только один или два, они бы полагались на скрытность, а не пытались выманить вашу силу.
— Целая рота? — Хадрун покачал изможденной головой. — Это невозможно.
— Не мешало бы удостовериться, — сказал Теламонт.
Янтарные глаза Хадруна исчезли под веками, но Теламонт не ждал. Он направился в тронный зал, жестом приказав Галаэрону следовать за ним, и многим другим тоже, судя по холодному вихрю тьмы, сопровождавшему их. Хадрун появился рядом с Теламонтом, его глаза снова открылись.
— Патруль везерабов вернулся неожиданно, Высочайший. Офицера не могут найти, а у животных ожоги там, где они были запряжены магией Плетения.
— Не исключено — сказал Теламонт. — Призови принцев.
Они были в тронном зале, шагая сквозь шепчущиеся тени к приемному залу, окруженные толпой все более внушительных фигур. Несколько силуэтов разошлись достаточно далеко, чтобы Вала смогла выйти и подойти к Галаэрону.
— Что случилось?
— Лазутчики фаэриммов — пояснил Галаэрон. — Они охотятся за мифалларом.
Вала подняла бровь, но сказала:
— Я не об этом спрашивала.
— Нет?
— Ты, Галаэрон, — сказал Теламонт, стоя в дюжине шагов впереди. — Она хочет знать, что с тобой случилось.
Галаэрон нахмурился.
— Моя тень?
Он взглянул на нее.
— Ты можешь определить это, просто взглянув?
Вала кивнула.
— Галаэрон, мне даже не нужно больше смотреть — сказала она, — и мне это не очень нравится.
— Приготовьте оружие! — крикнул Хадрун.
Вала потянулась за своим темным мечом и спросила:
— Они идут сюда?
Они были где-то в другом месте, падая из тени в огромную обсидиановую чашу, скользя вниз по стеклянным склонам с фиолетовыми полосами света, горящими вокруг них, кричащими голосами, трещащими болтами, воздухом, воняющим обугленной плотью. Галаэрону потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, где он и почему, еще мгновение, чтобы осознать, что боль в руке – это свободная рука Валы, впивающаяся в его бицепс, затем он, наконец, начал понимать, что видит. На дне бассейна лежал огромный шар из обсидиана, около ста пятидесяти футов в диаметре, с бледными призрачными фигурами, скользящими внутри, и ореолом сгущающейся тьмы, исходящим от его поверхности. Стая фаэриммов спускалась из мрака наверху, бросая заклинания огня и света, пытаясь пробиться сквозь рой ошеломленных телепортом шадовар, кувыркающихся и скользящих вниз по склонам стеклянного бассейна вместе с Галаэроном и Валой. Шар тьмы вырвался из бассейна и просверлил дыру размером с кулак в существе прямо над их головами. Он упал на склон выше и начал скользить вниз к ним, ревя от боли в вихревой буре ветров и набрасываясь с диким шквалом молний и горящего света. Галаэрон получил белую стрелу энергии в плечо и застыл, прикусив язык так сильно, что его зубы встретились сквозь плоть. Вала метнула меч, отсекая одну из рук фаэримма и большую часть его мускулистого плеча. Существо откатилось в сторону, затем просвистело что-то на языке ветра фаэриммов и исчезло. Галаэрон почувствовал, как Вала схватила его за шиворот, затем их спуск стал замедляться, когда они достигли дна котловины и склон потерял свою крутизну. Она вернула свой темный меч в руку и только после того, как он вернулся, обратила внимание на дымящуюся дыру в его плече.
— Насколько плохо?
Галаэрону удалось разжать его челюсти и, со ртом, полным крови, сказал:
— Жестко, но все в порядке.
Он попытался подняться, но обнаружил, что мышцы не слушаются. Вала устойчиво оперлась на колени, затем они оба осмотрели местность. Битва, казалось, закончилась так же быстро, как и началась. Воины шадовары и их части скользили вниз по склону, собираясь в стонущие, по колено в земле груды. Полдюжины фаэриммов, вернее, части полудюжины фаэриммов, лежали вперемешку среди дымящихся тел. Теламонт Тантул стоял в четверти пути вокруг бассейна, Хадрун, как всегда, рядом с ним, призывая своих принцев и приказывая выжившим организовать поисковые отряды. Монстров не было видно; как только битва начала разворачиваться против них, фаэриммы инстинктивно телепортировались прочь. Галаэрон знал, что оборона анклава не позволит им покинуть город с помощью магии перемещения, но он также знал, что фаэриммы предвидели это и выбрали безопасную точку сбора. Галаэрон схватил Валу за руку и подтянулся.
— Успокойся, — сказала она. — Ты выглядишь не очень хорошо.
Хотя он все еще злился на Теламонта за то, что тот вытащил его тень, и в этот момент действительно хотел увидеть, как мифаллар шадовар будет уничтожен, учитывая количество смертей, которые это означало, он надеялся, что это было желание его тени, а не его собственное. Галаэрон также знал, что судьба Эверески зависела от дальнейшего выживания Анклава Шейдов.
— Еще не конец — сказал Галаэрон. — Они все еще в городе.
Вала обхватила его рукой и направилась к Высочайшему.
— Теламонту это не понравится. Разве он не приказал тебе держаться подальше от драк, пока ты не сможешь передать знания Мелегонта?
Галаэрон кивнул на огромный шар из обсидиана, мимо которого они кружили.
— Похоже, он сделал исключение для мифаллара. Вала взглянула на шар и подняла бровь.
— Это и есть мифаллар? Я вроде как ожидала, что это будет Камень Карсы.
— Я тоже, — сказал Галаэрон.
После освобождения фаэриммов они отправились в Страшный Лес, сражаясь с личами и другими немертвыми стражами, чтобы помочь Мелегонту вернуть знаменитый Камень Карсы и использовать его «тяжелую» магию, со времен, предшествовавших расколу Плетения и Теневого Плетения, чтобы вернуть Анклав Шейдов на Фаэрун.
— Я думаю, им нужен был камень только для того, чтобы открыть достаточно большие врата между измерениями — сказал он. — Очевидно, Теневое Плетение все еще может поддерживать заклинания, достаточно мощные, чтобы левитировать город.
— Плетение не может? — спросила Вала.
— Нет, — ответил Галаэрон, пожимая плечами. — Ни разу с тех пор, как пал Незерил.
Если Вала и видела в этом опасность, то выражение ее лица этого не показывало.
— Это хорошая новость для Эверески, если она означает, что шадовары сильнее фаэриммов.
Галаэрон кивнул, но не сказал, что это может означать. Если шадовары были могущественнее фаэриммов, то они были также могущественнее большинства великих волшебников королевств. Только сами Избранные или, возможно, целый круг высших магов могли соперничать с их силой. Они почти добрались до Теламонта и Хадруна, когда первый из принцев с полудюжиной шадоварских лордов за спиной вышел из мрака на краю бассейна и начал спускаться по скользкой стене. Галаэрон узнал Бреннуса
