— А кто спорит? Я давно это говорил.
Рина привстала на цыпочки, поцеловала его и озабоченно спросила:
— И все-таки почему ты пришел так поздно?
— Президент вызвал, — ухмыльнулся Кил. — Я получил официальные поздравления.
— Потрясающе.
— Гм. А ты что, не рада, что нас обвенчали еще там, на корабле?
Рина растерянно посмотрела на него и тут же рассмеялась:
— А, понятно. Ты хочешь сказать, что малыш родится ровно через девять месяцев, день в день? Да, пожалуй, рада. Вот разговоров-то будет!
Рина неожиданно посерьезнела и на мгновение опустила глаза. Кил озабоченно посмотрел на нее, но, встретив прямой, спокойный взгляд, с облегчением улыбнулся.
— Ты знаешь, Кил, может, тебе покажется странным, но я рада, что наш ребенок был зачат в тот самый день, когда Мэри пошла на поправку. Получается так, словно нам подарили две жизни: жизнь Мэри и жизнь нашего сына.
Кил улыбнулся, прижал жену к себе и прошептал в самое ухо:
— Мне это вовсе не кажется странным, дорогая. Странно другое — твоя уверенность, что у нас будет сын.
Рина легонько оттолкнула его и, устремляясь на кухню, бросила через плечо:
— Ну, в этом-то как раз ничего странного нет.
Кил последовал за ней и, прислонившись к стене, принялся наблюдать, как она хозяйничает.
— А почему, собственно?
— А потому, что я сегодня утром была у гинеколога. У меня брали на пробу амниотическую жидкость.
— Что-что брали на пробу?
— Амниотическую жидкость.
— И ты даже не сказала? — Кил подлетел к ней и схватил за плечи. К счастью, кастрюлька с мясом уже проследовала в духовку. — Ну как же так? Я должен был быть там. Я…
— Знаешь, я все же немного беспокоилась из-за чумы, из-за вакцины. Я вовсе не собиралась что-то скрывать от тебя, просто сначала хотела убедиться сама.
— Ну и?.. — Рина никогда еще не видела таких непроницаемо-черных глаз.
— Все в порядке. У нас будет сын.
Он радостно засмеялся и изо всех сил прижал Рину к себе.
— Вот это здорово! Маленький Король Червей!
— О нет, — со смехом возразила Рина. — Король Червей — это его отец.
— Еще чего, я — туз, дорогая, никогда не забывай об этом, особенно если вздумаешь покапризничать.
Рина даже фыркнула от возмущения.
— Да-да, можешь не фыркать. Да, радость моя, я помню, что ты хотела девочку, и я тоже был бы счастлив малышке, но, честно говоря, парень — это потрясающе. Просто потрясающе. К тому же мы попробуем снова.
— И снова?
Они дружно, словно глянув в зеркало, расплылись в ослепительной улыбке. И заговорили тоже одновременно:
— Флеш-рояль!
Не переставая смеяться, они еще теснее прижались друг к другу. Кил медленно отстранил ее, и она заметила в его глазах какой-то странный блеск.
— Мясу еще долго тушиться?
— Около часа.
Кил тут же снова заключил жену в объятия и потащил в спальню.
— Кил…
— Целый час! Полно времени… эй! Прочь с дороги, Джек Дэниэлз!
Овчарка заскулила, вильнула хвостом и виновато побрела на место.
Кил уныло покачал головой и театрально вздохнул:
— Вот и попробуй поухаживать за женщиной, когда под ногами вертится собака.
— По-моему, пес — это твоя идея.
— И птица тоже, — с готовностью согласился Кил.
— Между прочим, она у нас какая-то сумасшедшая.
— Да ладно тебе, — широко улыбнулся Кил. — Зато ты хочешь полдюжины детей. Так кто из вас сумасшедший?
— Нет, это ты их хочешь, и, между прочим, я уже беременна.
— Ну что же, будем продолжать в том же духе.
— Ах вот как?
— Есть возражения?
Рина улыбнулась. Глаза ее светились зеленоватыми огоньками. Она обвила руками шею Кила, и они двинулись вверх по витой лестнице.
— Нет. Никаких возражений нет.
Примечания
1
Голубой хребет — цепи горных хребтов в южных Аппалача
2
Действие романа происходит в 1980-е гг.
3
Флоренс Найтингейл (1820-1910) — английская медсестра, создатель системы подготовки среднего и младшего медперсонала в Великобритании. Международным комитетом Красного Креста учреждена медаль имени Ф. Найтингейл. — Примеч. Ред.
