Дар, слишком ценный, чтобы уронить, слишком ранящий, чтобы держать в руках.
Закрываю глаза, расслабляю уши. Медленно, плавно начинаю плести пальцами сложный безымянный узор. Всё, что я сумела уловить за щитами князя, всё, что всколыхнули во мне его слова, вкладываю в сен-образ. Тонкие пальцы Туорри, запах мяты от её кожи, свет тысячи лун в сине-зелёных глазах. Скорбь и ужас диких миров, изощрённая жестокость миров цивилизованных. Тонкие пальцы Туорри, бледные и безжизненные, окрасились кровью, свет навсегда ушёл из бездонных глаз.
Замешательство, интерес, зависть, насмешка, ирония, одобрение, понимание, ужас, сочувствие, негодование.
Жалость. Даже жалость к странному и непонятному существу, что зовётся Арреком из Дома Вуэйн, — я всё вкладываю в этот образ.
Затем сворачиваю его не в иероглиф, а в нечто на порядок сложнее и набрасываю сверху лёгкую структурирующую паутину смысла. Честь и честь. Потом снова сворачиваю. А затем откладываю в безопасный и тихий уголок памяти, чтобы рассмотреть позже.
Встречаюсь взглядом с дарай-князем, нет, с Арреком. И понимаю, что всё сделала верно.
Оставшееся время просидим молча. И каждый будет усиленно притворяться, что другого не существует.
Глава 6
Замечаю, что дарай чем-то занят. Вероятности вокруг нашего убежища точно сошли с ума, вход оплетён потоками такой силы, что у меня мороз прокатывается по коже. Так, похоже, мой спутник несколько пришёл в себя.
Наконец мир вокруг приобретает некое подобие стабильности, но это уже другой мир. Бездонно-синее ясное небо, огромное, жаркое солнце, бескрайние морские просторы.
Красиво.
Аррек высовывается из убежища и группируется, готовясь к прыжку. В последний момент хватаю его за одежду.
— Дарай арр-Вуэйн, как мы будем передвигаться по водной поверхности? — Мой голос мрачен от нехорошего предчувствия.
— Мы поплывём. Тут недалеко.
— Поплывём? — Наверное, всё, что я думаю, ясно отражается на моём лице, потому что арр вдруг внимательно смотрит на меня.
— Вы ведь умеете плавать, не так ли?
— Естественно. Но ведь это открытое море. — Делаю многозначительную паузу, но дарай, кажется, не понимает, что я пытаюсь ему сказать. — В нём может водиться всё, что угодно. А мы будем уязвимы.
Он успокаивающе качает головой:
— Не беспокойтесь, здешние воды безопасны.
И ласточкой ныряет в эти самые воды. Меня обдаёт брызгами. Позёр.
Поплывём. О, Ауте.
Неуклюже выбираюсь из нашего домика, съезжаю к воде. Волна окатывает ноги, заставляя судорожно поджать их.
Жидкость. Так много жидкости. Дома я такое видела только в ванне. В большой-большой, похожей на озеро, но — ванне.
Аккуратно, точно боясь, что она меня укусит, опускаю босую ступню в воду. Тёплая. Новая волна окатывает меня с ног до головы, запускаю когти в стены нашего хрупкого убежища. Которое уже тонет. Ауте!
Отфыркиваясь, замечаю князя, с интересом наблюдающего за мной. Ему весело! Поднимающаяся злость смывает все сомнения.
Отпускаю руки и соскальзываю вниз. Первое мгновение — слепая паника. Вода такая плотная, такая неподатливая. Движения в ней замедленные, неуклюжие. Ничего не вижу на расстоянии носа. И ничего, что говорило бы о наличии дна. Леди Непознаваемая, я этого не вынесу!
Расслабляю мышцы, отпускаю мысли. Сознание на мгновение гаснет… Солёный вкус на губах, мягкие прикосновения волн к телу. Звуки, вибрации здесь передаются на невероятное расстояние. Море кажется нежным и заботливым, не несущим никакой опасности.
Напрягаюсь — и тело стрелой несётся к поверхности. Через мгновение выныриваю возле обеспокоенного арра. А плавать, оказывается, вовсе не так страшно. И удивительно приятно. Почти как летать, только медленнее.
Посылаю заметно побледневшему Арреку свою самую очаровательную улыбку. В ответ он слегка приподнимает брови и позволяет себе иронически улыбнуться. Затем разворачивается и мощными гребками направляется в известном одному ему направлении. Мне остаётся только догонять.
Волны подбрасывают вверх и вниз, брызги летят в лицо. Мир как будто умылся, краски стали свежими и очень насыщенными, движения быстрыми и уверенными. Океан во мне, в пульсе моей крови, в ритме моего дыхания. Почему мне раньше не приходило в голову, что он может быть столь же естественен для нас, как и воздух?
Переход.
* * *
Это атакует внезапно. Ещё мгновение назад под нами были лишь толщи воды, а в следующую секунду это соткалось из ничего и бросилось к нам, барахтающимся в пене водоворота. Меня отшвыривает в сторону, тянет вниз. Всей кожей ощущаю внезапный наплыв жара — дарай-князь наконец принимает ответные меры. Эй, так ведь можно сварить не только монстра!
Выгибаюсь в немыслимой дуге, посылая тело к мерцающей светом поверхности. Жадно хватаю ртом воздух, горьковатый, с запахом гари. Что-то вцепляется мне в ногу и тащит вниз. Руки сами собой, независимо от моей воли, обнажают меч и всаживают клинок в это что-то. Заряд силы — не моей, а гораздо более старой и опытной силы — пробегает по рукам и ударяет в извивающуюся плоть твари. Ллигирллин!
Спасибо.
Всегда пожалуйста.
Наверх, надо наверх, но где, во имя всего святого, здесь верх?
Слышу крик, человеческий крик. Аррек! В панике тянусь куда-то в глубь себя, натыкаюсь на запрещающую стену, тут же ломаю её, вскрикиваю, глотаю мутную солёную воду… Обжигающие волны энергии прокатываются по спине, охватывают руки. Трансформирую её в ускорение, посылаю тело вперёд, бросок, удар, бросок, хватаю чрезмерно увлёкшегося кромсанием монстров князя за шкирку, пробиваем поверхность, взлетаем в воздух. Разворачиваю крылья, несколько мгновений — и мы уже на недосягаемой высоте.
Отпускаю Аррека. Отфыркивающийся князь сначала падает на несколько метров, затем быстро набирает потерянную высоту. Вниз летит мощный импульс Вероятности, Вселенная раскалывается на две части, причём хорошенько прожаренные монстры остаются в одной, а мы оказываемся в другой. Да, и ещё в нашей части имеется остров, вполне устойчивый на вид. Туда-то мы и направляемся.
Пытаюсь лететь, но лёгкие содрогаются, кашель одолевает меня, это даёт о себе знать вода, которой я наглоталась во время короткого, яростного боя. В результате меня качает из стороны в сторону, высота прыгает вверх-вниз. Со стороны это, должно быть, выглядит очень смешно. Но пусть Ауте поможет дараю, если ему вздумается сейчас ещё и засмеяться.
Тяжело плюхаюсь на горячий песок и сгибаюсь в приступе кашля. Бьющиеся в бессильных судорогах крылья взметают маленькие бури. Ауте, да что это со мной? Кости ломит, температура тела резко повышается. Яд? Готова кричать от режущей боли в груди. Кашляю уже кровью. На спине обеспокоенно вздрагивает Ллигирллин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
