— Кто эта погибшая женщина? — требовательно спросил Йейн. — Почему об убийстве не сообщали в газетах?
— Скандальные происшествия в Обществе «Уроборос» редко доходят до журналистов.
— Я согласна, Феба, — вмешалась Хейвен. — Но вы поможете мне с Бью.
— Наберитесь терпения — обе, — встрял Йейн. — Ладно, для спасения Бью мы должны действовать как можно скорее. Но зачем иметь дело с Адамом, если он не собирается покидать Нью-Йорк? Почему бы нам не объединиться и не разработать план, при котором Хейвен не будет рисковать?
— У вас привычка поддаваться эмоциям, мистер Морроу. Не позволяйте им затуманивать ваш разум, — заметила Феба. — Маг живет на Манхэттене с двадцатых годов. Вдобавок он сеет здесь хаос и разногласия. Все биржевые кризисы и финансовые обвалы произошли исключительно по его вине. И еще Маг стал весьма подозрительным. Но то, что он торчит здесь почти сто лет, нехорошо для каждого из нас — ведь в мире нарушается равновесие. Нью-Йорку может быть нанесен непоправимый вред, да и всей стране.
— А как вы думаете, что произойдет? — поинтересовалась Хейвен.
— Не представляю, — ответила Феба. — Но Маг стал работать по новой, невероятно опасной схеме. Ты ведь бывала в правлении Общества «Уроборос»?
— Да.
— И кого ты видела?
Хейвен задумалась, стараясь никого не забыть.
— Несколько сотрудников низшего звена. А еще — детей. Родители привезли их для того, чтобы в Обществе проанализировали их прежние жизни.
— Верно.
— Не понимаю, — проговорила Хейвен. — Я что-то упустила.
— Ты не заметила, что дети в приемной были одного и того же возраста?
— Правда?
Хейвен вспомнила маленькую светловолосую девочку, с которой она разговорилась в приемной «ОУ». Ее звали Флора, и она утверждала, что когда-то была известным эпидемиологом по имени Джозефина. Хейвен испугалась. «Надеюсь, — подумала она, — с Флорой ничего плохого не случилось!»
— Еще десять лет назад их в Обществе «Уроборос» не жаловали, — пояснила Феба. — За парой-тройкой исключений, их даже внутрь здания правления не пускали. А потом вдруг было объявлено, что «ОУ» начинает набор детей девятилетнего возраста.
— Ты наверняка сталкивался с ними, когда состоял в Обществе, — сказала Хейвен Йейну.
— Конечно, — кивнул он. — Но я не придавал этому значения. Меня интересовало то, чем там занимаются взрослые. Мне и в голову не приходило, что горстка девятилетних малышей может разрушить мир.
— Но сейчас нас волнует вопрос о том, что могут сделать с ними, мистер Морроу, — продолжала Феба. — Только за первый год в Общество «Уроборос» было включено двадцать детей. Мы хотели наладить с ними контакт. Но всех сразу отправляют в школу-интернат к северу от города. Место называется Гальцион-Холл. Интернат охраняется самым суровым образом, подобраться к нему невозможно. Воспитанники возвращаются в Нью-Йорк раз в году, на свой день рождения. Даже их родители отказываются говорить об «ОУ». Полагаю, они подкуплены.
— Как вы считаете, что замыслил Адам? — спросила Хейвен.
— Мы подозреваем, что он создает нечто вроде армии. Сознанием детей легко управлять, а юные члены «ОУ» наделены удивительными способностями. Кроме того, дети из самого первого набора уже выросли. — Феба пристально посмотрела на Йейна. — Теперь вы понимаете, почему нам нельзя медлить? Надо положить конец деятельности Мага.
— Ясно, — отозвался Йейн. — Но до сих пор не могу взять в толк, зачем вам нужно подвергать Хейвен опасности. Я сам сделаю все, что в моих силах.
В глазах Фебы мелькнули искорки раздражения.
— Простите мне мою несдержанность, мистер Морроу, но вы свой шанс упустили. За вами мы тоже наблюдали. Мы знаем, что вам не удалось уничтожить Общество во время вашего последнего пребывания в Нью-Йорке. Почему же вы решили, что на этот раз вам будет сопутствовать успех? — произнесла она. — Одна из моих сестер была истреблена Магом у меня на глазах. Вы сами были свидетелем его чудовищных злодеяний. Хейвен — наша единственная надежда.
Йейн промолчал. Слова Фебы его не убедили.
— Вот сделка, которую я предлагаю тебе, Хейвен, — произнесла Пифия. — Ты загоняешь Мага в ловушку. А мы помогаем тебе найти Бью. Ты согласна?
— Да, — ответила Хейвен.
Феба поднялась с кресла.
— Если так, следуйте за мной.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Они оказались под звездами. Стеклянный потолок сиял янтарным светом. Феба провела Йейна и Хейвен вокруг потолочного окна, к темному углу, где на стальных опорах был закреплен водонапорный бак. Пифия поднялась по приставной лесенке и открыла дверцу в боку круглой деревянной конструкции.
— Вот где вы заглядываете в прежние жизни? — стуча зубами, проговорила Хейвен.
Знай она, что они выберутся на крышу, попросила бы, чтобы ей принесли пальто. Поднявшись на верхнюю ступеньку, Хейвен увидела раскинувшийся внизу город. На крышах домов возвышались сотни подобных баков. «Многие ли из них до сих пор наполнены водой? — задумалась она. — А сколько таких, которые хранят чьи-то тайны?»
— Чем ближе к небесам, тем легче странствовать душе, — ответила Феба и указала на привычные сочетания созвездий.
Бак превратили в круглую комнатку. Пол, застланный соломенной циновкой, имел в диаметре около двенадцати футов. Убежище освещали угли, горящие в очаге, который был устроен в самой середине. Рядом стояла плетеная корзинка. Жар ударил в лицо Хейвен, сдавил ее грудь. Тяжело дыша, она сняла толстый зимний свитер.
Феба сбросила туфли и ловко, словно опытная гейша, надела шлепанцы на высокой платформе. Похоже, на нее не действовали ни высокая температура, ни холод.
— Садитесь со мной, — сказала она.
Хейвен и Йейн послушались и расположились на циновке, скрестив ноги. Пифия извлекла из корзинки несколько веточек и бросила их в огонь. На Хейвен нахлынула новая волна жара. У нее пересохли глаза. Яростно моргая, она вдыхала сильнейший аромат. Она различила жимолость и пластилин, свежескошенную траву, опилки и прочие запахи из своего детства и юности. Млечно-белый дымок заструился над очагом вверх, к отверстию куполообразного потолка.
— Не откажетесь надеть это, мистер Морроу? — проговорила Феба и протянула Йейну белую хирургическую маску.
— Вы сжигаете те самые растения, которые выращиваете на террасе? — спросил он. — А если они опасны?
— О, нет. Но маска вас предохранит. Ароматы, испускаемые горящими растениями, могут пробудить воспоминания, захороненные в глубинах сознания. Мы с вами должны остаться здесь, в настоящем, а Хейвен отправится в прошлое. Но заверяю вас: тревожиться не о чем. Я совершаю ритуал с тех самых пор, как его довели до совершенства древние греки. — Феба закрыла нос и губы точно такой же маской. — Итак, — прозвучал ее приглушенный голос, — где ты хочешь оказаться?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
