Пропагандистская советская машина работала на упреждение. Компромат на инакомыслящих заготавливался впрок, как гречка при советской же власти. В нужную минуту из мешка доставалось нужное обвинение. Правила игры были ясны, как предстоящий коммунизм. В программе «Необыкновенные судьбы» Михаил Звездинский, «поручик Голицын» российского шансона, рассказал забавную историю. Он был очень популярен еще в начале семидесятых, дружил с лучшими людьми своего времени. Когда его в очередной раз взяли, то больше месяца держали в Лефортовской тюрьме без предъявления обвинения – ждали, когда подруга Галина Брежнева вызволит из узилища. Но подруга ушла в запой на три месяца, и органы устали ждать – певцу пришлось сесть. Другими словами, советская реальность подверстывалась под другую реальность, сформированную членами политбюро вкупе с родственниками и домочадцами. Сегодня эта волшебная практика снова актуальна. Правда, имеются разночтения. Во времена, когда запой Галины Брежневой становился фактом политики, правила игры были ясны. Сейчас для политического класса настали трудные времена. Успешен лишь тот, кто первым угадает настроение, причем не одного, а двух президентов, настоящего и прошлого. Жизнь развивается строго по Жванецкому: ой, вы приказали то, что мы хотели. Но поскольку нынче прямо указания не дают, выигрывают самые метеозависимые, способные первыми учуять атмосферные колебания.
ТВ снова мыслит кампаниями. Случай Подрабинека стал залпом «Авроры», предупреждающим: уже можно! Можно преследовать людей, устраивать пикеты, подгонять факты под идеи, бороться с неугодными. Инициативу «нашего» молодняка подхватила «Единая Россия». Партия возбудилась не меньше Пушкова и потребовала снять с должности Эллу Панфилову, государственного чиновника, поддержавшего Подрабинека. Но что-то не срослось. Из Кремля повеяло нехорошим, начинание единороссов расточилось в раскаленном воздухе. Но ненадолго. Все-таки «ЕР» должна не только триумфально побеждать во всех мыслимых и немыслимых выборах, но иногда намекать обществу хоть на какую-нибудь идеологию.
Вот она и намекнула. На одном из пленарных заседаний Госдумы обсуждалось персональное дело члена КПРФ Нины Останиной. Судя по интервью «Неделе с Марианной Максимовской», коллеги, львиная доля которых единороссы, решили лишить ее депутатского мандата. Может ли быть кара страшнее? А все потому, что Останина обидела всенародно любимую певицу Аллу Борисовну и заодно осмелилась утверждать: у нас нет нормальных законов, у нас продажная судебная система. Собственно, Останина, можно сказать, озвучила мысли, не раз и не два высказанные президентом. Но президент сакрален, он далеко, а Останина рядом. И опять, как в случае с Власовым, из мешка досталось данное высказывание Нины, сделанное аж 17 сентября. Причем не в парламенте, а в программе «Пусть говорят!», где разъяренная Пугачева ринулась защищать внука Дени не самыми разумными средствами. Парламентарии терпели больше месяца. Но когда восставшие массы ринулись на Подрабинека, решили: пора действовать. Инициатором поручения комиссии по этике стал единоросс Фокин. Он это не сам придумал – общественность потребовала. В числе обратившихся к Фокину обиженных значился почему-то Союз ветеранов Кузбасса. Наверное, Пугачева регулярно помогает шахтерам добывать уголь. 302 депутата дружно проголосовали против Останиной…
Проявление телевизионного патриотизма по любому поводу становится правилом хорошего тона для политического класса. Трудно не согласиться с Николаем Усковым. Оппонируя в «Честном понедельнике» не менее честному Митволю, он заметил: патриотизм стал доходным бизнесом и для «Наших», и для Митволя. Список можно продолжать бесконечно. И все бы ничего, каждый кормится как может, если бы не одно обстоятельство – страсти пылают с такой силой, будто страна на пороге очередного Октябрьского переворота. Хорошо бы ребята научились зарабатывать деньги с помощью какого-нибудь менее опасного для общества бизнеса.
19 октябряБыть богом
Непарадные штрихи к парадному портрету
Пятидесятилетие гендиректора ВГТРК Олега Добродеева отметили все, кто должен был отметить. Эрнст с Кулистиковым от полноты чувств разразились стихами, остальные, включая Медведева с Путиным, – прозой.
Олег Борисович – уникальная фигура современного ТВ, его демиург. Добродеев стоял у истоков НТВ (первой частной компании, исповедующей либеральные ценности) и ВГТРК (государственного холдинга, обслуживающего власть). Его называли гением информации, а другого гения за истекшие двадцать лет земля русская так и не родила. По сей день лучшие тележурналисты – те, что прошли школу старого НТВ. Однако и эта медаль имеет обратную сторону.
Перелом в судьбе Добродеева совпал с приходом к власти Путина. Не нашего ума дело размышлять над случайностью или закономерностью данного совпадения. Важен факт: в 2000-м О. Д. резко меняет четвертую кнопку на вторую. И здесь Добродеев, выражаясь актуальным языком, провел блистательную модернизацию. Из тьмы разрозненных, подчас сомнительных структур он в рекордные сроки построил величественное здание государственного телевидения. Петру Первому от ВГТРК удалось даже воплотить в жизнь свою мечту о русском CNN. Таковым стал канал «Вести-24». И когда на бывшем пепелище окончательно расцвели столь прекрасные цветы, обнажилась печальная истина: из царства информации медленно, но верно утекают новости. Разумеется, в подобных метаморфозах виноват не один Добродеев. Но именно он, первый и лучший, ученик и учитель, во многом ответственен за нынешний информационный анабиоз.
На долю Олега Борисовича выпало время промежутка. Когда рухнула одна громадная ложь, показалось, что вот-вот воссияет солнце правды. Но солнце почему-то задерживалось, а место старой лжи быстро заняла новая неправда. В прежней системе координат народ обретался почти комфортно. Там были понятны правила игры, отчего годами лелеемое кухонное двоемыслие не оставляло государству ни единого шанса на победу над умами. В новой системе координат государство повело себя более мудро. Старую ложь оно лишь слегка подгримировало, народ превратило в электорат, научилось говорить правильные слова во второй реальности, мало что меняя в первой. Вот в эту-то очередную щель истории, как сказала бы Зинаида Гиппиус, рухнули все мы.
Глупо идеализировать свободу слова девяностых, но нельзя не видеть: она все-таки была. По мере эволюции образа Ельцина (харизматический царь Борис – помещик-самодур Троекуров – немощный король Лир Кремлевского уезда) менялись правительства, бурлила жизнь. На экран щедро выплескивалось все – от реальных новостей до версий и вымысла. Прощальной картинкой позднеельцинского плюрализма вспоминается одновременный визит двух претендентов на престол, Аксененко и Степашина, к отдыхающему президенту в Сочи. Тогда прозвучало знаменитое ельцинское «Не так сели!».
С приходом Путина закончилась эра прямого эфира и утечки информации. Попутно выяснилось, что «утечка» была единственным каналом, не считая парадно-официозных, по которым продвигалась информация. На наших глазах рождался новый речевой этикет эпохи Путина. Еще совсем недавно ниспровергатель основ Михаил Леонтьев брал первое интервью у ВВП, трогательно гладил собачку, тая прошлогодним снегом от умиления. Но вот уже он в концептуальном споре с Лидией Шевцовой о будущем России запускает в ход весьма эмблематичные обороты «цивилизованный реванш» и «минимальный уровень репрессий» в качестве альфы с омегой путинского правления…
Время промежутка не щадило Добродеева. Строительство стальной властной вертикали, сопровождающееся беспрецедентной зачисткой эфира, не оставляло ему выбора. Всё или почти всё, что отклонялось от генеральной линии Кремля, не находило места в кадре. Каждый теракт вымывал из новостей остатки правды. Последнюю точку в доверии граждан к своему ТВ поставила трагедия Беслана. Чудовищная ложь окончательно отвратила от экрана людей мыслящих. Так теперь и сосуществуют две России. Одна из них ищет новости в Интернете, пытается их анализировать. Другая покорно смотрит «ящик» и внимает главным воспитателям нации, то есть Первому и второму каналам. Об анализе здесь даже не вспоминают. Ведь анализ, как заметил еще Пастернак, воспринимается за осуждение, а нужно восхвалять. Эти две России редко пересекаются друг с другом.
Мастера телеинформации сегодня обливаются слезами не над вымыслом, а над версткой новостных блоков. Одной паркетной хроникой о делах и днях даже двух президентов, нынешнего и предыдущего, сыт не будешь, их нужно хоть чем-то разбавлять. В качестве главной новости дня в ход идут: пираты, фальшивый латвийский метеорит, усыновленные заграницей дети, свиной грипп. Весьма перспективно начинание Первого канала. Конфликт с пугачевским внуком Дени породил новый жанр: семейные диалоги о главном непосредственно в прямом эфире программы «Время». Первый опыт прошел удачно. Орбакайте и Байсаров более десяти минут информировали страну о ходе перемирия. Страна может спать спокойно.
