переместились в вигвам. Юрий недолго переписывался по телефону, потом, предложил поиграть в фанты, начал объяснять суть игры. Объяснить до конца, не удалось, пришел сосед Виктор. Мрачный и расстроенный. Принес с собой большую кастрюлю, и накрытый крышкой, металлический лоток. — Даня, Степа, бегите домой. Помогите маме собраться, к бабушке отвезу вас, дня на три. — поставив кастрюлю с лотком на траву, сказал мальчикам. — Па, я не хочу к бабушке, лучше дома останусь, — запротивился младший. — И я не хочу! Мы на прошлой неделе у нее были, — поддержал брата старший. — Дань, Степ, всего на три дня, пожалуйста. Как вернетесь, отправимся на рыбалку. Ночную. С палатками. — просящим тоном, проговорил Виктор. — На целую ночь? Поедем туда, где река широкая? Ух ты! Круто! Надувную лодку возьмем? Пап, ты мне купишь новую удочку? Я сам червяков накопаю! Я тоже, сам накопаю! — загалдели мальчишки наперебой. — И лодку возьмем, и новые удочки купим. Бегите домой, мама ждет. — Мальчики попрощались, понеслись к калитке. Маша сникла. Юрий подхватил её, посадил себе на плечи. — Машунь, как стемнеет, я тебе кое-что интересное покажу. Волшебное. — Правда? А скоро стемнеет? — Уже скоро, малыш. Смотри, солнышко больше чем наполовину спряталось. Не хочешь потихоньку заглянуть, посмотреть, как там ежики? Молоко попили? — Хочу. Посмотрю. Если все выпили, мы сможем еще добавить? — Конечно, Машунь, добавим обязательно. Опустил ребенка на землю. Маша поскакала к розовому кусту. Виктор встряхнулся, заговорил негромко и виновато:- Ребят. Ириска мне все рассказала. Наворотила дел, теперь раскаивается, плачет. Я понимаю, что от этого никому не легче. Оттого, что теперь ей стыдно и пакостно. Отвезу их к теще, пусть немного побудут там. Чтобы вам глаза не мозолила и в себя пришла. Прощения попросит сама, как решится. В кастрюле — шашлык, в лотке — куриные колбаски. Все свежее, денег не надо, не возьму. Как своих отвезу, прокачусь к родственничку. Замначальника райотдела, мать его. Поговорю, по-мужски: какого лешего, он мою жену, в свои грязные махинации потащил. Я ее не оправдываю, нет, но этот козлина, ответит. Сперва побеседую, с включенным диктофоном. Потом, морду набью. По родственному. Все, пока ребят. Увидимся. Сосед развернулся, широкими шагами, быстро пошагал к выходу. У Любы в душе, шевельнулась необъяснимая жалость. К Виктору, и даже к несостоявшейся шантажистке Ирине. Маша копошилась под розовым кустом. — Деньги за мясо и остальные продукты, перечислю на карту Ирине, где-то записан номер….Успел произнести Юрий, и прервался отвлекшись на сигнал телефона, пиликнувший о доставленном сообщении. Вынул трубку, ткнул указательным пальцем в экран. Прочитал. Провел по лбу тыльной стороной ладони. — Люб. Артем написал. Он не пришлет за нами водителя. Через полчаса, выезжает сам. И не только он. Пять машин выдвигаются к нам. Хорошо хоть, без сопровождения байкеров. Ну, по крайней мере, шашлык не придется с собой тащить. И грибы. Ладно. Жарим для Маши колбаски, кормим ребенка, собираем вещи, смотрим шоу светлячков, дожидаемся наших. Плотный график. Это очень хорошо…
* * *
Когда гулко хлопнула дверь соседнего дома, веселые голоса мальчиков, и приглушенные взрослых, удалились вместе со звуком шагов к выходу, а потом зашумел отъезжающий автомобиль, Люба, вздохнула облегченно. Двоякое чувство она испытывала по отношению к Ирине. С одной стороны, необъяснимую жалость, а с другой…. Слышать и видеть ее не хотелось. Совсем не хотелось. Маша, как раз к тому моменту закончила копошиться у розового куста, поднялась с корточек, прислушалась, посмотрела на разделяющий участки забор, повернулась к Любе. — Мальчики поехали в гости. Грустно немножко, но ничего не поделаешь. Зато, мы здорово поиграли! И ежиков нашли, и цыплят навестили! Вон, сколько всего случилось хорошего, и еще случится! Много- много. — произнесла рассудительно. Соседка Ирина, Гаврилов с его обязательными попытками построить козни, ожидаемое неодобрение отца, дальнейшая судьба корпорации, неясное будущее — все оттеснилось на задворки сознания. Поблекло, потеряло важность. Осталась любовь к своей крохе, нежность переполнившая душу, и…. Теплое, доселе неведомое чувство. К их с Машей персональному Ангелу. Хранителю. Юрию. Это не просто благодарность, это что-то другое….. Волнующее. Маша сорвалась с места, бежит по траве. Люба, поспешила навстречу дочке, поймала в объятия. Поцеловала в макушку, свое бесценное сокровище. — Очень много случится хорошего, Машунь, это точно. Для начала пожарим колбаски, поужинаем, а как стемнеет, нас ждет волшебство, помнишь, я тебе обещал? Затем, отдохнем и поедем в гости. Тебе там очень понравится, в гостях. — подойдя к ним, сказал Юрий. Маша выбралась из Любиных рук. — В гости поедем? Все вместе? А цыплят мы с собой возьмем? А ежиков? — Машунь, ежиков взять не получится, они здесь привыкли, и терпеть не могут ездить в автомобилях. А цыплятам, даже нравится. Они с удовольствием поедут с нами. — Ну, ладно, раз привыкли и не любят, пусть остаются. — немного разочарованно протянула малышка. — Пойдем- ка, солнышко, оденемся потеплей. Прохладно становится. — вмешалась в диалог Люба. — Правильно, утеплиться пора. Вы идите, а я мангал разожгу. Нет, пожалуй, сперва заварю чай в большом термосе, соус быстро изобрету, хлеб порежу, помою овощи. — Юр. Машу переодеть недолго, я тебе помогу. — Люб, тебе бы, и самой, потеплее одеться, мы с Машей переживаем, как бы ты не простыла. — Не переживайте, я куртку накину. — Дядя Юра, и ты что-нибудь надень. Мы за тебя тоже переживаем. Правда, мам? — Правда, Машунь. Чистая правда….. — Хорошие мои, девочки. Надену толстовку, чтоб вы не переживали. — Тогда уже пойдёмте скорей одеваться, — Маша взяла их за руки, потянула к крыльцу. Спустя немного времени, в мангале потрескивали березовые поленья, потянулся сладковатый дымок. Растекся по округе, поплыл к лугам, невесомыми облачками повис над ложбинками. Постепенно дрова прогорели, превратились в раскаленные угли. С колбасок уложенных на решетку для гриля, на угли закапал сок. Угли весело зашипели, в такт симфоническому оркестру сверчков. Наметились сумерки, на небосводе зажглась первая звезда. Люба сидела на деревянной скамье, прижимала к правому боку сидящую рядышком, приутихшую дочку, слушала стрекочущий симфонический оркестр, вдыхала вечерний воздух, аромат жареного мяса и приятный запах прогоревших березовых дров. Смотрела, как ловко Юрий орудует у мангала. Смотрела, слушала, и вдыхала. Поглаживала Машу по плечику. Наслаждалась моментом. Возможностью быть частью этого вечера, сменившего золотистый бархат на прозрачную, синеватую накидку сумерек. Жаль, что придется покинуть, это замечательное местечко. Искренне жаль. Но, другого выхода нет. Артем Игнатов, не дает покоя фамилия и имя…. Ну точно, слышала где-то, но где? Вспомнила! — Юр, я все думала, где могла слышать, фамилию Игнатов? Отец меня на каком-то благотворительном мероприятии, знакомил с семьей Игнатовых. Давно, я еще в университете
