отличаться от сверстников.
Закончив с делами и вновь выслушав благодарности Каса, я напомнил ему про последние поручения и поспешил на выход. Водитель направил внедорожник в город, но не успели мы проехать и пару минут, как на глаза попался разлом шестого класса, возле которого расположился автомобиль лиги.
Подъехав ближе, я узнал за его рулём водителя, который возил в разломы Ольгу и Людмилу с Барсиком.
Отметив, что «шестёрка» уже закрыта, велел подъехать ближе и, приоткрыв окно, крикнул: — Ну, что тут? Как они?
— Всё отлично! — узнал меня водитель. — Разлом закрыли. Ран нет. Уже часа три там.
«Третируются», — подумал я и, благодарно кивнув мужчине, велел продолжить движение, однако следующие слова водителя заставили меня изменить решение.
«Вот сейчас я возьму их тёпленькими и наконец пойму, что происходит! Играют они передо мной комедию? Или у Александра действительно есть чувства к Ольге. Не просто же так он бросил Бекишева и рванул сюда?»
Войдя в пятно, я тут же накинул на себя скрывающую технику и никем незамеченный направился по протоптанной тропе. Скоро послышались звуки тренировки, и я увидел Ольгу, которая сформировала ледяной меч, с которым отрабатывала комплексы.
Неподалёку от тренирующейся девушки, на солнце, расположился переевший мяса и тяжело дышащий Барсик, мордочка которого была измазана в крови.
«Ольга⁈ Но почему она? Должна же тренироваться Люда? Или они действительно водили меня за нос⁈» — пронеслось в голове, и я, изучив следы, направился по одному из них.
Вскоре дорожка примятой травы привела меня на небольшую живописную полянку, где самозабвенно, как это только бывает с молодыми влюблёнными, целовались Александр и Людмила.
«Значит, вместо того чтобы тренировать девчонок, он ухлёстывал за ними⁈ Отнимал ценное время⁈ — подумал я немного раздражённо. — И ещё мне интересно, почему он здесь с моей сестрой? Он же вроде как положил глаз на Ольгу? Про неё спрашивал? Или это специально? Чтобы я не догадался о его поползновениях в сторону Людмилы? Впрочем, зачем гадать, сейчас и узнаем!»
Сняв с себя скрывающую технику, я нахмурился и нарочито зло произнёс: — Ну⁈ И что у нас тут происходит⁈
Отскочивший на несколько метров назад Александр испуганно посмотрел на меня и словно бы растворился в воздухе, а в следующее мгновение лишь шевеление деревьев подсказало, что он рванул к пятну на огромной скорости.
— Надо же! — нарочито удивлённо сказал я. — Он эту технику месяца два мучает и вообще без успехов, а сейчас раз! И исчез.
— Гордей! — с укором произнесла старшая сестра. — Неужели нужно было так его пугать?
Состроив невинное лицо, произнёс:
— Я просто хотел уточнить, что происходит. Почему мой друг находится здесь, а не на базе и почему пристаёт к тебе в то время, как спрашивал у меня про Ольгу.
Сестра вздохнула: — Он тебя очень уважает и боится. Сказал, что если ты узнаешь о нашей связи, то точно ему голову открутишь. Он тогда хотел про меня спросить, да только не смог и был вынужден спрашивать насчёт Ольги.
— А она вас всё это время прикрывала? — предположил я.
— С пользой для себя, — призналась сестра. — Ты же бросился в разлом за Александром, когда хотел его спасти? Жизнью рисковал! Вот она и решила, что если скажет, что присматривается к Рибутову, то ты, не желая идти против друга, не станешь на неё давить. А за выгаданное время она ещё что-нибудь придумает.
— Эх, девочки, — покачал головой я. — Накрутили вы знатно. А оно того стоило? Я ведь не против, только за, если вы будете счастливы. А так, где теперь искать нашего героя-любовника?
Глава 10
С момента передачи Тарасом сигнала прошло уже трое суток, однако пока ничего не произошло.
Всё это время отряд и служба безопасности Хладовых находились в повышенной степени боевой готовности и, стараясь не демонстрировать это, ожидали нападения. Не желая раскрывать все карты перед подчинёнными и опасаясь утечек, им скормили легенду о возможной атаке на нас недобитых остатков отряда отречённые клинки, пожелавших отомстить за смерть командира.
Память об обезбашенном Змушко и методах ведения им дел была всё ещё не забыта, как и история нашего с ним конфликта. Поэтому новость особого удивления не вызвала, но заставила егерей находиться в тонусе и быть готовыми ко всему.
Под этим же предлогом я запретил членам рода покидать территорию базы, а сам, выступая в роли наживки, ездил по городу под охраной двух звёзд элиты. Родным это очень не понравилось, особенно Ксении Алексеевне и графине, однако переубедить меня никто так и не смог. А Ульяна Романовна, посмотрев в глаза, решила прямых приказов не отдавать, понимая, что я её ослушаюсь и таким образом снижу её авторитет.
Желая их успокоить, я решил показать им небольшой план старого, непопулярного ныне парка, расположенного на окраине города, где мои люди уже подготовили ловушку для убийц.
— Что это? — спросила графиня, склонившись над бумагой и указав на место перед входом, а затем и на извилистую линию, ведущую в глубь посадок.
— Это? Путь моего отхода. Стоит только кому-то приблизиться, как я разобью асфальт под собой и пробегу вниз по прокопанному туннелю в безопасное место. А вот в этих, — указал я взятым в руку карандашом, — располагаются позиции гранатомётчиков. Здесь — пулемётчиков. Тут, тут и тут расположены взрывные фугасы, а на этих крышах — даже два переносных зенитно-ракетных комплекса. На всякий случай.
Ульяна Романовна приподняла брови.
— Ты что? Снова собираешь устроить в городе войну? Ты понимаешь, как это будет расценено властями? А нашими союзниками?
— Я собираюсь защитить семью и отряд от лишних жертв и потрясений, — ответил я и принялся складывать план. — Лучше пусть нападающие устроят разрушения там, и мне удастся избежать лишних жертв. А что касается военных действий, то это же не я нападаю, а на меня. Или нужно позволить убийцам меня прикончить?
Графиня недовольно покачала головой, но после демонстрации плана морщины на её лице несколько разгладились. Она поняла, что рисковать лишний раз я не собираюсь и в этот раз тщательно готовлю место боя.
Потратив ещё некоторое время на убеждения родных, которые пообещали мне не покидать территорию базы, я вновь отправился изображать из себя приманку. А в голову то и дело лезли мысли об слишком долгой задержке с нападением. Всё было
