— Во Флоренции, в середине четырнадцатого столетия. Меня звали Беатриче Веттори, а моего брата — Пьеро, — ответила девушка. — Мне надо вернуться в тысяча триста сорок седьмой год и увидеть друга — Наддо.
— Ты хорошо его знала?
— Вряд ли, — призналась Хейвен. — Надеюсь, что встречалась с ним хотя бы раз.
Феба нахмурилась.
— Мой дар не безграничен. Я отправлю тебя в нужное место. Но я не могу показать тебе какую-то особую сцену, если только я сама не была их свидетельницей. Тебе придется предпринять несколько попыток, прежде чем ты обнаружишь того молодого человека. И каждый раз ты будешь погружаться в прошлое всего на две-три минуты. Если сегодня вечером ты не добьешься результата, мы продолжим послезавтра.
— Но почему я не могу задержаться в четырнадцатом веке? — спросила Хейвен.
— Подобное проникновение сильно напрягает тело и мозг. Если пробудешь там чересчур долго, твой разум может навсегда зацепиться за прежнее воплощение. И тогда твое тело в этой жизни умрет.
— Ты действительно готова? — шепнул Хейвен ее возлюбленный.
— Да, — отозвалась она. — Приступим.
— Тогда закрой глаза, — распорядилась Феба.
Хейвен повиновалась.
— Сделай глубокий вдох и сосредоточься на звучании моего голоса. Ты пребываешь в темноте, но твоя душа странствует по времени и пространству. Ты разыскиваешь своего брата. Отправляйся назад на двести лет, на триста, на четыреста. Каждая эра наделена своим, особым запахом. У каждого человека — свой аромат, он подобен личной подписи. Сейчас ты приближаешься к четырнадцатому веку. Почувствуй Флоренцию…
«Ни за что не получится», — мелькнула мысль у Хейвен. А потом она медленно открыла глаза.
Она лежала ничком на земле и плакала. Холод проникал сквозь бархатное платье, иголками впивался в кожу. А он был в могиле. Беатриче приподняла голову. Миновало пять месяцев с того дня, как она захоронила его тело здесь, под дубом. Тогда вокруг дерева простиралось красивейшее поле. Теперь свежие холмики чернели со всех сторон. Половина Флоренции разделила судьбу Пьеро.
Беатриче жаждала поскорее к нему попасть. Она заслуживала страданий за свои проступки. Но чума ее не тронула. Она осталась здесь, с сестрами из монастыря. Она лишь смотрела из окна на то, как умирает Флоренция. Из своей комнаты она выходила только два раза в неделю, отправлялась к своему мертвому брату и молила его о прощении.
Когда Хейвен очнулась, тоска не покинула ее. Беатриче была едва жива. Она никому не доверяла — даже себе. Все подверглось разрушению. У нее отняли родных и любимых. Хейвен догадалась, что видение стало предупреждением для нее самой. Если что-то случится с Бью, ее ожидает судьба Беатриче.
— Ну? — осторожно проговорила Феба.
— Ужасно, — прошептала девушка. — Пьеро умер. И вся моя семья. Я была совсем одна.
— А Наддо? — заволновался Йейн. — Может, теперь ты знаешь что-нибудь такое, о чем можно сообщить полиции?
— Я никого не видела, — ответила Хейвен, и ее затрясло, несмотря на жару. — Беатриче находилась на поле, превращенном в кладбище. Я лежала на могиле Пьеро. Почему-то я считала себя виноватой в его смерти.
— И почему же? — спросила Феба.
— Не понимаю, — покачала головой Хейвен.
— Значит, нам нужно встретиться еще раз, — заключила Пифия. — Через два дня.
— Что? — воскликнул юноша. — Сколько это будет продолжаться?
— Столько, сколько потребуется, — спокойно произнесла Феба. — А теперь давайте поговорим о роли Хейвен…
— Но… — пробормотала та.
— Полагаю, я ясно объяснила, почему нам нельзя откладывать осуществление наших планов, — перебила ее Феба. — Да и тебе тоже. У нас каждая минута на счету. И я не сомневаюсь: тебе не хочется чувствовать себя виноватой в том, что может случиться с детьми в Обществе «Уроборос».
— Нет, конечно! Но…
Хейвен пыталась выбраться из зыбучего песка логики Фебы, но она уже успела слишком увязнуть.
— Давай не будем тратить время попусту. Прежде всего, должна дать тебе совет: никогда не приходи в этот дом сама. Мы привезем тебя сюда на новый сеанс. Со временем тебя посетит нужное видение. — Феба сделала многозначительную паузу. — Если будешь продолжать делать то, что тебе велено.
Хейвен вздохнула.
— Завтра утром ты отправишься в Общество «Уроборос» и попросишь о встрече с Адамом Розиером.
— Что?! — Йейн резко встал на колени и сорвал с себя маску. — Вы ни слова не говорили о рандеву с Розиером!
— Позвольте мне закончить, мистер Морроу. Завтра Хейвен встретится с Магом. Она попросит у него помощи в розысках своего друга. Кроме того, она позволит Магу подыскать для нее жилье.
— Почему? — изумилась Хейвен.
Йейн едва сдерживал гнев.
— Тебе необходимо не упускать его из виду, чтобы завершить вторую часть задания. Ты должна будешь добиться, чтобы он забыл об осторожности, и тогда мы нанесем удар, — спокойно произнесла Пифия, снимая хирургическую маску.
— Каким образом? — не унималась Хейвен.
— Притворись, что влюбилась в него. — Феба подняла указательный палец, предупредив недовольные возгласы. — Тебе, разумеется, потребуется время. Маг по природе своей очень подозрителен. Он понимает, что у него есть враги. Но он весьма самоуверен. Пусть думает, что завоевывает тебя мало-помалу. А когда настанет верный момент, ты найдешь способ привести его в дом, расположенный по тому адресу, где вы с мистером Морроу уже побывали сегодня — на Леннокс-авеню. Много лет по соседству с ним располагался банк. Хранилище и по сей день находится в подвале. Там мы приготовили камеру для Мага.
— Нет! — крикнул Йейн. — Ни в коем случае. Может, вы посадите его на цепь, но он будет знать о том, что его предала Хейвен. Что с ней станет, когда Адам вырвется на волю?
Феба не дрогнула. Как опытный юрист она была готова к ответу на любой каверзный вопрос.
— Если Хейвен заманит его в ловушку, Маг не сможет обрести свободу. Мы с сестрами владеем домами на Леннокс-авеню. Одно слово — и хранилище будет погребено под землей, а на месте снесенных зданий построят новый многоквартирный небоскреб.
— Адам Розиер — не дурак, — напомнил Фебе Йейн. — Он найдет способ выбраться из заточения.
— Послушайте меня, мистер Морроу. Именно я настояла на том, чтобы вы сопровождали Хейвен. И она сама сделает выбор.
— А если он снова запрет тебя на замок? — возмутился Йейн, обращаясь к Хейвен. Затем он переключился на Пифию. — Вы просто не представляете, что он творил с ней в прежних воплощениях! У него целый шкаф набит ее телами!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
