— Ты вылечил меня на славу, — говорил Микки, идя. — Член у меня стоит так, что сейчас порвёт плавки.
— Ну и засади кому-нибудь, — сказал Пип. — А то чего терпеть зря. Это и для организма не полезно.
— Понимаешь, гложет меня сомнение, — кибернетик всматривался в роботесс-проституток, которые, замечая на себе его взгляд, тут же растягивали губы в улыбке, поднимали подолы платьев и начинали вилять бёдрами. — Насколько я знаю, дырки у многих здешних дам настолько далеки от стерильной чистоты, что часто даже презерватив не помогает. И поэтому, прежде чем совать в них пенис, их надо как следует продезинфицировать. А есть ещё такие дамы, которые специально заражают мужиков. Об этом без конца пишут в газетах.
— Заражают? — удивился Пип. — Зачем это им нужно?
— Не им, а их хозяевам. В городе есть люди, которые считают, что всё, чем здесь занимаются — грех, и надо отваживать отсюда людей любыми способами, в том числе самыми жестокими. Это всякого рода поборники здорового образа жизни, борцы за нравственность, сектанты-пуритане и прочие чистоплюи. Они засылают сюда роботесс, заражённых такими "венерами", что потом не вылечишься. Здесь надо всё время держать ухо востро, и лучше не приходить сюда без своего дезинфексикатора, или, на худой конец, без особо прочного презерватива, причём такого, который обтягивает не только пенис, но и мошонку и прилегающие области паха. Тут ведь есть такие экземпляры, от которых можно заразиться не только при сексе, а даже от одного прикосновения к ним!
— Какая сложная жизнь у вас, людей, — сказал Пип. — Хорошо, что к моему штырю зараза не липнет.
Квартал красных фонарей был настолько обширен, что Микки с Пипом шли и шли, сворачивали из улицы в улицу, а сексшопам и толпам путан не было конца. На одной улице приятели едва не угодили в полицейскую облаву. Началось с того, что среди здешних роботесс внезапно возникло волнение. Послышались крики и визг. Несколько кибернетических дам промчались мимо Микки и Пипа, едва не сбив их с ног. Потом раздались звуки тяжёлых лязгающих ударов, как будто били кувалдами по железу. Микки, оглянувшись, увидел свирепую драку между двумя бандами роботов, и это были не роботессы-проститутки, а здоровые мощные увальни, снабжённые чугунными кулачищами и электрическими дубинками.
К месту побоища сбегались роботы-сутенёры и роботы-охранники, которые "пасли" здешних проституток. Вскоре вся середина улицы превратилась в поле яростного побоища.
— Кажется, что-то не поделили сутенёрские бригады, — пробормотал Микки. — Нам отсюда лучше убраться, а то попадём кому-нибудь под горячую руку.
Его предположение подтвердила худенькая роботесса в серебристом платьице и чёрном всклокоченном парике "под мальчика".
— С соседней улицы конкуренты подвалили, — сказала она. — Выживают нас отсюда, или хотят заставить платить. Но наши дают отпор.
— И часто тут такое? — спросил Микки.
— Нет, только в последнюю неделю стали наезжать, а за сегодняшнюю ночь это вообще уже третий наезд. Но наши хозяева пока держатся. Да и с чего мы должны отдавать эту улицу? Им что, своей мало?
В небе раздался рёв полицейской сирены и на проезжую часть рядом с толпой дерущихся стремительно опустились два полицейских аэромобиля. Выскочившие из них кибернетические стражи порядка принялись поливать всех подряд клейкой пеной из специальных баллонов, которая твердела в считанные секунды. Драчуны бросились врассыпную, но пена настигала их, сковывала движения и опутывала ноги и руки, заставляя валиться на тротуар.
— Ой, надо драпать! — воскликнула роботесса. — Здесь большинство девочек работает без лицензии, а копы это ужасно не любят!
— Почему они работают без лицензии? — полюбопытствовал Пип, торопясь вместе с Микки за новой знакомой.
— Ясно почему, — ответила она. — Для наших хозяев это лишний расход. Мы и так мало зарабатываем, все нас обдирают кому не лень, конкурентов полно, расценки на услуги падают, клиенты пошли такие, что уже требуют, чтоб мы и презервативы и дезинфексикаторы предоставляли за наш счёт… А ведь нам ещё и профилактику надо делать, и внешний вид поддерживать на уровне… Тут уже на лицензию никаких денег не остаётся…
Она свернула за угол и нырнула в подворотню. Микки и Пип последовали за ней. В длинной, как туннель, подворотне их обступил кромешный мрак. Вдалеке синевато светлел маленький квадрат выхода на какой-то двор.
— Всё, пропала ночь, — сказала роботесса. — Теперь до утра не дадут нормально работать. Начнут проверять всех подряд.
— Так иди на другую улицу, — посоветовал Пип.
— Ты что, спятил? Кто меня туда пустит?
— Тогда что же ты будешь делать?
— Придётся до утра прятаться от копов. Чувствую, хозяин меня здорово взгреет за то, что я опять не принесла ни цента!
Глаза-фонарики Пипа и роботессы, казалось, висели в темноте — розовые Пипа и зелёные, как у кошки, роботессы.
— А что ты умеешь делать? — спросил Пип.
— Да всё. Встаю в любую позу, лижу, сосу, целую, делаю минет… — Она приблизилась к Микки. — Тебе, — её пальчик мягко скользнул по его груди, — поскольку других клиентов не предвидится, сделаю всё за пару долларов. Всё что захочешь.
Хоть это была роботесса, а не живой человек, Микки вновь почувствовал возбуждение в паху. Он знал, насколько искусны роботессы в делах любви. Их влагалища были устроены так, что мужской член чувствовал себя в них не менее комфортно, чем в таком же месте у настоящих женщин, а во рту — даже более комфортно, потому что у роботесс зубы во время минета автоматически убирались. Но денег было слишком мало, и расставаться с ними очень не хотелось, ведь ни он ни Пип не знали, что их ждёт впереди.
— Нет, крошка, — он сокрушённо вздохнул. — Я бы и рад потрахаться, но с деньгами проблема.
— Вообще ничего нет? — Роботесса, казалось, была разочарована.
Микки пошарил по карманам и достал две пятидесятицентовые монеты.
— Могу предложить доллар.
— Ладно, давай. Хоть что-то, — голос у неё сразу стал деловитым. — За такую мелочь я, конечно, никуда с тобой не пойду, сделаю всё прямо здесь. Предлагаю минет. А можно ещё встоячка. Но только не лёжа. Ложиться на грязный асфальт и пачкать платье за какой-то несчастный бакс не желаю.
— Отлично, минет так минет, — с готовностью согласился Микки и, не теряя времени, принялся расстегивать ширинку.
Перевозбужденный член словно сам собой выпрыгнул из штанов. Роботесса присела перед ним на корточки и уже изготовилась обхватить его губами, как вмешался Пип:
— Постой, постой, — его рука протиснулась между вздрагивающим от возбуждения пенисом Микки и раскрытым ртом роботессы. — Без дезинфекции такие вещи делать нельзя. А вдруг тебя заслали сюда сектанты-пуритане заражать мужиков?
