатному материнству?
— А тут интересно, — хмыкает мой собеседник. — На первый взгляд, клиника, в которой Ольга наблюдается, подсадку эмбрионов подтверждает. Даже все пометки в электронном журнале имеются.
— Но? — понимаю, что оно непременно последует:
И Рус не разочаровывает.
— Но на записях с видеокамер нет ни одного случая, когда бы медучреждение посещала Дарья Шаталова. А именно ее указывают, как биологическую мать.
— Анализы не сдавала, обследование не проходила, а донором яйцеклеток как-то стала. Так выходит?
— Совершенно верно.
— Шустрые какие, — оскаливаюсь, припоминая слова Даши про странности с завещанием отца.
Права девочка. По всему выходит, что нужно рыть еще и в этом направлении.
— Соберите по клинике все, что можно. Кто знает, вдруг пригодится, — даю распоряжение и, бросив еще один взгляд в сторону фонтана, прищуриваюсь.
«А этот хлюст откуда здесь нарисовался?» — замечаю знакомую личность.
Ярослав сбегает со ступеней ресторана «Шале», расположенного как раз на площади, и быстрым шагом направляется в сторону ничего не подозревающей супруги.
— Так, Рус. Давай-ка остальное подробнее обсудим при встрече, — произношу невидимому собеседнику, закругляя разговор. — Вечером после восьми жду в офисе, — добавляю, тоже начиная двигаться в сторону Дарьи.
— Окей, принято, — соглашается информатор и уточняет. — Еще какие-то срочные распоряжения будут?
— Да. Нужно послать человечка в Испанию. Я хочу знать всё об аварии, в которой погиб Андрей Вукалов. Вплоть до мелких нюансов. Особо интересуют показания второго участника ДТП. Говорят, он их менять любит.
Задумываюсь на пару мгновений, вспоминая, что именно говорила Даша о себе и матери, и добавляю в задание необходимость пробить больницу, где обе женщины лежали.
Не могла же Вукалова-старшая исчезнуть самостоятельно. Ей явно в этом подсобили. Значит, есть вероятность, что какие-то записи могли остаться.
— Запомнил. Выясним. Сегодня же организуем вылет, — кратко рапортует Рус.
И я, обронив краткое: «Действуйте», сбрасываю вызов.
Последние метры до Даши преодолеваю, внимательно отслеживая ее мимику и поведение. Напряжение видно невооруженным глазом: губы поджаты, брови нахмурены, подбородок вздернут пальцы, стискивающие ремешок сумочки побелели.
Шаталов тоже не улыбается. Стоит очень близко к жене. Нависает, чем морально давит. Лицо серьезное. Руки спрятаны в карманы брюк, но не сомневаюсь, что сжаты в кулаки.
«Что ж ты, мудила, все к ней лезешь? Неужто Ольги тебе не хватает?» — вопрошаю мысленно, приближаясь вплотную.
— Добрый день, Ярослав, — киваю мужчине, лишь мельком обращая на него внимание. А дальше полностью сосредотачиваюсь на той, к кому именно спешил, и не скрываю, что оказался рядом не случайно. - Даша, прошу прощения за ожидание. Я освободился. Можем продолжить путь.
— Да, отлично, — отзывается та
И даже пытается улыбнуться, чтобы как-то разрядить обстановку.
— Так вы вместе... гуляете? не дает о себе забыть Ярик.
В отличие от внешне спокойного меня, он свои эмоции не гасит. Слишком явно транслирует, что злится.
И в некотором роде доставляет мне извращенное удовольствие.
«Давай-давай, вспухни от бешенства», — подначиваю его мысленно, а вслух отвечаю с улыбкой:
— Точно, гуляем.
И не без интереса ожидаю, что же он предпримет. Пойдет на поводу у ревности или смолчит?
Но тут весь кайф обламывает зазвонивший у него телефон. Несколько секунд Шаталов не реагирует, потом рывком выхватывает гаджет и бросает в трубку.
— Да!
Видимо, на том конце говорят что-то важное. Он слушает молча, под конец отрезает:
— Я понял! Сейчас буду!
Окидывает нас непонятным взглядом, резко разворачивается и шагает назад в «Шале».
Подняв голову, осматриваю посетителей, к кому ж он спешит и замираю, встретившись глазами с Шаталовым-старшим.
Лев Семенович не скрывает, что тоже смотрит на нас в упор. Но не напряженно, как было бы вполне логично, а с азартом, будто приз выиграл. Даже кивает, здороваясь.
Киваю ему в ответ и оборачиваюсь к Даше, которая, не скрывая беспокойства, просит:
— Иван, давай уйдем отсюда. Пожалуйста.
— Давай, я с радостью, — соглашаюсь с девушкой, предлагая ей указывать направление, а мысленно делаю зарубку в памяти, обязательно обдумать этот момент и поведение «партнера» поподробнее.
24.
ЯРОСЛАВ
Черт! Черт! Черт побери!
Как же меня всё бесит!
Особенно изощренные игры собственного отца.
Тоже мне. И швец, и жнец, и на дуде игрец. Мало ему занимаемого кресла во главе целого концерна, он себя еще и серым кардиналом возомнил. Плетет свои паучьи сети, раскидывает их, пытаясь заловить все новых глупых мушек, словно не понимает, что две жизни не проживет.
Никто этого не смог. И он не сможет.
И в могилу все добытые махинациями и обманными сделками деньги не заберет.
Не выйдет у него невозможного.
И ведь не молодеет, пенсия под хвостом. Должно же быть понимание, что хватит уже... достиг всего, чего хотел, и даже больше.
Тормозни. Живи, как все нормальные люди. Наслаждайся тем, что есть. Ведь этого и так запредельно много. Кайфуй и перестань наживать себе новых врагов.
Угомонись.
Удача — дама изменчивая. Сегодня фартит, а завтра мимо. И что делать будешь, когда кто-то более хитрый и могущественный на хвост наступит?
Но нет. Лев Семенович ненасытен.
Ему всё мало... и мало... и мало.
Подавай ещё:
— Зачем ты их сводишь? — интересуюсь, глядя в бездушные глаза сидящего напротив немолодого мужчины.
Но долго не выдерживаю невыносимой стужи и, сжав кулаки, устремляю взгляд в сторону тропинки, по которой совсем недавно ушли моя жена и Тихомиров.
Хорошо, что ушли, не взявшись за руки. Иначе точно бы не сдержался. Сорвался в драку.
Бесят они меня оба. Бесят! Потому что, как ни стараюсь не замечать, ощущаю между ними связь. Чувствую, как фонит и потрескивает.
Далеко ходить не надо. Достаточно поймать момент, когда они друг на друга смотрят. Не важно — одновременно или по отдельности, между ними, как говорят, искрит.
