Ира была уверена: еще немного – и они начнут заглядывать внутрь шалаша во время постройки. Они напоминали любопытных детей, которые немного смущаются чужого человека, но при этом все равно не могут побороть желание узнать больше об объекте своего интереса.
– Надо что-то грозное, – размышляла она вслух, глядя на детеныша. Малыш лежал рядом и смотрел на нее, прислушиваясь к звукам ее голоса. – Можно было бы остановиться на Рексе, но это слишком просто, – вздохнула Ира. – Да и ты ведь не собака, не так ли?
Детеныш, конечно же, не ответил, только как-то тяжело вздохнул и закрыл глаза.
– Эй, подожди, – прошептала Ирина чуть громче. – Мы тут серьезный вопрос решаем. Не смей спать, – в ответ на это она услышала лишь фырканье, отчего тихо рассмеялась. – Ладно, ладно, – не стала настаивать, решив, что малыш прав – пора спать. Вот только мысль уже захватила, и мозг начал самостоятельно подбирать подходящие имена. – Надо что-нибудь рычащее и грозное, – сквозь сон пробормотала Ира. С этими мыслями она и уснула, а утром, проснувшись, поняла одну важную вещь.
– А ты мальчик или девочка? – спросила она озадаченно у малыша. Детеныш, естественно, не обратил на нее никакого внимания. – Как бы нам узнать?
Никаких внешних половых органов Ирина не заметила, поэтому понятия не имела, как определять пол у рептилий. Честно говоря, этот вопрос никогда ее не интересовал, поэтому она даже не думала что-либо читать по данной теме. А ведь у тех же змей есть разделение по половому признаку, хотя внешне они все выглядят как гладкие чулки.
Или нет?
Ира моргнула, а потом поморщилась. Последнее, о чем ей хотелось думать, – это о том, как выглядят половые органы змей и ящериц. Естественно, они прячут их внутри своего тела.
Снова вздохнув, она взглянула на малыша и решила выбрать имя, которое можно дать как мальчику, так и девочке. Задача усложнялась.
Ира думала весь день, перебирая в голове всевозможные варианты. В конечном итоге остановилась на двух: Ра и Рю.
По ее мнению, эти два имени звучали достаточно универсально, короткие, с рычащим звуком в начале. Кроме того, оба имени имели свою историю.
Ра был верховным божеством в древнем Египте. А еще Ирина читала, что Ра – это славянский бог солнца, рожденный из яйца в начале времен. Довольно символично, как ей казалось.
А Рю – это мифическое существо Японии. Рю – дракон, имевший влияние на грозу и дождь. Самое интересное, что по преданиям у него было три пальца на передних лапах. Интересное совпадение. Третий палец малыша был совсем небольшим, но он все-таки имелся.
Ира очень ответственно отнеслась к выбору имени детеныша. Всё-таки это ведь не кто-то посторонний, а ее малыш. Несомненно, нужно взвесить все варианты и выбрать самый хороший и удачный.
В итоге Ирина остановилась на имени Ра. Если долго тянуть букву «р», то получалось что-то вроде рыка, который издает малыш. Р-р-РА! Прямо один в один.
Кроме того, славянский мир Ире был ближе, чем далекая и непонятная Япония.
– Ра. Как тебе такое имя? – серьезно спросила Ирина у малыша.
Тот никак не отреагировал, лишь взглянул на нее, но, когда понял, что ничего интересного она ему не предлагает (например, кусок мяса), продолжил шагать вперед с самым сосредоточенным выражением, какое только могло появиться на морде маленького тираннозавра. Выглядело это очень забавно.
Немного поколебавшись, Ира решила подумать еще немного. Мало ли, вдруг ее осенит и в голову придет еще более удачное имя для тирекса.
Еще один день прошел по привычному сценарию. Вечером группа встала лагерем. Ирина для начала позаботилась об укрытии и ужине, а потом достала палки с твердым настроем довести дело до конца. Она даже кусочек мяса приготовила, намереваясь поджарить, когда получится добыть огонь.
Тот, кто имеет терпение, может покорить весь мир! Весь мир Ирине не был нужен, она согласна была хотя бы на огонь.
После появления дыма сердце Ирины ускорилось. Она снова заволновалась, но в этот раз смогла удержать себя в руках. Спустя некоторое время, увидев первые язычки слабенького пламени, Ира ощутила себя так, будто совершила нечто невероятное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Она не помнила, когда в последний раз ее душу наполняло такое сильное ликование. Ни с чем не сравнимое чувство было просто потрясающим. Подкладывая к огоньку высушенный материал, Ирина улыбалась как сумасшедшая, не замечая, что ящеры окружили ее, с непередаваемым выражением глядя то на нее, то на разгорающийся огонь.
Джабай тоже смотрел. В этот момент он ощущал целую гамму эмоций.
Климат в их лесах был влажный, поэтому можно было не опасаться появления огня. Обычно тот обрушивался с неба вместе со сверкающей молнией, пожирал отдельные деревья, а потом затухал, не найдя для себя подходящей пищи. Джабай не знал, зачем огонь вообще спускался с неба, если на земле для него нет еды, главное, что усвоил каждый ящер, – огонь разрушителен и опасен.
До этого дня никто из них не мог даже подумать, что огонь способен выглядеть так безобидно. Маленький, хрупкий, он едва трепетал под пальцами ящереаны и уж точно не казался грозным.
С одной стороны, Джабай опасался, что огонь может разрастись, поглощая всех, кто посмел вызвать его. С другой стороны, настолько маленький враг особо не пугал, да и выглядел он полностью прирученным.
Отмерев, Джабай озадаченно переглянулся с соплеменниками, а потом посмотрел на увлеченно грызущего кость смертозуба. Потом их дружный взгляд вернулся к огню, а затем и к ящереане.
Могло ли быть так, что странная незнакомка способна управлять всем опасным и непредсказуемым в мире? Сначала смертозуб, о свирепости которого все ящеры знали с самого детства, теперь огонь.
Если низший ящер казался им чем-то все-таки более понятным и знакомым, то огонь воспринимался всеми не меньше, чем божество.
Когда первое ликование прошло, Ирина обратила внимание на окружающую обстановку. Рептилоиды выглядели немного ошеломленными и очень любопытными. Они окружили ее, но близко не подходили, переводя взгляд с нее на огонь с таким недоверчивым выражением, словно она внезапно отрастила вторую голову.
– Что? – спросила она и нахмурилась.
Главный ящер что-то сказал. Осознав, что его слова для нее непонятны, он ткнул когтистым пальцем на огонь, а потом обвел руками окружающее пространство, изобразив на лице испуг.
Ирина обдумала эту пантомиму и не сразу, но все-таки поняла, что рептилоиды опасаются, как бы тут все не загорелось. От этого предположения хотелось смеяться. Она четыре дня сушила палки, чтобы суметь добыть огонь, о каком пожаре идет речь? Да вся эта вода вокруг загорится только в одном случае – если с неба польется лава! И то не факт.
– Все будет нормально, – успокоила всех Ирина, покачав головой.
После этого она сунула в небольшой костерок мокрую ветку. Та, конечно же, не загорелась, даже дыма пришлось дожидаться довольно долго.
Главный некоторое время напряженно смотрел на ветку в огне, а потом Ира заметила, как его лицо расслабляется. Кажется, ящер понял, что она хотела продемонстрировать.
Улыбнувшись, Ира спохватилась. Дров она насушила мало, а мясо еще не поджарено! Сейчас все прогорит, и что тогда делать?
Подскочив, она схватила свой будущий ужин и торопливо нарезала (точнее, накромсала, так как каменным ножом, который она и не думала отдавать владельцу, что-то порезать аккуратно было довольно проблематично) мясо на куски. Как только все было готово, Ирина быстро насадила кусочки на заранее приготовленные заостренные палочки.
Держать их все в руках она не собиралась, просто воткнула свободными от мяса концами в землю. Другая сторона под тяжестью провисала над костром. Схема была неидеальна, но для первого раза сойдет. Потом обязательно нужно будет придумать что-нибудь более удобное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Через некоторое время поляну начал заполнять ароматный запах поджаривающегося мяса.
Сглотнув слюну, Ира взяла один «шампур» и осмотрела слегка подгоревшее с одной стороны мясо. Сил ждать больше не было.
