Мы долго глядим вслед каравану. Кругом царит безмолвие ледника-гиганта, по которому, извиваясь змеями, лежат черные линии срединных морен.
Когда мы распределили весь свой груз по рюкзакам, еще раз пожалели об отсутствии носильщиков. Разбухшие рюкзаки и прикрепленные к ним вязанки дров сгибали наши спины. Когда за спиной 35 кг груза, а идти нужно трудным путем, да еще в горах, то движениями управляет рюкзак. Человек становится рабом своей ноши.
Правый берег ледника Бивачного местами имеет травянистые склоны. К нему и держим мы свой путь. Но добраться туда нелегко; по пути у края ледника очень много небольших живописных озер. С одной стороны берега их образованы льдом, в котором темнеют уходящие вглубь гроты, с другой, над ними, высятся крутые обрывы, сложенные из мелкого моренного материала. На обрывах отчетливо видны горизонтальные полосы, свидетельствующие об изменениях уровня воды в этих озерах. По берегу обходим сначала одно, затем второе озеро. Вместо третьего зияет глубокий провал. Вода, вероятно, нашла выход под ледник, На берегу одного из озерков превосходная площадка для бивуака. Но над ней, на крутом косогоре, висит, едва держась в непрочной породе, «камешек» до трех метров диаметром.
Как ни заманчива была эта площадка, мы все же прошли немного дальше в глубь ущелья и, наконец, расположились лагерем в сухой части широкой впадины, у края ледника. По дну впадины с шумом сбегал ручей талой воды.
Разделение обязанностей на бивуаке у нас установилось как-то само собой и до последнего дня нашего перехода оставалось без изменений. Владимир и Валентин, зарекомендовавшие себя как «повара» еще на Восточном Памире, сразу принялись за приготовление пищи, и уже через полчаса веселые языки пламени костра лизали алюминий походных котелков. Мы с Блещуновым подготавливали площадку и устанавливали палатку.
Правый склон ледника Бивачного
Пик Сталина (X – вершина пика)
Когда мы кончили свою работу, ужин еще не был готов. До наступления темноты еще было немного времени, и мы вдвоем с Блещуновым поднялись по склону над нашим лагерем. Отсюда хорошо видны ледник Бивачный и окружающие его горы. Перед нами на поверхности ледника были все те же однообразные и унылые груды грязных камней морены.
Истоки ледника Бивачного лежат на юго-запад от нас. В глубине ущелья его левый берег представляет грандиозную картину.
Мы подошли к самому сердцу Западного Памира, к области высочайших вершин Советского Союза. Ближайший к нам массив, увенчанный громадной фирновой шапкой, судя по карте, – пик Реввоенсовета.
Эта гора стоит в конце скалистого отрога, протянувшегося к ней от невидимого для нас пика Ворошилова. Этот отрог был назван в 1932 г. хребтом Красной Армии. Из-за склонов пика Реввоенсовета у его подножья белыми пятнами выдаются языки ледников Сталина и Ворошилова.
Вдали, за скалами хребта Красной Армии, видна огромная вершина. Это – пик Сталина. Даже видимая часть гигантского снежного шатра дает представление о колоссальных размерах этого массива.
Все, что расположено южнее пика Сталина, заслоняет от нас выступ берега ледника: он поворачивает, меняя юго-западное на почти южное направление.
Мы вполне удовлетворены результатами нашей маленькой экскурсии и поворачиваем обратно к палатке. А за ужином вспоминаем об истории названия ледника Бивачного.
В 1909 г. впервые люди проникли на этот ледник. Это была группа Косиненко. Вот что он записал:
«…Тогда свернули на правый боковой ледник, весь загроможденный моренами, но по бокам ложа которого, на склонах, зеленела трава. С большим трудом мы пересекли несколько мощных морен, прежде чем попали на этот ледник, и только к вечеру, после невыносимо трудного перехода, мы расположились на бивуак, верстах в шести от слияния ледников, и простояли на нем целую неделю, за что и самый ледник получил название «Бивачного»…[30].
В эту ночь я улегся в своем спальном мешке вне палатки и очень скоро заснул под журчанье ручья.
30 августаПроснулся я со странным чувством – чего-то не хватало. Напрягая память, я вдруг понял, что ощущение это возникло потому, что не было слышно шума ручья. На месте вчерашнего бурного ручья теперь виднелось сухое русло. Куда же делся ручей? Нас так заинтересовал этот вопрос, что мы решили, во что бы то ни стало, доискаться ответа на него. Мы отправились вверх, по сухому руслу. Очень скоро мы нашли объяснение исчезновению потока.
Ручей вытекал из небольшого озера. Днем, когда происходит интенсивное таяние льда, уровень озера поднимается, и вода, переливаясь через край низкого берега, образует ручей. Ночью же, когда таяние уменьшается, ручей пересыхает.
Когда мы поднялись из впадины снова на склон, то сразу же обнаружили тур из камней, сложенный руками человека. Тур указывал направление пути и был, вероятно, сложен альпинистами, штурмовавшими пик Сталина в 1933 или в 1937 гг. Итак, мы шли по правильному пути. Мы знали, что где-то недалеко, выше по ущелью, должно быть место Подгорного лагеря экспедиции 1937 г., и мы рассчитывали сегодня же подойти туда.
За каждым увалом склона, по которому мы шли, встречалось много очень удобных для ночлега площадок, но никаких следов лагеря мы не обнаруживали. Двигались мы очень медленно и часто делали остановки. Тяжелые рюкзаки требовали постепенного втягивания в ходьбу. То и дело путь нам пересекали потоки, сбегающие с правобережного хребта. Иногда они глубоко размывали рыхлые отложения. Среди глубоких оврагов на склоне оставались торчать только высокие остроконечные скалы. Они местами в большом количестве усеивали склон.
Мы целый день в пути, а до поворота ледника на юг еще далеко. Уже за хребтом Красной Армии показалась новая гора с вершиной в виде острой снежной пирамиды, подобной сахарной голове. Это – пик Орджоникидзе.
Усталые, мы останавливаемся на ночлег.
31 августаСегодня нам встретились особенно красивые ледяные гроты и озера. В некоторых озерах плавали миниатюрные айсберги небесно-голубого цвета. На влажных песчаных берегах отчетливо видны свежие следы кийков. Рядом со следами взрослых животных видны отпечатки ног молодняка. Местами мы находим кости и рога животных. Рога кийка очень красивы и изящны.
Между валом боковой морены и берегом ледника протекает грязно-желтая река. Мы видим место, где она круто поворачивает к леднику и на наших глазах исчезает, уходя в ледяной грот, от которого веет холодом.
Мы проходим по дну высохшего озерка. Глинистая поверхность под палящими лучами солнца вся сплошь потрескалась.
