Пытаясь скрыть замешательство, Рина натянуто улыбнулась. Почему, интересно, Доналд не сказал ей, что и Кил будет в компании? Впрочем, сама бы могла спросить.
— Да, Доналд особенный, — рассеянно заметила она.
— Ну, ты-то у него на особом положении — хозяйка, ко всему привыкла. Вот мы с Джессом — просто рабочая скотинка. А мистер Флэгерти, да, он совсем не такой, как другие. Такая куча денег, и он честно их заработал, и все равно — как будто свой.
— Да ни на каком я не на особом положении, Мэри. Просто работаю у него — так же, как и все остальные.
— И все-таки это не то. Ты можешь и не работать, Вы с ним — из одной компании.
Рина не удержалась от смеха:
— Это верно, я могу прожить, и не работая. Но нельзя сказать, что у меня денег куры не клюют. Просто Доналд Флэгерти не сноб. И вообще, при чем тут деньги, люди есть люди. А Доналд — на редкость славный человек.
— Не скажи, — рассмеялась Мэри. — Люди с деньгами — это другие люди. Положим, о мистере Флэгерти этого не скажешь, но от Джоан Кендрик просто несет деньгами. Всегда ходит, задрав нос, удивительно еще, как это птицы в ноздри не залетают.
— Скажешь тоже, — фыркнула Рина.
— Точно тебе говорю. Слушай, если не так вилку возьму или что там еще, толкни меня, ладно?
Они подошли к каюте Доналда.
— Да не придется мне тебя толкать. Завтрак как завтрак, к тому же Доналду и в голову не придет судить человека по тому, как он держит вилку. Так что можешь не волноваться.
— И все равно, давай сядем рядом, не возражаешь?
Рина не ответила — соображала, как бы отговориться от участия в сегодняшнем мероприятии. Ну разве можно быть такой дурой? Все ясно: Доналд решил, что Кил для нее — подходящая партия. Давно можно было сообразить: он только и ищет случая свести их?
— Ну пожалуйста, Рина. Я ведь от стыда сгорю, если что не так сделаю в присутствии Джоан Кендрик.
Рина вздохнула. Она никак не могла отвязаться от предстоящего. А тут еще это катание. Если Кил поедет впереди, то она — сзади. Так меньше придется общаться.
— Ладно, пошли, а то еще больше опоздаем, — непринужденно бросила она.
Шторы в каюте Доналда были широко раздвинуты, и все помещение залито ярким солнечным светом. Как Рина и думала, завтрак ничего особенного собой не представлял. Сок, кофе, яйца, бекон, сосиски, булочки, оладьи. Все расставлено на столе у окна, подходи и бери. Да и хозяин одет по-домашнему — потертые джинсы и рубашка с короткими рукавами.
— Что-то вы припозднились, — с улыбкой сказал Доналд, приглашая их войти.
Рина быстро обежала глазами комнату. Джулия Тайсон, эффектная молодая женщина с огромными карими глазами, приветственно помахала ей из дальнего угла, где она устроилась с чашкой кофе в руках. Джейсон, старший брат Мэри, весьма привлекательный мужчина, сидел рядом с Джоан Кендрик на краю хозяйской кровати. Бедняга Джейсон походил на взволнованного терьера, которого любимый хозяин гладит по шерсти. Джоан же, как всегда, выглядела свежо и броско, чему отчасти способствовало и появление нового — а в этом сомнений не было — поклонника. Но Мэри, пожалуй, права: по скучающему взгляду и равнодушной позе было видно, что на Джейсона она тратить время не собирается. В конце концов, это всего лишь музыкант.
Рина неожиданно сдвинула брови — вспомнилось, как Джоан разговаривала с Гленом. Правда, было темно, но Рина поклясться могла, что тогда Джоан была не столь высокомерна. Она пожала плечами. Должно быть, в глазах Джоан врачи на иерархической лестнице стоят ступенькой выше музыкантов. Поделом ей будет, если Джейсон с Мэри станут знамениты и, следовательно, очень богаты, Джейсону под тридцать, у него смуглая кожа, стройная фигура — словом, по-своему очень красив. Вот бы увидеть, подумала Рина, как Джоан подкатывается к Джейсону, а он лишь скучающе отмахивается от нее!
— Что, Рина, поспать любите? — осведомился Доналд.
— Да я вовсе не спала, когда вы позвонили, я же сказала вам, — сдержанно улыбнулась она, повернувшись к хозяину. — К тому же другие опаздывают еще больше, если только Мэри не ошиблась насчет приглашенных.
— Вовсе я не ошиблась, — невинно заметила Мэри.
— Кил с Эрихом сейчас будут. Понырять решили. Вообще-то они уже перекусили, — в тон Мэри проговорил Доналд. Интересно, подумала Рина, догадывается ли он, что, возможно, ему вот-вот придется меня уволить. — Ну что ж, девушки, налегайте на съестное, да поживее. Я хочу, чтобы еще до восьми мы были на берегу.
— А мы видели, как они ныряли! — воскликнула Мэри. — Потрясающе! Поэтому мы и опоздали.
Еще раз улыбнувшись Рине, Доналд взял Мэри под руку.
/
— Давайте-ка я поухаживаю за вами, дорогая. Что предпочитаете? Могу предложить яйца с ветчиной или сыром. А можно и то, и другое.
Рина последовала за ними, и в этот момент в дверь громко постучали.
— Рина, это Кил либо Эрих. Откройте, пожалуйста.
— Сию минуту. — В конце концов, пока она на службе, хотя в последнее время Доналд вроде не слишком загружает ее по части различных светских обязанностей.
Поворачивая ручку, Рина с неудовольствием отметила, что на ладонях у нее выступил пот и руки дрожат. А еще противнее было то, что ей, как выяснилось, очень хочется, чтобы это был Кил, а не Эрих. Не успела она повернуть ручку, как вновь раздался нетерпеливый стук. Рина поспешно открыла дверь. Это оказался Кил. Волосы у него все еще были мокрыми, но их уже коснулась расческа. На нем были потертые джинсы и футболка с рекламой «Буш Гарденз».
Не двигаясь с места, Кил остро посмотрел на Рину, но выражения его лица она не разобрала. Разве что он по собственному усмотрению мог менять цвет глаз — сейчас они у него совсем потемнели; впрочем, может быть, это только казалось из-за полуопущенных ресниц.
— Прошу прощения, — наконец заговорил он. — Я по приглашению. Можно?
— Я… Мне… — Язык у Рины, казалось, прочно прилип к гортани. Но тут же ей показалось, что обыкновенное «извините» прозвучит неуместно, коль скоро он чуть с жизнью не распростился.
Кил прошел было мимо, но Рина остановила его, ощутив при прикосновении к его обнаженной руке, что ее буквально током пронзило.
— Я… Понимаю, что этого недостаточно, но… прошу прощения.
— И есть за что, — коротко бросил он и прошел в глубь каюты.
Ударь он ее либо окати холодной водой, больнее, в чисто физическом смысле, задеть бы все равно не удалось. Рина буквально ощущала, как ее переполняет гнев, она вся словно горела с головы до пят. А закрывая за ним дверь, почувствовала, что пальцы дрожат, как листья на ветру. Немалых трудов стоило ей не бросить ему в спину, что он свинья, неблагодарный ублюдок.
Когда она обернулась, Кил уже пил кофе и оживленно, болтал с Мэри. Джулия Тайсон о чем-то спорила с Джейсоном, а Джоан Кендрик донимала Доналда.
