ожидаемо — что у тебя будет свое мнение, поскольку ты работала в этой отрасли ассистентом.
Я не удивлена, что мистер Фостер видел все это именно так. Я работала там, чтобы угодить ему. Вот за что этот человек мне платил. Моя ценность вне этой сферы не была очевидной.
— Тогда он не знал, что я была дизайнером.
— Никто из нас не знал, — она снова поворачивается ко мне лицом. — Я уйду на пенсию в ближайшие год или два, София. И рада, что не сделала этого раньше. Работа с тобой над этим проектом была одним из самых ярких моментов в моей карьере.
Я проглатываю нахлынувший на меня поток эмоций.
— Вы не представляете, как много значат для меня ваши слова. Я боготворила вас очень долгое время.
— Не так уж и долго, — она постукивает пальцем по кончику моего носа. — Ты восхищалась мной несколько лет, дорогая. Прошло всего несколько лет.
Я улыбаюсь напоминанию не упоминать о ее возрасте.
— Да, вы правы. Прошло несколько лет, и возможность поработать с вами сделала меня дизайнером получше.
* * *
— Ты рассказала Николасу о Франко? — Кейденс стоит в лобби моего многоквартирного дома. — Должно быть, у вас все серьезно.
Я позвонила ей во время обеденного перерыва, чтобы ввести в курс дела. Я могла бы сказать, что она была удивлена, но понятия не имела, что это шокирует ее настолько, чтобы подруга зашла ко мне в конце дня.
— Я еще не приводила его сюда. И подумала, что он заслуживает объяснений, — меня так и подмывает позволить ей ответить, но я этого не делаю. И продолжаю говорить. — Почему ты здесь? Я думала сегодня вечером ты встречаешься с Тайлером за ужином в «Нове».
— У него изменились планы, — подруга пытается застегнуть пуговицу посередине своего пальто, но у нее ничего не получается. У нее вырос живот, и пальто теперь по меньшей мере на два размера меньше, чем нужно. — Я подумала, что мы могли бы потусоваться и посмотреть наше шоу на «Нетфликс».
Мне не очень хочется ее прогонять. Кейденс всегда была рядом со мной, но этот ужин у мистера Фостера — именно то, что мне нужно сегодня вечером. Я не видела Николаса уже несколько дней. Была слишком занята предстоящим выпуском «Элла Кара», а он был погружен в роман, который пишет. Нашим единственным общением было несколько звонков и текстовых сообщений.
— Мне жаль, Денс. У меня есть планы. Сегодня вечером я иду ужинать домой к мистеру Фостеру.
— Ты, что? — выражение ее лица сразу же светлеет. — Это большое дело, София. Ты вращаешься в элитных кругах Манхэттена.
— Вовсе нет, — усмехаюсь я, беря ее под руку. — Пошли наверх, мы сможем поговорить, пока я буду собираться.
— У тебя есть печенье с шоколадной крошкой?
— Думаю, да, — я нажимаю кнопку вызова лифта. — А у тебя есть страстное желание?
Вздернув подбородок, она смотрит на меня сверху вниз.
— Да. Пожалуйста, скажи мне, что у тебя есть козий сыр.
Я отступаю назад, когда несколько человек выходят из лифта.
— Ты же не планируешь эти два продукта есть вместе, не так ли?
— Я собираюсь приготовить сэндвич из печенья с шоколадной крошкой и козьим сыром, пока ты будешь готовиться к своему изысканному ужину.
Я двигаюсь вперед, к лифту, как только он пустеет.
— У меня пропал аппетит.
Глава 24
Николас
— Спасибо, что позволила мне заехать за тобой домой.
София переводит взгляд с затылка водителя на мое лицо. Мы сидим на заднем сиденье седана, принадлежащего автопарку автосервиса, которым я иногда пользуюсь. Я не против передвигаться по городу с помощью «Убера» или общественного транспорта, но сегодняшний вечер особенный. Я знал, что София наденет что-нибудь запоминающееся; что-нибудь, заслуживающее подогревающихся сидений и удобных подголовников.
Она выглядит потрясающе. На ней платье темно-синего королевского цвета, туфли на каблуке с открытой пяткой. София оставила волосы распущенными, и весь ее образ завораживает.
Если бы этот ужин не был так важен для нее, как мне известно, я бы просто отвел ее в спальню, как только приехал к ней домой.
— Мы можем вернуться туда после ужина, — она приподнимает брови. — Я хочу тебе кое-что показать.
Я провожу рукой вверх по ее бедру, поднимая и ткань платья.
— Это что-то прячется под платьем?
Ее взгляд падает на мою руку.
— Ты хочешь прикоснуться ко мне сейчас?
Я хочу трахнуть ее прямо сейчас. У меня есть презерватив во внутреннем кармане пиджака. Все, что мне нужно сделать, это сказать водителю объехать парк. А я, посадив Софию к себе на колени, трахал бы ее сладкое тело до тех пор, пока пот не выступит над ее верхней темно-красной губой. Единственным разделением между водителем и нами была бы тонкая пластиковая перегородка.
— Я бы трахнул тебя прямо сейчас, если бы ты согласилась на это.
Она приподнимает свою задницу на сиденье.
— Ты делал это раньше? Ты когда-нибудь трахал женщину на заднем сиденье такой машины?
Она была моей фанаткой, опьяненной вниманием, которое я уделил ей на автограф-сессии. Это было ранним летним вечером в машине, которая везла меня в аэропорт Далласа. Я пригласил ее прокатиться и трахал, пока ее лицо было прижато к липкой искусственной коже сиденья. Я так и не узнал ее имени.
— Не спрашивай меня об этом.
— Я расцениваю это как «да», — София с вызовом приподнимает уголок рта. — Где еще у тебя был секс?
— София, — мой тон низкий, предупреждающий. — Мы договорились, что не будем обсуждать прошлых любовников.
Я жду, когда она заговорит о том факте, что теперь я знаю все подробности о жизни одного из ее бывших бойфрендов, Франко Абано.
— Мы взрослые люди, — она смотрит на часы. — Нам ехать к Габриэлю по крайней мере еще десять минут, так что давай поговорим о том, что нам нравилось и что не нравилось с нашими прошлыми любовниками.
Я не хочу. Я не могу представить себе сценарий, при котором обсуждение интимных подробностей секса с другой женщиной закончится хорошо. У Софии есть склонность к ревности, согласна она с этим или нет. Именно это заманило ее взглянуть вниз с балкона в Вейл Ист. Она увидела, как я разговариваю с Пенни. Она представила, как мы трахаемся, и решила положить этому конец. Все очень просто.
— Я не буду обсуждать с тобой женщин, с которыми спал, София. Это все в моем прошлом.
Она фыркает.
— Тебе не обязательно называть мне их имена или то, как ты их оценивал. Я
