Орбел вел Лилит домой, если можно назвать домом их временное пристанище, к тому же находящееся под бесцеремонным надзором. Она жалась к нему, мелко вздрагивая, издавала жалобные звуки, напоминающие поскуливание, то и дело косясь на квадратик белого пластыря на своей руке.
Руфос вызвался было проводить их до общежития, но Орбел, пожалуй, слишком резко отказал ему, сославшись на то, что Лилит взбудоражена и нуждается в покое. Руфос мотнул головой, хотя волосы тут же снова упали ему на лоб, и, улыбнувшись, отошел.
День был ясный, все вокруг выглядело празднично и нарядно: и чистенькие домики городка, и искрящаяся полоска океана за кронами деревьев, и изредка попадающиеся сотрудники, и даже помощники садовника, стригущие газоны.
Маргарет с очаровательной улыбкой сообщила ему, что отец уехал в город. На веранде за накрытым к ленчу столом сидел незнакомый молодой мужчина эффектной наружности, плечистый, с хорошо развитой мускулатурой, смуглый и темноволосый. Глаза скрывались за большими противосолнечными очками. И хотя веранда была в тени, он предпочитал не снимать их.
Появление нового лица насторожило Орбела. Директорской дочке не так уж и скучно в ученых пенатах. А этот, в очках, к тому же наверняка сердцеед и знаток женского пола.
– Дик Страйнер,- представила Маргарет темноволосого атлета,- из штата Южная Дакота. Сотрудник отца и мой приятель. Надеюсь, вы понравитесь друг другу.
– Меня зовут Орбел Карагези,- Орбел протянул руку и в следующую минуту пожалел об этом, с трудом освобождаясь от цепкого рукопожатия.
– У нас с Диком очень близкие специальности,- сообщила Маргарет, настороженно глядя на своего приятеля, будто боясь сказать что-нибудь лишнее и тем самым прогневать его.- Я будущий социобиолог. Дик - социоантрополог. Иногда он помогает мне готовиться к экзаменам. Правда, у отца он работает не совсем по специальности…- Она таки ляпнула лишнее.
Страйнер сжал зубы, многозначительно кашлянул, отчего Маргарет виновато захлопала ресничками. Но уже в следующую секунду Страйнер сказал небрежно-скучающим тоном:
– Много наслышан о чудо-экспонате, вывезенном из Союза, но видел его пока только на экране.
Вернулась наконец Маргарет с обещанным пирогом.
– Кажется, вы не только познакомились, но уже успели и поспорить,- сказала она, вглядываясь в хмурое лицо Орбела.
– Вовсе нет,- ответил Орбел.- Я терпеливо слушал предложенную мне лекцию о том, что есть гомо сапиенс.
– Пресса уже с полгода кричит о сенсации века. О дубльсотворении библейской Евы руками и дыханием советского бога…
– А вам очень не хочется признавать наш приоритет над вами, и вы стремитесь любой ценой принизить его.
За время их беседы небо окончательно потемнело. Все пошли спать. Орбел пошел на берег океана. Небо было снова безоблачным, и огромная луна освещала колышущийся, пенящийся, катящийся к его ногам океан. Волны свободно разгуливали во всю ширину пляжа, накрывая его желтой шипящей пеной. А чуть поодаль от берега, в глубоких провалах теней, они были такими рельефными, тяжелыми и глянцевыми, что казалось, по ним можно ходить. Резко пахло йодом.
На рубежах водяного штурма темнели кружева выброшенных войнами водорослей.
– Ах, до чего ж здорово!- прошептал Орбел, пытаясь представить себе всю необъятнось Тихого океана, отделяющего его сейчас от родного материка. И ему стало жутко.
Длинная тень перерезала пляж. Орбел вгляделся. Тень медленно перемещалась.
– Черт!- в сердцах пробормотал Орбел.- Неужели даже ночью они следят за нами?- Ему захотелось догнать шпиона и хорошенько отколотить. Но он понимал - это нельзя.
– Э-э-эй!- крикнула тень.- Кто ты?
Орбел растерялся. Ловкий ход, или незнакомец такой же полуночник, как и он?
– А ты кто?- прокричал он в ответ.
– Сейчас выясним,- весело отозвалась тень и начала приближаться…- Да это ж наш гость!- Ночной призрак откинул со лба прядь волос, и Орбел узнал в нем Руфоса.- Привет!
– Привет,- без энтузиазма сказал он.
– Каково, а!- Руфос широким жестом указал на океан. - Живое! Все живое. Посмотри, как буйствует, как торжествует!… Я родом из маленького городка Нортона штата Канзас. Это в глубине страны. Поблизости нет ни реки, ни озера. И вот поселился у самого океана, на целых пять лет. Я окончил Оксфордский университет, и Кларк пригласил меня на договорных началах. Поверишь, почти все свободное время провожу на берегу.
Орбел слушал собеседника с растущей симпатией и пожалел, что раньше сторонился его.
– Девушка, с которой ты приехал, не твоя жена?- спросил Руфос, приглаживая бороду.
Орбел подумал было, не Лилит ли он имеет в виду, но вспомнил - о Лилит они так не спросят. Значит, речь идет об Ольге.
– Нет. Мы - коллеги по работе. Она замужем.
– А ты?
– Я нет.
– Может, зайдем ко мне, выпьем бренди?- предложил Руфос.
– В другой раз,- уклонился Орбел.- Слишком поздно.
– Жаль.
Они вместе направились к общежитию.
На следующее утро у входа в лабораторию Орбела и Лилит поджидали трое: Шактер, Рон Бремер и Дик Страйнер.
– А вот и крошка Лилит, наделавшая шуму на весь мир,развязно воскликнул Дик.- Она очень мила.- Он шагнул к ней. Лилит предостерегающе заворчала.- О-о! Весьма пикантно. Обожаю неприрученных женщин. А с вами она покорна и смирна,- с оттенком зависти сказал он Орбелу.- В век эмансипированных женщин такое - большая находка.
– Что у вас намечено на сегодня? - перебил его Орбел.
– Начнем с определения химического состава мозга,ответил Шактер.- Это по моей части. Я - нейрохимик, с вашего позволения. Затем ею займутся нейропсихологи, нейробиологи. Они проверят электрическую активность нервных клеток, структурно-функциональные взаимоотношения головного мозга, кооперативную деятельность нейтральных ансамблей и структурных групп.
– И как вы собираетесь это осуществить?
– Элементарно: задавая “вопросы” отдельным клеткам и молекулярным ансамблям, иными словами - стимулируя определенные участки нервной ткани, мы получим ответы мозга в целом, что позволит выявить аномальные явления, если таковые имеются… Ведь вы наверняка хотите знать, почему ваше творение не разговаривает, как все люди. Мы попытаемся выяснить степень прогрессивной дифференциации областей мозга, связанных с развитием членораздельной речи. Это, как известно, лобная, нижнетеменная и височная доли.
Обследования закончились поздно. В самом конце появился Руфос с кистью бананов для Лилит, и та доверчиво приняла гостинец из рук чужого человека и, позволив ему присесть подле нее на корточки, без промедления принялась отправлять в рот наспех очищенные бананы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
