даже кажется, что она видит, как её девочки раздеваются у одного из витринных столиков. Улыбка расцветает на губах непроизвольно. В ладонях возникает непонятная чесотка…
И черт её дергает бросить взгляд на противоположную сторону улицу. Черт и никак иначе.
Там, у стеклянного гостиничного здания припаркован белый внедорожник. У Данилы такой же. И это каждый раз заставляет включиться рефлексу. Глаза едут вниз от значка к номерному знаку. Это его машина.
Сердце бьется чуточку быстрее, пусть они и виделись совсем недавно — несколько часов назад.
На светофоре — по-прежнему красный, и это вызывает сожаление. Ей хотелось бы успеть подойти, но без шансов.
Данила въезжает на свободное парковочное место у отеля. Выходит из машины. Захлопывает дверь, движется ко входу в гостиницу. На светофоре остается всего несколько секунд, самые нетерпеливые уже успели ступить на проезжую часть, но Санта наоборот задерживается.
Щурится, отступает чуть в сторону, смотрит в мужскую спину…
А потом чувствует, как сердце обрывается.
Ведь к нему подходит женщина. Она ухожена и обеспечена. На ней короткая норка. В руках — стеганая Диор. Она явно тоже из машины, потому что голова не покрыта, но на гладко уложенных белых волосах ни единого следа некрасиво впитавшегося влагой снега.
Санта пробегается по ряду автомобилей и почему-то определяет для себя, что её машина — красивая красная низкая Ауди.
Пусть эта женщина может быть кем-угодно, но от предположения Санту начинает потряхивать.
Данила и блондинка встречаются перед входом. Она тянется губами к его щеке, он придерживает её за локоть. Санте хочется верить, что она не придумала и её мужчина действительно увернулся. Но женщину это не расстраивает. Она смотрит на него с улыбкой, чуть склоняет голову, что-то говорит. Выдерживает внимательный взгляд…
В кармане Санты снова жужжит телефон, напоминая о себе. И это взрывает мозг глупой ревнивой мыслью.
Она достает мобильный, свайпает вверх, снимая блокировку.
Её не интересует куча прилетевших уведомлений. Она заходит в телефонную книгу. Набирает один из последних.
Смотрит на Даню, отходя ещё чуть назад, чтобы не получать толчки в спину от подходящих к зебре пешеходов.
Ей по-детски хочется, чтобы он сейчас взял трубку, улыбнулся. Отвернулся от этой, был рад слышать её.
Самой тоже очень важно было услышать его голос и забрать из цепких лап, которые вроде как держат сумку, а будто представляют угрозу для сердца.
Первые несколько гудков он игнорирует, потому что не слышит. Дальше — достает телефон из пальто.
Смотрит на экран, когда женщина комментирует с улыбкой…
Вскидывает взгляд, что-то отвечает… И берет…
— Алло, слушаю…
Его голос звучит сухо. Раздраженно. Это совсем не то, чего хотела Санта. Она молчит, а Данила внимательно смотрит на лицо стоявшей напротив улыбающейся женщины.
Сердце барабанит в ушах, и Санта только сейчас понимает, что дальше истеричного желания набрать его, её план не зашел.
— Санта?
Данила переспрашивает, женщина возводит глаза к небу, зля…
Будто это она их задерживает…
— Ты далеко? — в ответ на вопрос Санты Данила какое-то время молчит… Потом же:
— Что-то случилось? — просто не отвечает. И видеть, как тебе по сути врут, пусть и бессловесно, откровенно больно.
— Мы можем встретиться сейчас? Я в районе Олимпийской…
Санта задает новый вопрос, а глазами впитывает новую болезненную реакцию. Потому что он тоже в этом районе. Только не спешит соглашаться с радостью…
— Что-то случилось, Сант? — повторяет свой же вопрос, никак не реагируя на усмешку, с которой блондинка скользит взглядом по воротнику его пальто…
Не пытается отпрянуть, когда тянется рукой к плечу, смахивает успевший осесть на ткани снег…
— Может внутри договоришь? — спрашивает тихо, но Санта всё равно слышит. Жмурится на мгновение, чувствуя, что вот сейчас — больнее всего.
— Ничего. Просто я хочу сейчас встретиться…
Знает, что делает сейчас. Своими руками помещает самого лучшего в мире Данилу на растяжку. Но ей его не жалко.
Сложно слушать тишину. Сложно потихоньку погружаться в новую реальность, в которой…
— Часа полтора. И я твой.
Данила отвечает и больше не ждет.
Скидывает.
Это заставляет сердце Санты оборваться, а потом забиться адреналиновым зайцем.
Она ведет себя катастрофически глупо, у неё ускоряется дыхание, глаза сами собой чуть слезятся.
Она зачем-то тут же снова его набирает.
А потом чувствует новый удар. Потому что Данила сбивает вызов, не глядя.
Женщина что-то комментирует с улыбкой, но в ответ получает только взгляд.
Он прячет мобильный, берет женщину под локоть, поворачивает в сторону входа в гостиницу.
Санта успевает сделать один их снимок в профиль.
Блондинка в норке. Данила, смотрящий в её лицо.
Пальцы дрожат, когда она открывает переписку с Альбиной, скидывает ей.
Видит, что фотография уже открыта, а сама печатает…
«Это Маргарита?».
В трезвом уме она так не сделала бы. Она бы, может, даже не одобрила, поделись с ней кто-то из подруг подобным поведением. Ведь как можно выносить из избы, если не разобралась — это уже сор или совпадение? Но дело в том, что…
«Да».
Альбина отвечает. Несколько секунд не происходит ничего, а следом прилетает:
«Мне жаль. Только не горячись, Санта…».
И пусть Санта не сомневается в искренности сожаления Примеровой, но ей самой не жаль. Ей зло.
Очень.
Данила с Маргаритой заходят в отель. А в голове у Санты гадкое: часа полтора — и он твой.
Если не побрезгуешь.
Глава 12
Санта не пошла в кафе к подружкам. И в офис тоже не вернулась. Скидывала звонки Альбины, направляясь на такси в квартиру, от которой у неё были ключи, но в которую она собиралась попасть в последний раз.
Пунктуальный Чернов набрал её даже раньше, чем обещал.
Справился быстрее. И
