…В 1970 году секретарша из БНД 30-летняя Хайдрун Хофер познакомилась с красавцем-мужчиной. Он представился как Ханс Пушке: родился в Кенигсберге, после войны жил в Южной Америке, где вступил в тайный союз немцев-эмигрантов — борцов за единую «великую Германию», не зависимую от США. Хайдрун, дочь капитана вермахта, согласилась ему помогать, снабжая через него «истинных арийцев» секретной информацией из БНД. Через нее были получены характеристики и психологические портреты нескольких сотрудников БНД.
После подбора подходящего кандидата с ним якобы «случайно» познакомился «нелегал» КГБ, работавший под псевдонимом «Вальтер». Действуя от имени «Uberlebenstager», в феврале 1972 года «Вальтер» свел своего молодого друга с руководителем организации «бароном фон Хоэнштайном», роль которого сыграл Юрий Дроздов (в дальнейшем генерал-майор и начальник Управления «С» (нелегальная разведка) ПГУ КГБ СССР). Именно Дроздов и завершил оперативную комбинацию, приняв у новообращенного члена присягу и заверения в желании оказать любую помощь в священной борьбе с коммунизмом.
Этот агент под номером «Д-104» активно сотрудничал с «организацией» около пяти лет и был «законсервирован» после того, как в конце 1976 года полиция арестовала Хофер по наводке перебежчика из ГДР. В 1990 году в Москву на постоянное место жительства прибыл бывший начальник контрразведки БНД Ганс Иоахим Тидге, перешедший из ФРГ в ГДР еще в 1985 году.
А теперь давайте поговорим о том, как проводится вербовочная беседа — вершина мероприятия по привлечению к доверительному сотрудничеству.
В искусстве вербовки большое значение имеет ораторское искусство, помноженное на знание психологии. Здесь, как в любви — насильно мил не будешь. Реализуя свои коммуникативные способности, вербовщик должен быть тонким мастером ведения диалога, опытным полемистом и блестящим оратором, для которого характерно стремление к достижению тесного взаимодействия с объектом разработки.
Очень важным в вербовочной беседе является так называемый эффект доступности. Обычно его рассматривают в трех аспектах: техническом, эмоциональном и смысловом.
Технический аспект. Включает в себя устранение неверной постановки ударений, «слов-паразитов», неграмотных оборотов, нечеткости произношения, а также необычной манеры говорить.
Эмоциональный аспект. В формулируемые фразы необходимо включать больше активных глаголов и меньше прилагательных и пассивных существительных. В них возникает потребность только в том случае, когда необходимо подчеркнуть какие-либо особые свойства. Речь должна быть в достаточной мере экспрессивной (эмоционально-напряженной) — не следует сидеть неподвижно, полезно использовать жестикуляцию. То же относится и к живой мимике, застывшее лицо не внушает доверия и оставляет впечатление напряженности.
Смысловой аспект. При построении фразы следует учитывать, что наилучшим образом воспринимается фраза, состоящая не более чем из 10-13 слов, хорошо — из 14-18 слов, удовлетворительно — из 19-25. Фразы, состоящие более чем из 25 слов, воспринимаются с трудом, а насчитывающие более 30 практически не воспринимается. В связи с этим предпочтение следует отдавать коротким предложениям.
Слова должны вплетаться в речь легко, а не с трудом разыскиваться в закоулках памяти. Поэтому для формирования навыка выбора правильного слова и эффективности воздействия рекомендуется хотя бы изредка брать в руки словарь синонимов.
Основные моменты проведения вербовочной беседы
1. В процессе вербовочной беседы вербовщик должен установить с объектом тесный психологический контакт. Во время беседы оперативник обязательно должен контролировать реакцию объекта по внешним проявлениям (мимика, жесты и др.), по степени восприятия им выдвигаемых тезисов (активное, пассивное), поддерживая таким образом постоянную обратную связь с объектом. Факторами проявления невербальной коммуникации являются поза, мимика, жесты, микродвижения конечностей (особенно рук), изменения тембра голоса, цвет кожных покровов и др. В диалоге с объектом очень важно использовать наблюдения за невербальными проявлениями, поддерживать так называемую «обратную связь», т.е. контролировать наличие или отсутствие контакта, наличие «эмоционального резонанса» как результата своей реплики, произнесенного тезиса и т.д. Это необходимо, в первую очередь, для контроля за состоянием объекта вербовочной разработки и в необходимых случаях — для коррекции своего поведения.
2. Держаться при проведении мероприятия нужно уверенно, демонстрируя твердую убежденность в своих словах.
3. Взгляд должен быть направлен в сторону объекта. При откровенном вызове ни в коем случае нельзя избегать взгляда объекта вам в глаза, в зрительной дуэли он первый должен опустить глаза. Но постоянно смотреть в одну точку тоже не рекомендуется.
4. Свою речь лучше всего начинать с краткого обращения к объекту, после которого должна последовать секундная (а в случае необходимости и более длительная) пауза. Пауза является особым риторическим приемом, с помощью которого фразы отделяются друг от друга. Но применять ее следует только в том случае, если у вас есть уверенность в том, что вы полностью владеете вниманием объекта. Именно в этом случае пауза бывает наиболее полезна для самостоятельного осмысления объектом полученной информации. По мнению психологов, интонирование и паузы способствуют приращению информации на 10-15%, что вытекает из особенностей восприятия.
5. Следите за четкостью своей речи, не говорите слишком быстро и ни в коем случае не монотонно.
6. С первых же слов внимательно наблюдайте за реакцией объекта. Эмоциональный компонент вашей речи должен рассматриваться с точки зрения расслабления и снятия у объекта эмоционального напряжения. Достигается это, например, с помощью уместной шутки или не слишком заумного анекдота.
7. При кульминации беседы в момент вербовочного предложения необходимо говорить убежденно, уверенно, с подчеркиванием каждого слова.
8. И, наконец, последнее: ни под каким видом не подавайте повод объекту заподозрить, что ваша речь дается вам с трудом, что вы устали или в какие-то моменты чувствуете себя неуверенно.
Кстати, работая с объектом, рассчитывайте свои силы, как эмоциональные, так и физические. В свое время при попытке завербовать советских разведчиков немало сотрудников западных спецслужб получили по голове первым же попавшимся предметом.
Еще на заре своей карьеры генерал КГБ СССР Г.П.Покровский при попытке вербовки его американскими спецслужбами так. врезал своему вербовщику, что того пришлось откачивать несколько часов. В дальнейшем боксерские навыки еще не раз пригодились Георгию Петровичу: так, например, во время его командировки, уже в должности главы токийской резидентуры, ЦРУ попыталось осуществить силовой захват генерала, но сила снова была на стороне советского разведчика.
(Чехонин Б. Журналистика и разведка. — М.: Алгоритм, 2002)
3.6. Закрепление оперативного контакта
Завершающая фаза вербовки предполагает закрепление агентурных отношений с доверительным помощником. Формой закрепления может выступать подписка о сотрудничестве, что, впрочем, не носит характер обязательного требования. Еще одной формой закрепления оперативного контакта может стать собственноручно написанное информатором первое агентурное сообщение или расписка в получении от оперработника денежных средств.
Если обратиться к истории, то, например, в спецслужбах царской России никакого документального закрепления отношений ни с «секретным сотрудником», ни с владельцем «конспиративной» квартиры не требовалось. Даже деньги лидерам черносотенных организаций, секретным сотрудникам и чиновникам Департамента полиции выдавались безотчетно, без расписок из секретных смет с пометкой «на известное Его Императорскому Величеству употребление». Расписки брались лишь у ненадежных агентов.
В качестве классического примера закрепления доверительных отношений вербовщика с агентом, работающим из идеологических побуждений, можно рассмотреть вербовку гражданского аналитика военно-морской разведки США Джонатана Полларда израильской спецслужбой «Лакам». Несмотря на то, что израильтяне были абсолютно уверены в патриотических (сионистских) побуждениях своего агента, куратор убедил Полларда принять скромный презент в виде кольца с бриллиантом и 10 тыс. долларов наличными на карманные расходы.
Если провести детальный анализ причин, толкнувших Полларда в объятия израильской разведки, то можно с уверенностью утверждать, что это было сочетание его сионистских взглядов, склонности к авантюризму и попытки преодолеть комплекс неполноценности (осознать собственную значимость).
Во-первых, Полларду для утоления своих авантюрных наклонностей хотелось новых, неизведанных острых ощущений.
