Ближе к вечеру в бар заявляются два «брата-акробата» — мои друзья. Только их тут и не хватает. Скоро придет Поля, и мне совсем не хочется, чтобы эти идиоты познакомились с ней. Не дай бог ляпнут чего-нибудь.
Но они не задерживаются. Выпивают по пиву и уходят в клуб. А через полчаса в бар входит блондинка.
Сегодня на ней потертые черные джинсы, футболка, и судя по размеру она принадлежит брату. Они снимает ярко-синюю короткую куртку. Её кудряшки лежат в полнейшем беспорядке, но мне определённо нравится, как она выглядит сейчас. Пожалуй, даже больше, чем тот её официальный стиль. Единственное, что остаётся неизменным, яркая помада. И сегодня её губы накрашены темной бордовым цветом.
Шестеро посетителей тут же оборачиваются, стоит ей только открыть рот.
— Подмога прибыла, шеф! — она широко улыбается, поймав мой взгляд, и идёт к бару. — Куда это можно положить? — взглядом указывает на куртку, которую прижимает к груди.
Киваю в сторону двери в кабинет.
— Брось там, хватай фартук с вешалки, и я покажу фронт работы.
— Кстати, — кричит она из каморки. — Я позвонила Лидке и попросила парочке друзей свистнуть о том, что в городе есть неплохой бар.
— Я свистел всем и всюду, не помогает, — кричу в ответ.
— Ну, для начала, сделай музыку погромче. Чтобы с улицы было слышно, — она выходит ко мне, но без фартука.
— Где спецодежда? — киваю и указываю взглядом в район груди, которую ни черта не разглядеть через этот мешок.
— Герман пожертвовал свою. Я стащила его футболку, чтобы не испоганить свои. С моим везением я точно что-нибудь пролью. Ну! — она встает рядом и ударяет ладонями о столешницу. — Что нужно делать?
— Для начала, расскажи о себе, — поворачиваюсь к ней боком и опираюсь о стойку.
В бар входят ещё двое, и наш разговор переносится.
— Разливное есть? — эти новенькие, и я их раньше не видел.
— Есть, — киваю и перечисляю марки. Жду, пока они выберут. Беру стаканы. Парням на вид лет под сорок, но выглядят они довольно прилично, в сравнении с теми, кто постоянно здесь бывает.
— Давай я.
— Знаешь, как пользоваться? — показываю на рычаги автомата.
— Разберусь, — она непозволительно долго смотрит в мои глаза и, улыбнувшись, подмигивает. Берет две подставки, кладет их перед посетителями. Два стакана уже стоят у машины. — Парни, а орешки, чипсы? — спрашивает она. И ведет себя так, будто работает тут уже давно.
— Не, только пиво, — говорит один.
— Тут прикольно. Почему мы не слышали про это место? — говорит второй. — Крылышки есть?
Полина вопросительно смотрит на меня.
— Оформим, — киваю и иду на небольшую кухню, где уже час как работает фритюрница. Забрасываю заготовки и, когда выхожу в зал, вижу, что к парням присоединились ещё две девушки.
Котлетка уже вовсю орудует бокалами, наливая девчонкам легкое пиво из бутылок. Они о чем-то болтают и смеются. Парни переселились на угловой столик с диванчиками.
— Советую к пиву брутальные чипсы, — она не обращает на меня внимание. Отношу заказ за столик.
— Еще что-нибудь? — спрашиваю у парней, подслушивая болтовню Поли.
— Есть вопрос, — говорит один. — Друзей позвали. Можно ли попросить телик слегка повернуть и чуть звук прибавить. Там сейчас как раз "Нашествие" по музыкальному каналу?
— Не вопрос, — киваю я, а в душе ликую от такой удачи. Оглядываюсь на Котлетку. Может, она мой талисман?
Тем временем, блондинка достает с нижних полок две упаковки с черными чипсами, легко раскрывает пакет и пересыпает их в специальную тару. Девчонки берут бокалы, блюдо и спешат за столик, поблагодарив девушку. В приветствие киваю им, когда оказываюсь рядом.
Разворачиваю телевизор и чуть прибавляю звук. Все четверо благодарят, вскинув руки.
— Ты благоприятно влияешь на мой бар, — говорю Полине, доставая ещё несколько бокалов для пива на случай прихода еще гостей. — И почему я не догадался позвать тебя раньше?
Она поворачивается, и кладет локти на стойку, оказываясь к ней спиной, от чего ткань футболки натягивается на груди, и я не отказываю себе в удовольствии запечатлеть этот момент в памяти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Это все харизма, Дем. У тебя есть талант соблазнять, а у меня, по ходу, работать барменом.
— Это не талант, а природное обаяние. Кстати, ты тоже запросто можешь завладеть внимаем любого мужчины, просто начинаешь стесняться и вести себя как-то очень странно.
— Это как? — она заинтересовано смотрит на меня.
— Как девственница на выданье, — отвечаю ей.
— Дем, ещё два! — кричит один из постоянных посетителей, и я беру два бокала, чтобы налить них темное пиво.
— Я не веду себя, как девственница, — она обижается, но это выглядит наигранно.
— Я верю, — один бокал наполнен на половину. — Но не всегда.
— В смысле?
— Тогда в библиотеке ты была совсем другой.
— Прелюдия раскрепощает. Хотя, да, я не спорю, что то, что вытворял ты, было самым ярким впечатлением за всю мою сексуальную жизнь, — отвечает блондинка, а стакан выскальзывает у меня из рук.
— Дьявол! — громко ругаюсь и беру ещё один. — Убирать будешь ты!
— Почему это? — возмущается она.
— Потому что ты виновата, — девушка вздыхает, берет тряпку и приседает, чтобы затереть пиво на полу.
— В том, что не умею в нужное время держать язык за зубами?
— Нет, в том, что даже в этом потрепанном шмотье выглядишь безумно сексуально, и я не могу совладать с собственными руками.
— А руки то здесь причем? Обычно, голова отвечает за эмоции, — она отжимает тряпку в небольшой тазик.
— Потому что мои руки сейчас с большим удовольствием залезли бы в твои трусики, а не держали бы этот бокал.
Поля на миг замирает, а я довольно улыбаюсь.
— Черт, Демьян! — закончив, она кидает тряпку в тазик и выпрямляется.
— Секунду! — прерываю ее, подняв указательный палец. Отношу пиво мужчинам и возвращаюсь. — Продолжаем разговор. Слушаю тебя.
— Ты совсем не стесняешься говорить это? — в этот момент заходит ещё одна небольшая компания молодых людей: три девушки и два парня, которым около двадцати.
— Я же говорил, что отсюда музло орёт! — говорит один. Вся компания сразу направляется к диванчикам, а этот парень подходит к стойке и делает заказ.
Мы с Полиной начинаем готовить. С меня две порции крылышек, а Поля уже налила пиво, поставила бутылки минералки и ждет меня. Ловко и быстро. Разговор был прерван, но мы снова возвращаемся к нему.
— А почему я должен стесняться говорить то, что тебе нравится?
— Почему ты решил, что мне это нравится? — она щурится. Похоже, что наша сделка все-таки заключена, и блондинка выводит меня на ту самую тему, которая так ей интересна. Делаю шаг вперёд, оказавшись совсем близко. Настолько, что чувствую едва заметный аромат туалетной воды "Lacoste", которую предпочитаю сам.
— Я это знаю, Котлетка, — говорю уверенно, наклонившись к ней. Затем выпрямляюсь и делаю пару шагов назад. — Любой нормальный парень видит, как реагирует девушка, и знает, что можно говорить, а что нет. Это своего рода пограничные войска на территории женского либидо.
— То есть, ты запросто можешь понять, какие фразы могут выбесить меня, а какие привлечь? И как ты понял, что эти пошлые шуточки меня привлекают?
— С чего ты решила, что это шуточки? — хмурюсь. В бар входят ещё трое. На этот раз девчонки. Они выглядят, как молодые неформалы, фанатеющие от крутого русского рока. Заметив экран, они тут же занимают ещё один столик с диванчиком. А я не могу поверить в такую удачу. — Ты душу кому-то продала, я не понял? — мой голос хрипит, и я счастлив. Нет, правда, я действительно счастлив. — Откуда они все берутся?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я же говорила, просто музыку нужно сделать погромче… — она жмет плечами, будто это что-то простое, что лежало на поверхности, но так и не дошло до меня. Но, нет, моя удача явно в ней, а не в громкости "Нашествия" по телевизору.
— Это не шуточки, Котлетка, — снова перевожу на неё взгляд и мысленно уже раздеваю её, представляя какая она под всем этим тряпьем. — Тебе я говорю то, что думаю и в чем точно уверен.
