подъедавшего автомобиля. Хлопнула дверца. — Юр, ты чего в одиночестве? — веселый голос соседа Виктора. Ирина вздрогнула, оборвалась на полуслове, нервно сглотнула. — Жду Любу с твоей супругой, они за соленьями и вареньями пошли. Заодно за малышней присматриваю. — Виктору в тон, отвечает Юрий. — По лугу провел, своих? — А как же, и по лугу, и по перелеску прогулялись. Наткнулись на грибное место, набрали лисичек Люба, Ирине полный пакет отдала. — Круто. Мне не ходить за грибами. Юр, мясо уже маринованное, парни на ферме замариновали. Для малышни колбаски из курицы. Это на вечер, завтра подвезу, вам на еду. — Договорились. Скажешь Ирине, я сколько должен за мясо, она приплюсует, я рассчитаюсь. — Юр, не выдумывай, шашлыком я угощаю. — Вить, это ты не выдумывай. Угостишь в другой раз. Я знаю, что вы сейчас на мели, поэтому, никаких возражений не принимаю. — Выкрутимся. Выдерну немного денег из оборота. Осталось полгода и закроем кредит, с финансами стабилизируется. Может даже получится в отпуск слетать на новогодние каникулы. Куда-нибудь, где тепло и пальмы. В Таиланд, например, Иринка мечтает там побывать. — Обязательно слетаете. Все получится. Мечты хороших людей, должны сбываться. Ирина резко сникла. Вздохнула прерывисто. — Хороших людей… Что я творю….. Боже ты мой, какая же я дрянь…Она вскинула руки, закрыла лицо ладонями. Зарыдала беззвучно. — Я… Он… Витькин брат, позвонил, сказал: забыть и не распространяться. Поиски девушки и ребенка отменяются. Я ради шутки ему ляпнула: ну вот, а наш сосед явился с любовницей, весьма похожей по описанию. Кроссовки, говорю, приметные. "Гуччи". И ребенок, девочка, подходит по возрасту. Он, Витькин брат, присвистнул, и говорит: ни хрена себе! Черт! Как не вовремя прокурорские проверкой пригрозили! Можно было неплохо заработать…. За информацию о девице с ребенком, обещают миллион рублей. Слушай. Сфоткай- ка незаметно, ребенка или саму девицу. Скинь фотку мне. Сравню с ориентировкой. Если действительно она, то…. Мне светиться никак нельзя. Витьку просить бестолку, он пошлет куда подальше. Вся надежда на тебя, Ир, дам контакты заказчика, передашь ему информацию, получишь миллион рублей. Поделим пополам, пятьсот тысяч…. А можно и больше заработать. Смотри, раз за инфу готовы платить такую сумму, значит сбежала от богатого мужа. Наверняка не с пустыми руками к любовнику подалась. Всяко подушку безопастности для себя и ребенка обеспечила. Если подтвердится предположение, тебе нужно ее прижать: мол, знаю, что тебя муженек разыскивает, не желаешь к нему возвращаться, раскошеливайся. За молчание плати. Короче, попробуем и с нее, и с муженька брошенного, деньги стребовать. И мне пригодятся, и тебе не будут лишними. Я хотела сразу его послать, и…. Не послала. Не смогла. Устала я, от постоянной нехватки средств. Витька вкладывает, вкладывает, вкладывает! Конца края не видно, вложениям. Как прорва, эта чертова ферма! Ты… Не бойся. Я не стану никого фотографировать. Никакую информацию, предоставлять не буду. Кузену Витькиному, придумаю, что сказать…. Пожалуйста, не посвящай в это Юрку, не нужно. Мы соседи…. Люба слушала, и чувствовала, как пошатывается земля под ногами. В горле першило. Аромат буйно цветущей гортензии, из мягкого, ненавязчивого, превратился в тяжелый, удушливый. Хотелось закрыть глаза, или хотя бы отвернуться. Не видеть рыдающую Ирину. Не видеть и не слышать…Но нельзя. Нельзя показать свою слабость. Собрала волю в кулак, продолжала смотреть на Ирину в упор. Когда та, закончила монолог, Люба заговорила, поражаясь ледяному спокойствию собственного голоса:- За информацию, он безусловно бы заплатил. Полиции. Но не тебе. Тебя с вероятностью сто процентов, Гаврилов обвинил бы в вымогательстве. Я на твой шантаж не поддалась бы. Ничего бы вы от меня не получили. Не потому, что жалко денег, нет. Обещать, что не стану посвящать Юрия, не буду. Считаю своим долгом ввести его в курс событий. На этом все. Соленья я думаю будут лишними. Извини, мне пора. Я к своим. Торопливо пошла по дорожке, меж красивых, ухоженных цветников, к выходу с чужой придомовой территории. Спину старательно держала ровной. Теперь однозначно, однозначно нельзя оставаться в доме Юрия. Нельзя. Как бы он не уговаривал. Их с Машей пребывание здесь, больше невозможно. Опасно и для них, и для самого Юрия. Реально опасно. Откажется Ирина, замначальника полиции найдет другого гонца к Гаврилову. Нужно уезжать. Ночью, когда соседи уснут. В крайнем случае, ранним утром. — молотком стучало в мозгах….
* * *
Молоток стучал, мысли бились. Земля под ногами, продолжала пошатываться. С каждым шагом, становилось все труднее держать спину ровной. С каждым шагом, все больше накатывала усталость. И глухое отчаяние. Уехать придется, но куда? Где то самое место, до которого не дотянется рука Гаврилова? Где она никому не причинит вреда, своим присутствием. Место где можно дождаться возвращения из отпуска юриста…. Господи. Снова на Юрия вывалятся проблемы. Испортила человеку отдых, а теперь и отношения с соседями, наверняка испортятся. Из-за нее. Хотелось расплакаться. Зарыдать, как Ирина рыдала, там, у крыльца. Хотелось не чувствовать удушливый запах садовых цветов. Хотелось заткнуть уши, прикрыть глаза, забыть обо всем, ускользнуть от реальности, окунуться в мягкий бархат летнего вечера. Малодушно хотелось. Невозможного. Там, вдалеке, у горизонта, розовеющее солнце опустилось к синеватой полосе безучастного соснового леса. Край небосвода окрасило в цвет золотисто — розовой карамели. Она здесь лишняя. Теперь, точно лишняя. Не для нее, этот бархатный, золотистыйвечер. И высокий индейский костер, не для нее. И светлячки на диком вьюне. Нагло воспользовалась благородством Юрия и приволокла за собой возможные неприятности. Исчезнет из его жизни и унесет с собой их с собой. Не заслуженные Юрием неприятности. А вдруг, люди Гаврилова, всё-же нагрянут к нему? С вопросами о моем местонахождении…. Господи. Он будет один, если прорвутся, могут беды натворить…Ему, Юре, тоже желательно покинуть свой дом. На время вернуться в Москву. Испортила, испортила отдых хорошему человеку…Возвращаться временно в Москву, он вернее всего не захочет. Откажется. Он уже не раз повторял, что не боится людей Гаврилова…Может… Может и правда, стоит заплатить Ирине и этому полицейскому? Серьги с розовым бриллиантом отдать. Мамин подарок….. Она ее плохо помнила, свою маму. Смутный образ очень красивой, холодной молодой женщины. Какие-то расплывчатые моменты. И при этом, четко запомнился голос, либо равнодушный, либо недовольный. И случайно услышанные слова.:- "Девочка копия Николая, не повезло с внешними данными. К тому же, неуклюжая какая-то. Не фотогеничная. Приглашала лучших фотографов, для фотосессий, и все как одна провальные. Стыдно на публику выставлять. У кого не посмотришь, дети ангелочки голубоглазые, а у меня несуразная уродилась"
"Несуразная", на мамин взгляд, маленькая девочка Люба, горько расплакалась тогда. Нет, она
