— Понял, господин Председатель! Сделаю, можете на меня рассчитывать! Благодарю за доверие и поддержку ресурсами! — зачем-то вытянувшись, отчеканил Самуил.
— Не завали, жандарм! — пристально глядя на него, повторил великий маг Аль-Атраш, и оба Председателя Гильдии отключили связь.
* * *
Должность Следователя по особым делам и Официального палача Магической жандармерии открывала многие двери в Конфедерации.
Маги и инерты старались помочь тому, кто представлялся такой должностью, абсолютно всем, чем могли.
«В народе» у магов на таком посту было даже своё название. Их называли Устранителями. И это не всегда было преувеличением.
У Самуила Ренцини действительно имелись полномочия устранить преступника-мага на месте, если тот был опасен, либо очевидным образом заработал себе высшую меру. Таким нехитрым образом экономилось время трибунала, а кроме того — создавался дополнительный ореол страха перед Жандармерией. На инертов подобные полномочия, разумеется, не распространялись. Такая мера из дремучего прошлого считалась слишком жестокой, а потому применялась лишь к магам. В полном соответствии с нездоровой и деструктивной двойной моралью, царившей в обществе, как убеждённо считал Самуил… Но мораль — моралью, а подспудный страх перед его законными возможностями помогал заметно, заставляя многие вопросы решаться в разы быстрее.
Стоило Устранителю обратиться в несколько магических лабораторий за помощью, они моментально «выразили готовность помочь», то есть бросили всё, чем занимались, чтобы как можно лучше содействовать следствию.
И вот теперь, семь часов спустя, ему поступил вызов из лаборатории реконструкции магии с планеты Ораз-Джу. По срочному каналу.
К этому времени следствие всё ещё озадаченно топталось на месте. Анализ останков Ноа-Девере лишь подтвердил версию с кислотой. Кислоту тоже определили, но ни малейшего понятия о том, откуда она взялась в таком большом количестве в теле арестанта, так ни у кого и не было.
Самуил подошёл к своему столу и нажал клавишу приёма вызова.
Допотопная система голо-связи, без управления жестами, ростовых проекций и прочего, тихо щёлкнула, и над столом возникло худое и синее трёхглазое лицо юдалианца. Его раса населяла Ораз-Джу и несколько соседних планет на окраине Конфедерации, включая их родину — Юдалиан.
— Слушаю, — коротко ответил Самуил и выжидательно посмотрел на голограмму.
Юдалианцы были известны своим подобострастием к любым официальным лицам Конфедерации: частично — из-за их странной «психологии слуги», как это называли многие ксено-психологи, частично — из-за того, что именно вхождение в Конфедерацию около полувека назад спасло и до сих пор оставалось единственным, что защищало их от участия в войне с соседями по региону.
Это было удобно.
— Приветствую тебя, о Могучий, — протянул противный электронный голос с того конца Галактики.
Его язык был смесью скрипов, щелчков и уханий, которые они издавали совершенно разными частями своего тела. Поэтому требовался автоматический переводчик.
— И я тебя приветствую, учёный, — Самуил не был уверен, что рад звонку. Беседа с юдалианцем — почти всегда дополнительная потеря времени на условности и вежливость. — Давай сразу к делу, время не ждёт.
— Как будет угодно Могучему Жандарму, — юдалианец склонил голову в выученном специально для людей жесте учтивости. — В этом случае я начну, если Могучий позволит мне.
Самуил сделал нетерпеливый приглашающий жест. Собеседник снова поклонился и продолжил.
— Мы воспроизвели кислотное заклятие. На одном из наших подопытных животных, о Могучий Жандарм.
— На каком именно?
— На одном из крупных одноклеточных, Могучий.
Самуил опешил.
— Одноклеточных?! Мы же говорили о человеческом маге? Чуть меньше двух метров в высоту, массу я вам назвал. При чём тут одноклеточные?
— Исследователь начинает с малого, изучает, потом идёт к большему… — уклончиво ответил юдалианец, снова поклонившись.
— Ясно, — раздражённо ответил маг. — Что удалось обнаружить?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Юдалианцы — и правда самый эффективный способ потерять время.
— Кислота, Могучий, получилась из жидкостей в теле. Пересборка частиц была нужна. Единственное объяснение.
Самуил вздрогнул и уставился на голограмму.
— Пересборка частиц?! — он ещё надеялся, что ослышался. — Речь сейчас идёт об атомной магии?
— Да, о Могучий, твоя проницательность греет моё правое сердце.
Но магу было не до витиеватых и странных любезностей.
Атомная магия?!
Самый могущественный и тонкий раздел магии — магия элементарных частиц — был настолько сложен, что даже не нуждался в запрете, как, например, темпоральные заклятия. Он практически не использовался, даже несмотря на то, что возможности открывал действительно колоссальные — шутка ли, пересобирать атомы и молекулы одних веществ, превращая их в совсем другие, не рискуя при этом взрывами ядерного синтеза. Слишком сложны были вложенные заклятия для обработки всех необходимых конфигураций частиц, а нужные для этого знания — слишком специальны. Слишком много мысленных магических потоков требовалось занять на долгие секунды или минуты, чтобы провести даже небольшое изменение на триллионах триллионов частиц. И слишком много нужно было энергии.
— К-какой уровень понадобился, чтобы обработать одноклеточное?..
— Примерно тридцатый, Могучий Жандарм.
— Тридцатый?! Для одноклеточного?! А какой же для мага с человеческим телом?..
— Для человеческого тела было бы возможно… только теоретически… — юдалианец почему-то мялся, не решаясь ответить.
— Не мямлить! Говорите как есть! — зло оборвал Самуил.
— Да, Могучий… — собеседник как будто приуныл. Хотя разве разберёшь толком в инопланетной мимике и электронном синтезированном голосе? — Человеческое тело слишком большое и тяжёлое. Очень много частиц. Теоретически возможно переработать только через Счетовода, — юдалианец поклонился аж дважды, словно подтверждая сказанное, несмотря на его абсурдность.
Да уж, абсурдности такой версии действительно было не занимать. И парой кивков её не компенсируешь.
— Э-э-э… — только и сказал Устранитель, сжав кулаки от напряжения. — Так. Давайте представим, что я забыл всю магическую арифметику из Школы, я — простой боевой маг, а вы — умный учёный. Какой, по вашим подсчётам, нужен уровень, чтобы соединить Счетовода с атомной магией?
Очень, очень плохо.
Счетовод — очень дорогое заклятие-посредник. Нужное, когда маг хочет провернуть другое заклятие, слишком сложное для просчёта в собственной голове, оно обходилось в колоссальное количество энергии. Сначала призывается сам Счетовод — бесплотное энергетическое искажение определённой формы, зависящей от необходимых рассчётов. Потом маг льёт в него энергию, больше половины которой уходит на подпитку самого Счетовода. Остальное уходит на нужное заклятие.
Из-за слишком больших энергетических затрат Счетовод даже сам по себе был доступен лишь далеко за девяностым уровнем. Сколько-нибудь осмысленные заклятия через него пропускать оставались силы лишь у «сотников». И потому оно использовалось всего трижды в истории. И все три раза закончилось либо смертью мага, либо почти полным истощением.
Применить его с атомной магией было невозможно. Невозможно — и всё!
В ответ на вопрос жандарма голограмма помолчала несколько секунд, будто прикидывая в уме. Наконец, юдалианец заговорил.
— Как Вы знаете, о Могучий, количество запасаемой в теле магической энергии, как и её максимальное количество, высвобождаемое за раз, зависят от уровня мага по плоской экспоненте. Это значит, что десятый уровень сильнее пятого приблизительно в полтора раза…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Пропустите это, пожалуйста. Какой уровень нужен на Счетовода с атомной магией, чтобы начинить кислотой человеческое тело?
— Примерно двести тридцатый, о Могучий… — и голограмма замолчала, склонив голову в поклоне.
— Спасибо за помощь Магической жандармерии, господин учёный. Вы можете обратиться за компенсацией усилий в Канцелярию Гильдии, — глухо произнёс Самуил официальную формулировку и прервал вызов.
