Митч встал, положив на согнутую в локте руку тяжелый двойной приклад карабина, напоминавшего своей конструкцией миниатюрную безотказную пушку. Он предназначался для нападения на вооруженные машины в невесомости.
— Подождите минутку, — сказал Митч.
Двое полицейских не очень уверенно начали движение в сторону Фишмана. Услышав слова Митча, они тут же остановились, словно обрадовавшись предоставившейся для этого возможности.
Офицер посмотрел на Митча и удивленно поднял бровь.
— Вы что не знаете, какое наказание полагается тому, кто мне угрожает?
— Вряд ли оно более серьезное, чем то, которое полагается тому, кто снесет твою уродливую башку. Я — капитан Митчел Спэйн, командир морских пехотинцев, и я никому не позволю врываться сюда подобным образом, а тем более вешать моих людей. Кто ты такой?
— Господин Сальвадор, — ответил венерианец и вопросительно посмотрел на Митча, без труда определив, что перед ним — марсианин. Немного подумав, он, видимо, решил изменить свой план.
— Если бы я знал, что этим отрядом командует человек — офицер сделал ударение на этом слове — то не стал бы давать тут предметный урок. Пошли, — последнее слово, сопровождаемое еще одним элегантным жестом, предназначалось его подчиненным. Шестеро полицейских, не теряя времени, впереди своего командира направились к выходу. Сальвадор глазами пригласил Митча последовать за ним. Секунду помедлив, Митч решил выполнить его просьбу. Сальвадор, по-прежнему спокойный, ждал.
— Теперь ваши подчиненные, капитан Спэйн, будут безоговорочно слушаться вас, — произнес он тихо, чтобы никто из остальных не мог услышать, — но придет время, и вы будете с охотой слушаться меня.
С легкой улыбкой он вышел за дверь.
Наступило молчание. Митч задумчиво уставился на закрытую дверь. Пехотинцы переглянулись и дружно зашумели, выражая этим свое ликование. Некоторые из них благодарно похлопывали командира по плечу.
Когда крики, наконец, стихли, один из них спросил:
— Капитан, а что он хотел сказать, называя себя господином?
— У венерианцев это слово означает определенный политический ранг. Эй, ребята, смотрите-ка сюда! Боюсь, мне могут понадобиться свидетели. — Митч вытащил карабин, чтобы все могли его видеть, и продемонстрировал, что он не заряжен. Эта новость развеселила его подчиненных пуще прежнего, послышались новые шутки и издевательства в адрес бесславно отступившего венерианца.
Однако Сальвадор не считал, что потерпел поражение.
— Маккендрик, вызовите мостик. Сообщите капитану, что мне необходимо повидать его. Остальным продолжать распаковывать вещи.
Молодой Фишман, снова держа в руке фломастер, стоял, опустив глаза и уставившись в пол. Могло показаться, что он продумывает, каким образом надо украсить палубу. Только что до него начало, наконец, доходить, в какой серьезный переплет он мог угодить.
«Предметный урок» — тихо повторил он.
Капитан корабля вел себя с Митчем довольно холодно, хотя и учтиво. Он сообщил, что на «Солнечном пятне» никто не собирается вешать эстилцев. Однако ложась спать, Митч все же поставил около своей каюты вооруженных часовых.
На следующий день его вызвали на флагманский корабль. Двигаясь к флагману в шлюпке, он заметил вдалеке танцующие точки, время от времени вспыхивающие в свете Солнца. Видимо там проходили учения.
Верховный Командующий Карлсен сидел за столом. Сейчас он мало походил на литературного критика или задумчивого жениха. Он был самим собой — правителем планеты.
— Капитан Спэйн, садитесь.
«Предложил сесть. Это — добрый знак», — отметил про себя Митч. Дожидаясь, пока Карлсен закончит работу над каким-то документом, он вспомнил обычаи и порядки, о которых читал когда-либо, церемонии с отдачей чести и принятием полагающихся по этикету поз, которым следовали раньше. Это происходило в те времена, когда люди создавали громоздкие организации с единственной целью — убивать других и уничтожать принадлежащую им собственность. Люди совсем не изменились, они остались такими же алчными, а война с берсеркером снова сделала привычной страсть к массовому уничтожению. Вернутся ли те далекие дни, когда жизнь вела непримиримую войну с другой жизнью?
Вздохнув, Карлсен отложил бумаги в сторону.
— Что произошло вчера между вами и господином Сальвадором?
— Он заявил, что собирается повесить одного из моих людей. — Митч рассказал о происшествии, опустив только слова Сальвадора, произнесенные им на прощание. Почему он не упомянул о них? — этого Митч и сам не знал. — Если мне доверили людей, — закончил Митч, — то я никому не позволю вламываться в наши покои с подобными угрозами. Я, правда, не могу утверждать, что их намерения были серьезны. Я собирался вести себя в соответствии с поведением полицейских.
Из кучи бумаг, лежащих перед ним на столе, Верховный извлек какой-то листок.
— Двое эстилских пехотинцев уже повешены за драку, — сообщил он.
— Я могу сказать только одно: проклятые варвары эти венерианцы, — вспылил Митч.
— Не желаю слышать ничего подобного, — отрезал Карлсен.
— Слушаюсь, сэр. Но должен сказать вам, что вчера ситуация на «Солнечном пятне» накалилась настолько, что до перестрелки было рукой подать.
— Я и сам это понимаю, — Карлсен махнул рукой, подчеркивая, что устал бороться с подобными явлениями. — Спэйн, ну неужели люди, составляющие единый флот, не могут наладить сотрудничество друг с другом, даже когда на карту поставлено выживание… что там?
Последние слова Карлсена были обращены к Хемпхиллу, который не постучавшись вошел в кабинет. Тонкие губы землянина были сжаты плотнее, чем обычно.
— Только что прибыл курьер. Плохие новости: атакован Атсог.
Сильная рука Карлсена непроизвольно сжала разбросанные по столу бумаги:
— Подробности есть?
— Капитан курьера говорит, что, по его мнению, там находится весь флот берсеркера. Когда он отправлялся к нам, наземные средства обороны продолжали оказывать упорное сопротивление. Он едва успел выскочить.
Планета Атсог находилась по отношению к Солнцу гораздо ближе того места, где предположительно находился берсеркер. Несомненно, они направлялись к Солнцу. Должно быть, машина поняла, что именно там центр жизни.
У двери кабинета показались какие-то люди. Хемпхилл отступил, пропуская венерианского адмирала Кемаля. За ним, даже не удостоив Митча взглядом, вошел господин Сальвадор.
— Вы слышали новости, Верховный Командующий? — начал Сальвадор. Кемаль, который собирался открыть рот, недовольно посмотрел на своего офицера, но все-таки промолчал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
