– Ты не заслужила этого, – выпалил Рафаэль спустя какое-то время.
Сэм никак не ожидала услышать это.
– Да… – тихо произнесла она. – Зачем ты взял меня с собой, Рафаэль? Это породит кучу вопросов. Нам не следует появляться вместе. Так будет лучше…
– Ты мать моего ребенка, Саманта. Так или иначе, но нас будут видеть вместе, что бы ни случилось в будущем.
Сэм невольно представила картину этого будущего – Рафаэль, женатый на какой-нибудь красавице блондинке, и подросший Майло летят на частном самолете. Сын проводит время с отцом и его новой семьей.
Она забилась в угол сиденья. Душевная боль переплелась с непреходящим ощущением сексуальной неудовлетворенности. Сэм искоса любовалась крупной фигурой Рафаэля и представляла, как его сильное обнаженное тело сливается с ее телом… Из груди женщины нечаянно вырвался стон.
– Сэм? – Рафаэль взял ее за руку. – Я хочу тебя.
– И я… – беспомощно, с ноткой мольбы произнесла она.
Ее ответ заставил Рафаэля торжествовать. Он хотел полностью овладеть ею. Сэм должна принадлежать лишь ему. Навсегда. «Нет!» – тут же отбросил Рафаэль эту мысль.
Он не отпустил ее руку, даже когда она отвернулась к окну. Он видел, как вздымается и опускается грудь Сэм, и еле сдерживался, чтобы не сжать ее в объятиях.
Когда они подъехали к воротам palazzo, сердце Рафаэля лихорадочно забилось. Лимузин остановился, и он вышел первым, а затем помог выйти Сэм. Она пристально посмотрела на него своими огромными выразительными глазами, и желание вновь настигло Рафаэля. Он подхватил ее на руки. Рафаэль чувствовал себя диким зверем, его тело требовало утоления инстинктивной всепоглощающей жажды. Не выпуская Сэм, он вошел в дом и сразу же направился в свою спальню.
Предвкушение вскружило Сэм голову. Но голос разума все-таки вмешался, напомнив о раскаянии, которое будет мучить ее после этого.
– Подожди… Майло… – ухватилась она за единственную спасительную соломинку.
Рафаэль уже опустил ее на пол и стягивал бретельку ее платья.
– Майло с Брайди, как тебе известно, – хрипло напомнил он.
– Рафаэль… – предприняла Сэм еще одну попытку сопротивления, хотя пылала от страсти.
– Прекрати разговаривать, Сэм. Я хочу тебя, а ты – меня. Все просто.
Для нее все было не так просто, но губы Рафаэля уже нашли ее губы. Упиваясь их вкусом, Сэм больше не могла сопротивляться. Рафаэль обнажил одну ее грудь и обхватил ее рукой, сжимая мягкую плоть и теребя большим пальцем сосок. Она застонала и обняла его за шею, прильнув к нему.
Его другая рука скользнула вниз. Он с силой сжимал ее ягодицы. Сэм почувствовала его эрекцию, и у нее свело мышцы живота от желания. Рафаэль оторвался от нее на мгновение, переводя дух. Сэм с трудом подняла на него взгляд. Этот мужчина всегда так действовал на нее – одно прикосновение, и она одурманена. Рафаэль начал стаскивать с себя пиджак, рубашку, галстук, бросая вещи на пол. Он расстегнул ремень и снял брюки.
– Разденься сейчас же, – властным голосом распорядился он.
У Сэм по коже пробежали мурашки. Она попыталась снять одежду, но пальцы не слушались ее. Рафаэль нетерпеливо развернул ее и расстегнул молнию платья. Сэм скинула туфли и осталась лишь в черных кружевных трусиках.
– Ты прекрасна!
– Нет. – Она скромно опустила голову.
– Да, – сказал Рафаэль, приподняв ее подбородок.
Он вновь, как и прежде, заставил Сэм почувствовать себя женственной и желанной. Притянув к себе, Рафаэль снова поцеловал женщину, неистово лаская ее язык своим. Он был полностью обнажен. Рука Сэм нашла символ его мужественности. Она ласкала атласную кожу, скрывающую затвердевшую плоть. Рафаэль гладил низ ее живота, опускаясь все ниже, и его пальцы наконец добрались туда, где было тепло и влажно.
Он снял с Сэм трусики и уложил ее на кровать. Она не могла налюбоваться его прекрасной мужественной фигурой. Широкая грудь, узкие накачанные бедра, а между ними… Она сглотнула в предвкушении. Сэм приподнялась и, обняв Рафаэля за талию, притянула его к себе.
– Dio, Сэм… Я думаю, мне придется тебя обуздать…
Недоумевая, она наблюдала, как он встал, подошел к шкафу и вытащил из него две шелковые ленты. Сэм поняла, что Рафаэль собирается ее связать. По телу женщины пробежал мороз, но не от страха, а от возбуждения. Рафаэль вернулся к кровати и завязал ленты на ее запястьях. Сэм посмотрела на него и закусила губу. Затем он вытянул ее руки над головой и привязал их к изголовью.
– Рафаэль… Зачем?..
– Я хочу, чтобы ты узнала, каково это – потерять контроль.
Она сочла это шуткой. Сэм и так теряла контроль от одного взгляда на этого мужчину. Осознание того, что она связана, будоражило ее, казалось порочным. Рафаэль наклонился, и его губы обожгли ее поцелуем. Наконец до женщины дошла безвыходность ее положения – ей отчаянно хотелось прикоснуться к нему, но ленты не позволяли. Сэм тихо застонала от досады и могла поклясться, что услышала сдавленный смех Рафаэля.
Его язык продвигался от ее губ к шее. Руки мужчины нежно ласкали ее тело, однако он намеренно избегал эрогенных зон. Сэм пришлось сжать зубы, чтобы не умолять его. Она лишь дергала руками, пытаясь освободиться. И тут губы Рафаэля прильнули к ее груди, и Сэм выгнула спину. Он с жадностью впился в ее соски, и они стали твердыми, как камень. Его рука спустилась ниже, к ее животу, и бедра Сэм инстинктивно раздвинулись. Рафаэль на мгновение отстранился и вновь залюбовался ее телом. Сэм взглянула вниз и увидела, как он возбужден. А ее тело изнывало от этой пытки.
Рафаэль осыпал Сэм легкими поцелуями, которые еще больше распаляли ее. Женщина затаила дыхание, когда он раздвинул ее бедра. Она вцепилась в ленты. Никогда еще она не была такой уязвимой и беззащитной.
Его губы оказались там, где она больше всего хотела. Она застонала, а ее бедра судорожно подрагивали. Затем из груди Сэм вырвался безудержный крик. Блаженство нарастало, она была почти на грани. В тот момент для нее не существовало ничего, кроме этого дикого наслаждения. Наконец Сэм достигла пика.
Не успела она опомниться, как Рафаэль проник в нее. Женщина жадно глотала ртом воздух. Одной рукой он схватил ее за поясницу, она выгнулась, и губы Рафаэля яростно впились в ее сосок. А он двигался, наращивая темп. Беспощадный ритм его бедер наполнял ее тело мириадами пронзительных ощущений. Сэм, словно заколдованная, не могла оторвать взгляд от его пылающих изумрудных глаз.
Неожиданно ее охватила злость – он обращается с ней как с потаскухой. Рафаэль хочет унизить ее, подчинить себе.
Уверенными толчками он проникал все глубже. Сэм закрыла глаза. Она не могла вынести то, что была полностью в его власти.
