Ирги поставили другую задачу. Он наблюдал за Шаргом и готовил почву для уничтожения врага. Полтора года назад московский резидент начал операцию «Синий камень», которая потребовала подключения и некоторых учеников Онзи, имевших способности к телепортации. А не так давно из центра переправили посылку с опытной партией средства, способного не только сокрушить планы ларгонцев на Земле, но и обеспечить Зир ресурсами здешнего мира. Однако для осуществления этих грандиозных проектов сначала требовалось устранить всех вражеских агентов.
В последнее время зираны нечасто общались между собой. Ирги ссылался на требования конспирации, но харьковский резидент подозревал, что напарник на завершающей стадии операции попросту решил отодвинуть конкурента на задний план, став единоличным исполнителем успешного проекта.
При переброске тогда пострадал только Онзи, и именно он был вынужден три года восстанавливать утраченные способности, пока Ирги готовил учеников.
Что с ним произошло во время путешествия из одного мира в другой, харьковский резидент понять не мог, но первый же взгляд на собственное отражение заставил его побледнеть. Изменения коснулись и лепестков, и самого диска. Они оказались настолько существенные, что поначалу Онзи решил, с уникальными способностями ему придется расстаться.
Однако впоследствии дар начал проявляться. Он стал другим. Анисим Валентинович даже решил не раскрывать его особенности перед напарником до лучших времен. Тем более это было сделать несложно. Последние пару лет коллеги виделись нечасто. Похоже, сложившееся положение дел устраивало обоих.
Инициатором контактов зиран также являлся московский резидент. Пару недель назад он сообщил, что практически завершил выполнение первой задачи и собирается развернуть вторую стадию операции. Потом пропал. А сейчас Рустам доложил, что на месте особняка, где проживал Ирги, обнаружена огромная воронка.
Онзи хотел вызвать телепорта в Харьков и узнать все подробности, но в ходе неудавшейся ликвидации ларгонского шпиона Рустам получил ранение, создавшее серьезные проблемы с телепортацией.
– Хорошо, оставайся в Москве, завтра я сам приеду, – пообещал зиран.
Совершая утреннюю прогулку, он размышлял, как действовать. Вся связь с центром проходила через Ирги, у которого имелись определенные наработки плюс контакты с главарями преступного мира. Неужели теперь начинать все сначала?
«А вдруг партия снадобья уничтожена вместе с домом?! – возникла ужасная мысль. – Выяснить это я смогу только на месте. Значит, потребуется помощь учеников. Они тоже сегодня отправятся в российскую столицу».
Анисим надеялся, что последние успехи несильно вскружили голову сослуживцу и тот не забывал дублировать наиболее важную информацию о своей деятельности. Ведь это предписывалось уставом, идти вразрез которому значило нарушить порядок.
Погрузившись в тяжкие мысли, Онзи не заметил, как пропустил проулок, где обычно сворачивал.
«Нельзя быть таким рассеянным». – Мужчина повернул назад.
В это время через дорогу, видимо, рассчитывая на угощение, к нему бросилась большая дворняжка. Когда собака поняла, что надежды не оправдались, она громким лаем выразила свое недовольство. Седовласый быстро оглянулся и в упор уставился на животное. Псина тут же замолчала, она вообще застыла на месте, уподобившись каменному изваянию. Удовлетворенно кивнув, пешеход спокойно продолжил путь. Он не хотел, чтобы его отвлекали, ведь оставалась нерешенной и другая проблема – Костя.
Онзи вытащил телефон и нажал на кнопку вызова.
– Сережа, срочное и чрезвычайно важное задание: прокачай дочку Мелеха на предмет московских контактов. Тщательно, по всем направлениям. Да хоть с детского садика начни. Главное, чтобы ни одна ниточка не осталась незамеченной. Учти, я буду очень недоволен при нулевом результате. Позвони мне сегодня вечером или завтра утром. Да, кстати, у тебя есть надежные люди в Москве? Хорошо, о них расскажешь позже. До вечера.
Седовласый спрятал трубку в карман. Сзади раздался испуганный скулеж дворняги, которая, очнувшись, рванула наутек с такой скоростью, с какой не бегала от рождения.
«Отлично сработано!» – похвалил себя Онзи, он только что проверил еще одну особенность своего дара.
Не знаю, чего они там наврачевали, но на следующий день боль заметно ослабла, а еще через сутки я уже смог наступать на простреленную ногу и осторожно передвигаться по комнате. Рядом неотступно находилась Анфиса, готовая поддержать в любую минуту. Очень неудобно в таком сопровождении ходить, например, в туалет, но и оттолкнуть девицу я не мог.
После известия о гибели отца ее было не узнать. В глазах поселилась тягучая тоска, девушка перестала смеяться, а изредка прорывавшаяся улыбка оставалась только на губах, не касаясь глаз. Мелехова теперь часто уходила в себя, причем настолько глубоко, что не реагировала на окружающих.
Вот и сейчас она услышала меня только с третьего раза:
– Что ты сказал?
– Мне завтра нужно заняться делами.
– Ага. Вместе и займемся.
– Исключено. Ты остаешься с Рудольфом…
– А ты? – Девушка стремительно пошла в атаку. – Если твой телепорт выжил, думаешь, он не ищет по всей Москве Костю Суворцева? Ошибаешься. Шпионы, если они не совсем дураки, раскинули свою сеть по всем отелям. Одно только мне непонятно: сам-то ты на кого работаешь? Явно ведь не на наши службы. Иначе бы обратился к властям…
– Вдруг и там завелись предатели?
– Ну, ты меня совсем уж за дурочку не держи. Не хочешь говорить – не надо. Только не прогоняй. У меня ведь теперь никого, кроме тебя, не осталось.
– А тетка?
– Двоюродная сестра папы? Так она меня терпела, пока отец был жив. И справку мне для института сделала не из пылких родственных чувств. Кому я нужна после его смерти? Тут ты, наверное, был прав. Я и тебе, конечно, на фиг сдалась. – Она разрыдалась.
– Анфиса, прекрати. – Решил занять ее делом. – Лучше покажи, как работать в вашей Сети. Над твоим предложением подумаю. Я действительно еще плохо ориентируюсь в городской обстановке.
– А в сельской? – Она очень внимательно посмотрела на меня.
– Пока всей правды тебе сказать не могу.
– Постараюсь заслужить твое доверие, Костя.
– И не боишься, что «этот Костя выдает себя за другого»? – Я нечаянно повторил слова Мелехова, и тут же на ее лицо легла темная тень.
– Нет, не боюсь. Отец, когда отдавал меня в твои руки, знал, что делал. И я думаю, что это один из лучших его поступков.
Попробуй возрази. Я молча поднялся с дивана и похромал к компьютеру. Девушка отодвинула стул и помогла на нем устроиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
