встреча с отцом не заставила ее забыть прошлое. Но он подарил ей новую жизнь. Понимаешь, новую. И все получилось потому что они рискнули. Нет ничего хуже сожалений, Джо. Мне кажется они даже хуже твоих кошмаров. Ведь умереть ты всегда успеешь.
— Да, — хмыкнул тот, отпив кофе. — Извини меня. Я принес не мало проблем тебе… Да и всем.
Сэм задумчиво промычал и поднялся, держа в руках свой кофе:
— Ты знал, что дядя Кевин пытался застрелиться?
Джо ошалело уставился на него.
— Да, наш сделанный из стали, непробиваемый Кевин, хотел покончить с жизнью после измены своей первой жены. Так что мы все слабы, никчемны и потеряны, когда нам больно, друг мой, — взял печенье с блюдца, улыбнулся и неторопливо побрел в глубь двора, ступая босыми ногами по сочной зеленой траве.
— Сэм, — крикнул ему Джо.
Он обернулся:
— А где Ирис?
— Второй этаж, последняя дверь слева.
Джо кивнул.
Ирис еще спала, когда он вошел в спальню, отведенную семьей Миринати специально для нее.
Укрытая покрывалом по самую шею, она выглядела такой беззащитной и милой. На губах покоилась едва заметная улыбка, а руки, сложенные под щекой, делали ее похожей на беззаботного ребенка.
Джо не смог сдержать умилительной улыбки. Под ребрами вмиг зацвели цветы, и нечто нежное потекло по венам вместо крови.
Аккуратно присев рядом, он едва уловимо погладил ее по плечу. Прикосновение к бархатистой коже обожгло кончики пальцев и сам того не осознавая, Джо потянулся поцеловать Ирис.
Она медленно открыла свои глаза и обескураженно уставилась на него.
Джо замер прямо у ее лица и, сообразив, что делает, отодвинулся:
— Доброе утро.
— Почему ты здесь? — Ирис торопливо села в кровати.
— Даже не знаю, как ответить, — улыбнулся он. — Просто не смог пройти мимо.
Ирис растерянно молчала, и пауза затянулась.
Она смотрела на раскидистые буки за окном, то и дело, подтягивая к себе покрывало, а Джо никак не мог налюбоваться ей.
«Почему сейчас он видит ее иначе? Ведь всегда было понятно, что Ирис очень красива».
— Погладь меня по голове, как всегда это делала, — неуверенно попросил.
Зелёные глаза, обрамленные желтой каёмкой, обратились к нему. Совсем недолго она молчаливо размышляла, а затем тонкая рука потянулась к нему.
И нежданно столь привычное движение вызвало бурю эмоций в душе. Только сейчас Джо осознал, что опускает голову только ради ее прикосновения. И делает он это давно, слишком давно.
— Ирис, — почувствовав ее ладонь, Джо не сдержался. Бережно взял ее в свои руки и поцеловал запястье. — Я ведь нравлюсь тебе как мужчина? Не та тяга, которую ты испытываешь ко мне как к другу, я про другое.
Она вдруг виновато опустила глаза и, подобрав под себя колени отодвинулась, вжавшись спиной в изголовье кровати.
А под ребрами Джо рванула бомба.
Такой реакции он от себя не ожидал. Как важно оказывается ему услышать ее ответ. И этот «ответ» ему не понравился.
— Ирис?
Она посмотрела на него:
— Ты никогда не привлекал меня как друг.
И мир, что стал хоть немного понятен, опять упал на голову Джо.
— Что?
— Нет. Я никогда ничего не сделала бы, — устало произнесла Ирис, вновь посмотрев в окно. — Я была безумно рада за вас с Лорой. Но… — и взор ее заставил его замереть. Пронизанный вдоль и поперек потерями и болью, этот взгляд как хлыстом по лицу ударил. — Ты понравился мне с первого взгляда. Меня потянуло к тебе в первый же миг нашего знакомства. И когда мне было безумно плохо, первый о ком я подумала, был ты. Я постоянно списывала это на то, что мы друзья, я внушала себе, что ты мой друг. Только вот все это вранье.
Джо чувствовал, что от лица отливает кровь.
«Это признание?»
— Но ты должен знать, я совсем не желала несчастья ни тебе, ни Лоре, ни тем более вашей малютке. Нет, — она горько вздохнула. — Я бы ни за что не вмешалась в ваши отношения. Никогда.
А Джо растерянно сидел, вперившись в нее взглядом и окончательно запутавшись в происходящем.
— Мне не нужно было рассказывать? — виновато, но все так же тихо спросила она. — Просто мне надоело себя обманывать.
Джо поднялся и заходил по комнате, пытаясь собрать мысли в кучу:
— Знаешь, а ты прекрасно скрываешь свои чувства, — уставился он на нее, ошарашенно хмурясь.
— Не в моих правилах лезть в чужие отношения. Тем более, к людям, что дороги мне.
— То есть, если бы не весь этот кошмар, я бы никогда не узнал, что, — он не знал, как продолжить.
«О чем бы он не узнал?
О ее симпатии?
О ее любви?»
Ирис напряглась, наблюдая за его раздумьями.
Джо и не предполагал во что выльется его вопрос. Чего он еще не знает? Как многого не замечал? Лора была его первой любовью, настоящей, всепоглощающей и, как ему казалось, единственной. Но сейчас, смотря на эту маленькую женщину, закутанную в покрывало, он уже ни в чем не был уверен.
Его опять рвало на части.
Джо будто безумный посмотрел на нее и вышел из спальни чем огорошил Ирис. Оставшись в комнате одна, она вся ослабла и приложила ладонь ко рту, пытаясь не заплакать.
Ей не нужно было признаваться. Нужно было, как и раньше, просто молчать.
Внизу все уже собрались за столом. По дому гулял аромат свежезаваренного кофе и яблочного сока, карамельного сиропа и оладий.
Луиза с Вайолет хозяйничали у плиты. Сэм накрывал на стол, а Джо сидел на полу, наблюдая как Эмили с Эриком, строят железную дорогу.
Ирис натянуто улыбнулась ребятам и села на краешек дивана возле Джо. Она молча смотрела за тем, как Эмили старательно ищет в ящике нужную часть, а рыженький Эрик расставляет детали по полу.
Джо не отводил от них взгляда, а на лице его царило глубокое пугающее «Ничего», словно мыслями он был не здесь.
— Ребят, идемте, завтрак готов. Джо, твои любимые оладьи уже на столе. Дети вас тоже касается! — позвала Луиза.
Эмили и Эрик бросили игру и побежали на кухню, Ирис пошла за ними, но Джо осторожно остановил ее за предплечье и повернул к себе.
— Не скрывай от меня ничего больше.
Она не знала что ответить. Этот мужчина постоянно ввергал ее мысли в хаос.
— Есть еще что-то, о чем я должен знать?
— Я никогда не желала вам с Лорой ничего плохого, — с надеждой на то, что он поверит произнесла Ирис.
— Это я знаю.
И многолетний груз, наконец-то, спал с ее души.
— Еще что-то? —
