распоряжается собой без оглядки на род. Скажу больше, если к этому времени у неё нет партнёров, то это вызывает вопросы. Общество начинает считать, что с ней что-то не так.
— А ты, значит, знаешь? — рассердилась графиня. — В род вступил совсем недавно, а уже такие заявления делаешь.
— Так это не я. Это мои однокурсники из центра. Я провёл среди них немало времени и много узнал.
— Раз ты настолько умный, то, может, знаешь, что такое медовая ловушка? — ядовитым тоном спросила Ульяна Романовна. — Думаешь, вы случайно встретились и переспали?
— Знаю. И это не она. С Оксаной мы познакомились гораздо раньше, чем она могла заподозрить меня в отношении к роду. Это произошло в день моего отправления в Новосибирск на бронепоезде. Они со своей подругой сбежали из-под опеки родителей и отправились в центр подготовки. Для маскировки они выбрали купе для простолюдинов. Моё. В тот момент я ещё не представлял никакой ценности, поэтому уверен, что встреча вышла случайной.
— А затем, после спасения, она уложила тебя в постель? — спросила графиня, всмотревшись в моё лицо.
— Нет. Это произошло раньше, и инициатором выступал я, — отмёл я её предположения.
— А не обманываешь ли ты меня и сам себя? — уточнила Ульяна Романовна.
— Нет, — покачал головой я.
— И даже не считаешь Оксану достойной партией для себя? — уточнила женщина.
— Нет. Мы просто дружим, — покачал головой я. — Возможно, если бы я оставался всё тем же обычным егерем, то мог бы и задуматься о чём-то подобном. Но это чисто гипотетически. Ни на ком жениться я не собираюсь. Кроме того, по словам Оксаны, ей ничего от меня не надо. Хочет ещё пожить для себя.
Ульяна Романовна, не скрываясь, поморщилась.
— О молодость, о нравы! Они даже жениться не планируют! Да только кто потом возьмёт такую девушку в жёны? И как можно вообще рассказывать о подобной связи и даже не покраснеть?
Я пожал плечами.
— Хорошо. Если это так, то я рада, только всё же помни о возможной ловушке и даже не думай относиться к столь ветреной даме всерьёз. Ты понял?
Дождавшись кивка, графиня продолжила:
— Её род ведёт какую-то свою игру, и мы с твоим дедом не знаем, чего от них можно ожидать.
— А поподробнее? Он что-то выяснил? — заинтересовался я и мысленно выдохнул. «Всё же хорошо, что мне удалось привлечь Хладовых к работе. Они пашут, выискивают угрозы, усиливают род, а я могу заняться своими делами. Ну или сосредоточиться на иных задачах».
— Да. Вчера, после встречи с Боде, я решила позвонить по оставленному на пригласительном номере и связалась с главой её рода. Разговор, пусть и был коротким, но сумел меня заинтриговать. Пришлось отправлять к ним твоего деда, который отзвонился мне лишь поздней ночью.
— Я так понимаю, беседа у них вышла крайне познавательной? — уточнил я.
— И насыщенной множеством интересных документов. Так что бери свой компьютер или что тебе ещё нужно, и работай. Павлуша напомнил, что канал связи тебе известен.
Подтвердив сказанное, я поспешил в кабинет, где несколько минут настраивал ноутбук, чтобы его нельзя было отследить. Затем зашёл на малопопулярный сайт, имеющий возможность создавать почту, и скинул на флешку довольно внушительный объём документов, отправленный нашим агентом в столице.
Пока шла загрузка, я добрым словом вспомнил Тараса и накрытые вчера полотенцем яства. Угощение шло великолепно, правда, от водки пришлось пока отказаться. Во-первых, я не алкоголик, чтобы пить в одиночку. А во-вторых, сейчас мне нужна трезвая голова и холодный расчёт. Отдыхать будем позже.
Кивнув, отправился к себе в комнату, где находился защищённый ноутбук. Несколько минут переходов на малопопулярный сайт, вход на почту — и моему взгляду предстало немалое количество отправленных дедом документов. Скачав их, я выключил компьютер, отсоединил его от розетки и вытащил батарею, после чего взял другой ноутбук, лишённый на аппаратном уровне возможности выхода в сеть, и отправился к графине.
Вскоре выяснилось, что информация на почте была не только той, что предоставили Боде, но и та, которую удалось добыть деду в последние дни.
Быстро пробежав глазами документы по увеличению численности службы безопасности рода, привлечению новых специалистов разведки и подготовленных бойцов, а также потраченных на это дело средств, мы перешли на изучение докладной записки. В ней старик кратко описывал содержание переданных документов.
Сведения были печальными. Из них следовало, что роды Муравьёвых и Голицыных, которые покровительствовали убитому нами Змушко, выяснили, кто на самом деле виновен в смерти их ставленника, и решили высказать своё неудовольствие нашему роду, а также взыскать с Хладовых не менее миллиарда рублей, а чтобы вопрос с выплатами решился в положительную сторону, для этого в Новосибирск планируется отправить отряд подготовленных дружинников. К слову, столь баснословной суммы у нас, несмотря даже на всё желание, никак не найдётся, а следовательно, цель выставления столь высокой виры — в желании под благовидным предлогом отобрать всё, что у нас есть. Эти подозрения высказал и старик, который также предоставил фотографии, полученные Муравьёвыми из центра мониторинга и контроля.
«Вот же уроды, — подумал я. — Нужно обязательно навестить столь чудесное место и выяснить, кто так смело сливает всем информацию о моей лиге».
— За нас решили взяться всерьёз, — прокомментировала прочитанное побледневшая графиня. — На этот раз слишком серьёзно. Как будем отбиваться, Гордей? Всё-таки новые противники — не бандитский отряд егерей, а сильные столичные роды. Неужели снова придётся рисковать жизнью и отстаивать своё⁈
— Ничего не поделать, — пожал плечами я. — Они считают нас представителями вымирающей семьи, которой каким-то чудом удалось не уйти в небытие окончательно. Поэтому и позволяют себе такое отношение. Уверен, мы и в этот раз сумеем найти способ, чтобы заставить их отступить.
— Голицыных и Муравьёвых? — приподняла бровь женщина. — Ты понимаешь, с кем собрался воевать? Да у них одних ярых, знаешь, сколько?
— Какая разница, сколько у них магов? — уточнил я и на несколько мгновений активировал скрывающую технику, позволившую мне пропасть с глаз графини. — Если глава рода и его подопечные могут внезапно погибнуть?
— Нам нужен мир, а не война на выживание, — ворчливо заметила графиня. — Попробуешь продемонстрировать силу, и они сотрут нас в порошок. Всех! Включая женщин и детей!
Я снял с себя технику и, вернувшись на стул, добавил:
— Они
