рыцари Императора направились за вами. Императрица выглядела не очень хорошо после посещения Его Величества. Так же она попросила у горничных снотворного порошка и вино. Эту уже было после того, как вас привезли.
«Что? Зачем ей это?», — подумал граф, ощущая, как холодеют пальцы.
— Поздно вечером Императрица, захватив вино, в одной ночной сорочке направилась в комнату Императора. Я слышал какие то разговоры, но не расслышал слов. Минут через пятнадцать, Императрица вышла. На... на ней была ‚лишь рубашка Императора. Все ее тело было в гематомах. А на бедрах... кровь.
От гнева, ярости и чувства отчаяния, потемнело глазах. Эрик почувствовал, что задыхается от гнева, вспыхнувшего в нем в одно мгновение. Он даже не понял, как вскочил с кровати. Не слышал, как его пытаются уложить обратно. Не чувствовал, как раскрылась рана и снова начинается кровотечение.
Единственным желанием графа было разорвать, уничижить и причинить как можно больше боли тому, кто посмел прикоснуться к его Элизабет.
Проснулась я от настойчивого стука в дверь. С трудом разлепив глаза, я убедилась, что еще глубокая ночь и недовольно пригласила войти стучащего.
— Ваше величество! — дверь распахнулась.
Я села на кровати и, потирая один глаза, вопросительно посмотрела на одного из рыцарей графа Девиса и Роберта, который вошел вслед за ним.
— Что случилось? — удивленно спросила, с трудом осознавала, что происходит.
Новость о том, что я не беременна, так сильно меня обрадовала, что я уснула, как младенец. Однако Стефан все равно сказал, что проверит беременность еще раз, через пару недель. Но я ему доверяла. Стефан был тем, кто на моей памяти, ни разу не ошибался.
— Ваше Величество, прошу вас. Умоляю! — рыцарь опустился на колени и склонил голову. — Остановите нашего господина! Он вознамерился.
— что? — я уже вскочила с кровати, подошла к трехногой вешалке и накинула на себя халат.
— Мы доложили ему обо всем. Это наша работа, Ваше Величество.
Продолжение я уже не слышала, вылетев из комнаты. Вот идиоты! Они должны были хотя бы мне сказать, что расскажут графу обо всем! Да, зная его характер, я и не предполагала, что граф Девис настолько сойдет с ума от подобной новости, но раз меня пришел умолять о помощи его рыцарь.
Роберт бежал за мной по пятам. Он ругался сквозь зубы, но я не могла разбирать слов. В голове крутились мысли о том, что мне делать, если граф уже попытался убить Адама? Его казнят однозначно. И кто будет следующим кандидатом на престол? Конрад? Нет он не сможет быть Императором.
Я ворвалась в лазарет, как раз тогда, когда граф освободился от сдерживающих его рук лекаря и рыцаря. Мужчина, истекая кровью, ринулся к выходу, но резко затормозил, увидев меня.
Черные глаза осмотрели меня так, словно пытались сквозь одежду увидеть все повреждения, нанесенные Адамом. Но их уже не было. Стефан позаботился об этом. У меня не болело тело. Не болело горло и низ живота. Я была в порядке. Во всяком случае, внешне.
— Что вы себе позволяете? — тихо прошептала я, хватая графа за руку и больно сжимая. — Вернитесь в кровать и больше не пытайтесь поступить так глупо и самоуверенно.
Граф Девис моргнул. Посмотрел на меня каким-то потерянным взглядом и позволил лекарю и рыцарю вернуть себя в кровать.
Я выдохнула, мысленно благодаря Богов за то, что успела его остановить. Убедившись, что граф спокойно лежит в кровати, я подошла ближе и спросила у лекаря, что вообще произошло, чтобы убедиться, что он ничего не знает. С него станется доложить обо всем Адаму.
— я не знаю, — искренне ответил мистер Салливан. — Когда я ворвался в палату, рыцарь уже пытался удержать графа.
— Хорошо, — я еще раз вздохнула, садясь на стул у кровати. — Спасибо, мистер Салливан. Если что случится, мы вас позовем.
— Будьте осторожны, Ваше Величество, — сказал лекарь и нехотя отправился в свой кабинет.
Я посмотрела на графа Девиса. Он лежал в кровати и смотрел на меня, не отрывая своего взгляда. Я порадовалась тому, что мы были не наедине. Рыцарям, возможно, и не поверили бы. Но у входа стоял мой брат. И распустить сплетни об интимной связи с графом ни у кого не получилось бы. Поэтому я без страха наклонилась вперёд и вперила недовольный взгляд в мужчину.
— что вы, черт вас возьми, творите? — грубо спросила я, взмахом руки отправляя рыцаря в сторону двери, чтобы он не мешал нам разговаривать.
Граф мне не ответил. Он внезапно протянул руку и практически невесомо коснулся моей кожи на щеке. Я вздрогнула и слегка отпрянула.
— Лиззи... — едва размыкая губы, прошептал граф.
По позвоночнику прошлись мурашки. Волоски на руках поднялись. Дыхание на мгновение прервалось, а сердце замерло и застучало быстро-быстро. На меня никто и никогда не смотрел таким взглядом.
В черных глазах графа Девиса плескалось что-то невообразимое. Я не разглядеть выражения его лица, но его глаза, в свете ленных лучей, были глубокими, пронзительными.. обожающими.
Сердце сжалось. Я отвела взгляд и тут же пришла в себя. Почему я реагировала, как маленькая девочка? Граф просто не в себе. У него открылась рана. Он волновался обо мне, как о партнере. Мысленно приказав себе не надумывать лишнего, я нахмурилась и вновь посмотрела на мужчину.
— Вам нельзя меня так называть, — строго сказала я, почему-то не смотря в черные глаза напрямую.
— Вам больно? — проигнорировав мои слова, спросил меня граф.
— Это вам должно быть больно. Вы должны успокоиться и дать лекарю вас вылечить.
— Вам больно? — снова проигнорировав мои слова, спросил мужчина.
Я вздохнула. Осознавая, что граф просто так не отстанет, я решила играть по его правила:
— Уже не больно, — шепотом ответила я, пододвигая стул поближе. — Стефан вылечил меня.
— Святой? — нахмурил брови граф. — Надо будет поблагодарить его.
— я уже это сделала. Не переживайте.
— Прости меня, Лиззи. — перебил граф, хватая меня за ладонь, садясь на кровати и приближаясь к моему лицу. — Если бы.
— Это все равно бы случилось, — шепотом ответила я, чувствуя, как кружится голова. — Он хотел получить меня. И он это сделал.
Мне было сложно дышать. Рука графа была ненормально горячей. Он сжимал мои пальцы, передавая этот жар. Да, именно из-за этого у меня кружилась голова, и
