Пока ехали домой, я голову сломала, как спасти от шока Тая, меня от стыда, а мужа… А потом осенило! И я поступила хитро. Вернее подло.
Так как уговорить Стэфана и Тайфуна с нами посадить не получилось, амфибию забрали друзья. Обещали в целости, сохранности доставить в клуб, где проследят за ним, пока все дружно будут ждать нас с Радмински.
Вот только я решила избавиться от мужа…
Нет, не убить, но снять с дистанции на эту ночь. Он был и без того выпивший, слишком злой, обманчиво улыбчивый… Поэтому мне кровь из носа нужно было стать хорошей женой.
— Как насчёт… первой… брачной… — начала явно неудачно, потому что Радмински даже от мобильного не оторвался толком. Глянул, но без восторга и готовности подержать:
— Детка, ночь будет… Первая — тоже… В браке… — бессвязно отозвался. Стало понятно, он с удовольствием расчехлялся, лишь когда ему горело, а значит мой план провалился бы, если бы я не знала, как сделать так, чтобы ему приспичило. И конечно мне придётся для этого постараться.
— Разок, — понизила голос до шёпота, позволяя платью соскользнуть на пол, — надолго не задержимся, — игриво ступила к мужу, выжимая из себя секс и прямо-таки «невтерпёжное» желание.
— Нас ждут, — обронил Радмински, но телефон выключил, в карман пиджака сунул. Это придало уверенности, что у меня всё получится. Я кошечкой двинулась дальше… к сидящему на постели мужу…
Полуобнажённая: уже в одном нижнем белье, оставив свадебное платье валяться «сугробом» возле гардероба на полу. В кружевном бюстике, трусиках, чулках… на каблуках… шаг за шагом к Стэфу подкрадывалась:
— Детка, вот такая ты мне нравишься больше, — улыбнулся шире Радмински, дёрнув пряжку ремня.
О, да, такие, как он, почему-то думали, что для женщины нет ничего желанней, чем ощутить его член во рту! Прямо-таки вершина блаженства… предел мечтаний!
Разубеждать не собиралась.
Всему свой время. А пока с улыбкой следила, как муж справлялся с ремнём, ширинкой, спеша расчехлить своё не самое выдающееся оружие, но, без сомнения, предмет его гордости.
Искушающе близко остановилась напротив него. Радмински тотчас со шлепком на мой зад ладони припечатал, к себе подгребая:
— Разок не помешает…
— Э-э-э, побыстрому не хочу, — деланно капризно протянула, а в голове отчаянно грохотала мысль, что с большим удовольствием «побыстренькому» бы разобралась как раз-таки со Стэфаном. — Придумала, — его руки от своей задницы отлепила. Входя в кураж, вернее в рамках ролевой, которая пришла спонтанно, и плевать, что топорная, томно уточнила: — Господин чего-нибудь желает? — отошла на расстояние обманчивой досягаемости. — Выпить? Закусить?.. Сексом заняться?
— У-у-у, милая, — пьяно хмыкнул Радмински. — Думал, тебе пить нельзя, но, видимо, ошибался. Можно и нужно! Ты раскрепощаешься…
— Господи-и-ин, — пропела, напоминая, что у нас намечалась игра, а он уходил от темы. Да и глупость нёс. То, что я мало пила — да, но сегодня по большому счёту и пары бокалов шампанского не осилила. Лишь для видимости меняла. Я же не идиотка на такой «свадьбе» терять связь с реальностью. Тем более под пристальным оком Тайфуна…
— Выпить, — улыбнулся Стэф, вальяжно улёгся на спину, на локтях удерживаясь, — и минет, — великодушно добавил. Игра в повелителя ему явно нравилась.
— Как пожелаете, — нарочито смиренно кивнула и, как есть, из комнаты поспешила.
Дома никого не было, поэтому без стеснения быстро вниз сбежала. На кухне передник кухарки с крючка сдёрнула, — всегда говорила, что он слишком шаблонно-хорош… как в кино у секси-уборщиц.
Потом заглянула к отцу в кабинет, взяла поднос, стакан, и плевать, что для виски. Из аптечки несколько таблеток снотворного. Размолотила в порошок и шампанским залила.
Ядерная смесь… горючего.
Уже выходя из кабинета, нечаянно в зеркало себя увидела, крепко чертыхнулась — как низко опустилась в стремлении избавиться от одного и вернуть другого. Точнее спасти Тая от акул своего мира.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тайфун не представляла куда попал. Он глупо полагал, что важная рыба… Важная, но у нас такие акулы, что даже очень простые, любую важную рыбу на закуску проглатывали.
Так что… торопливо с подносом наверх поднялась, отстучав торопливо каблуками ступени, а в комнату входила с ленцой и интимным шепотом:
— Простите, что так долго. Искала, что надеть и ничего более приличного не нашла, — мурлыкнула и порадовалась, пока отсутствовала, супруга сильнее разморило от тепла в комнате, в тишине, да на постели.
Хорошо! Значит и пары глотков ядрёного напитка должно хватить. Нужно быть осторожней, чтобы передоза не случилось, а то… кто его знает, что он сегодня уже принял и в каком количестве.
— Охренеть, — присвистнул Стэф, жадно меня глазами провожая до столика, куда поднос отнесла. Снифер взяла и мужу протянула:
— Как заказывал господин.
— Лучше бы виски… — скривился Стэфан.
— Зачем мешать? — легкомысленно пожала плечиками. — Если начал с шампанского, лучше его и продолжать пить.
Радмински без видимого удовольствия пригубил, а я, отсчитав несколько глотков, настоятельно стакан забрала:
— Не переусердствуйте, господин, — улыбнулась, — а то до минета не дотянете — уснёте.
— Ты давай, ускоряйся, станцуй что ли…
А я по-своему повеление решила использовать, стала тянуть время, пусть средство подействует. На мобильном музыку врубила нарочито медленно тихую, плавную, тягучую.
Стриптиз не танцую, я вообще топорная в этом плане, но… ради важного дела, когда приспичит, что только не выкинешь.
Так что, неспешно подступая, делала какие-то телодвижения, выдавливая из себя секс и молясь, чтобы дорогой муж вырубился быстрее, чем я его членом займусь.
Не самое приятное из любовных игр. Мне не нравилось ощущение мужского хозяйства во рту. И сперма мерзкая на вкус, и волоски раздражали, если попадались…
В общем, фу!
Потому и танцевала — уж лучше идиоткой выглядеть, чем членом давиться, стоя на коленках.
Но Радмински, как назло, не вырубался. То ли препарат нейтрализовал наркоту, что конечно бред, то ли для муженька это уже не доза, и его только лошадиная свалит.
Вместо уснуть, так и норовил меня к себе подгрести или по заду отхлестать.
Улыбку выдавливала, а про себя матерясь, к столу танцевала. Уже рядом с ним, по стене спиной поскользила, словно так задумано, стакан подхватила, сделала большой глоток, и к Стэфану, покачивая бёдрами, продефилировала.
Между ног остановилась. Радмински ко мне подался… уже сильно одурманенный и вялый. Я за воротник схватила белоснежной рубахи и всю отпитую порцию зелья через поцелуй передала.
Потом поёрзала, уже чуть ли не рыдая, что мужа ничего не брало. А когда обречённо опустилась на пол, вернее, Стэфану явно надоело ждать обещанного минета, и он рывком за руку меня поставил на колени, для удобства за волосы придерживая, чтобы не рыпалась, если вздумаю, с горечью поняла, что не открутиться мне…
Глава 19
Глава 19
Мирэя
Нарочито возилась с ремнём, пряжкой, молнией… И когда уж было потянула за резинку плавок, чтобы хозяйство мужа освободить, хват моих волос ослаб и рука Радмински обвисла.
Он как сидел, так и завалился на постель.
— Да! — вначале тихо шикнула не то с выдохом облегчения, не то истеричным смешком. Сердце в груди как очумелое колотилось. От счастья вопить хотелось и танцевать.
А потом не на шутку испугалась.
Вдруг от моей подлости, у него… сердце отказало? Проблемы с дыханием… что там ещё от передозировки?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Спешно пульс проверила… Зрачки.
Уф, нет, нормально всё. Уснул!
Торопливо встала. Быстро мужа раздела, аккуратно уложила, бережно одеялом накрыла.
Не могу же я с ним как со скотом поступать. Всё же супруг! Законный. И какие бы у нас не были отношения по «договору», смерти я ему не желала. Клятву давала… И не отнекиваюсь, контракта не рву. Стэфан для дела отца очень нужный человек.
