Вода, не прекращаясь, лилась где-то в стороне, а я, совершенно потеряв способность соображать, ласкала себя, не думая ни о чём. Скопившееся за целую неделю напряжение не желало отпускать меня. Я чувствовала, как у меня начинают гореть щеки, когда я представляла руки Миши, сжимающие мою грудь. Представляла то, как он касается меня внизу и проводит языком по моей шее, собирая с неё капли воды.
Иногда, всего пару раз, мои мысли менялись, и я уже думала о ласкающих прикосновениях Романа к своему клитору. Чувствовала, как он поглаживает мои ноги и отдаёт команды, от которых я бы возбуждалась ещё сильнее.
— Марина? — постучались в дверь.
Помяни чёрта, — подумала я с ухмылкой. Что за напасть-то такая? Хочу Мишу, но он заставляет терпеть до ночи. Хочу Рому, но не могу…не могу без первого шага со стороны Миши. Решила удовлетворить себя сама — снова звоночек.
— Пять минут, и я выйду, — ответила я, намыливая губку.
Повернула кран и минуту просто поливала себя ледяной водой, чтобы хоть как-то остудить своё тело и разум, а потом отогревалась, потому что немного переборщила. Всё-таки я люблю тепло. Обмотала волосы полотенцем, насухо вытерла тело, оделась, а потом осталась в ванной. Ещё не набралась сил для того, чтобы выйти и встретиться взглядами с Мишей. Нанесла крем, посидела пару минут с патчами, помассировала ноги, в общем, откладывала встречу с Мишей до последнего. В какой-то момент я и вовсе стала сушить волосы феном.
Вышла я через пятнадцать минут, но никак не через обещанные пять. Миша тактично промолчал, а я замялась в дверях. Нам, правда, нужно поговорить, вот только, с чего начать?
— Иди сюда, — шепнул он и поманил к себе.
Отказываться было бессмысленно, ведь я и так этого хотела. Забралась на кровать, усевшись на мужа, а тот, схватив меня за бедра, подтянул к себе повыше. Уперлась руками в его грудь, из-за чего получила недовольный взгляд.
— Нам нужно поговорить.
Сначала он пару секунд смотрел на меня, всё также недовольно и нахмуренно, но потом сдался и со стоном упал на подушку.
— Точно нужно?
— Точно.
Я осталась сидеть на муже, поглаживая его по щеке.
— Я всю неделю как заведенная хожу, — признаюсь я, — Дома мне проходу ты не даешь, а на работе — он. Я так скоро либо свихнусь, либо нимфоманкой стану.
— Мне второй вариант больше нравится.
— Посмотрим, как он тебе понравится, если я на каждого мужика бросаться буду.
— Понял. — на секунду он улыбнулся, а потом глубоко вдохнул и признался, — Я тоже чувствую себя странно, Анна буквально пытается из трусов выпрыгнуть каждый раз, когда встречается со мной взглядом. А когда мы остаемся наедине — честно тебе говорю, — у неё две дополнительные клешни вырастают, чтобы домогаться.
— Бедненький, — это неправильно и странно, но реально стало так смешно от его историй про эту Анну, которая его домогается, хотя, всё должно быть наоборот, верно? Такие истории не должны меня смешить, — Так почему же ты с ней не переспал?
Ответом мне было лишь покачивание головы.
— А почему этого не сделала ты?
— Она не в моём вкусе.
— Ты поняла, о чём я.
— Поняла, — упала на кровать, и перекатилась на свою половину, — Мне кажется, что я не могу этого сделать…без тебя. Без разрешения, что ли. Я сама не понимаю.
Так мы и лежали, смотря в потолок и говоря о своих любовниках. Странно? Уже нет.
— Помнишь, ты говорила про график? — неожиданно заговорил Миша.
— Нет.
— Когда мы впервые говорили об этом, — пояснил Миша. — Ты сказала, что кроме срока нам нужно установить ещё и график.
— Допустим.
— Может…так и поступить? Уровнять счёт, если пожелаешь.
— Встречаться по очереди? — я даже фыркнула.
— Я буду знать, что у тебя ничего не было, допустим, с понедельника по среду, а в четверг…было. И ты тоже перестанешь изводить себя этими мыслями.
Звучит, конечно…нет, я не употреблю это слово ещё раз, иначе просто с ума сойду! Но, надо признать, рациональное зерно в этом было (нет, не было). Мне, действительно, было бы легче работать, если бы не приходилось постоянно думать о том, не поддался ли искушению мой муж на работе. Однако…сложно было представить, что я вот так просто могу в обозначенный день отпустить мужа к любовнице, чтобы самой остаться дома с детьми и…грызть себе ногти, от беспокойства. Кажется, эта идея никогда не будет идеальной.
— Можно попробовать, — соглашаюсь я, хотя моя душа негодует от сказанных слов. И насколько глубокую яму я себе уже успела выкопать?
В конце концов, если нас это не устроит — мы можем придумать другой план. Верно?
— В таком случае, — произносит Миша, переворачиваясь на бок, чтобы посмотреть мне в глаза, — Завтра у нас по плану ледовое шоу, на которое я обещал сводить детей ещё в том месяце.
— Я помню, я хотела в этот день съездить к родителям…или, стой, — я даже приподнялась, — Ты предлагаешь мне встретиться со Смирновым?
— Нуу… — да уж, «предлагаешь» — это слишком громко сказано, — Просто говорю, что дети не заметят твоего отсутствия. Шоу начнется в шесть вечера, в пять мы уже уедем. Два часа шоу, а потом я повезу их к родителям, где и сам могу остаться.
Хм…интересное, конечно, предложение. Впервые планирую секс. Хотя…ладно, вру, это мой второй раз. Первый был со Смирновым и вот опять, второй план и снова со Смирновым. Я даже не буду пытаться задавать себе вопрос о нормальности нашего разговора. Как будто в аренду друг друга сдаём…мои силы и так на исходе.
— Допустим, — осторожно начала я, — Я поеду на встречу в субботу. А когда хочешь отлучиться ты?
Тут уже задумался Миша. В будние дни дети точно заметят, если развозить их буду я, а также и то, что с утра одного из родителей не хватает. Так что вариантов не так уж и много. Встречаться только по выходным? Более или менее подходящий вариант, детей мы чаще всего отвозим к родителям. Ну и, конечно же, эти двое могут проводить время на работе.
— Мне нужно будет уехать в командировку на один день в четверг, — задумчиво произносит Миша, — Планировал ехать один, но…могу взять и её.
— Или ты тоже можешь увидеться с ней в субботу после шоу, — предложила я, — Отвезешь детей и поедешь к Анне.
— Или так.
Нашла коса на камень. Даже не думала, что у него так много возможностей для быстрой измены. В конце концов, решила оставить право выбора за Мишей. Хотелось сказать, что это всё не моё дело и меня совсем никак не касается, но…это ведь не так.
— Мы же это на месяц затеяли, да? — уточнил он.
— Вроде как.
— Долгий будет месяц.
Я ничего не ответила. Да, месяц будет долгим. Одно только ожидание следующей измены чего стоит.
Суббота, значит… — думала я, сидя утром на барном стуле и попивая кофе. Дети носились по кругу, радуясь предстоящему вечеру, а вот я их восторга не разделяла. У меня планы были несколько иные на вечер. Не менее волнительные, но более…аморальные. Ко мне подбежала Роза, когда уже было пора собираться. Миша занялся подготовкой Марка, свалив на меня дочь.
— А можно я платье надену? — спрашивает меня она, держа в руках нежно-голубое воздушное платье.
— Если ты наденешь теплые колготки и кофту сверху.
— Ну мааам…
— Тогда сейчас натяну на тебя колготки, утепленные брюки и два свитера.
Роза тут же надулась. Ну, что сказать, тепло прежде всего. Натянула на дочь самые теплые колготки, которые смогла найти, затем майку.
— Ну что? — спрашиваю я с улыбкой, — Платье или свитер?
Она снова попыталась отпираться, но, в итоге, просто надула щеки и делала вид, что очень обижена. Я же натянула на неё платье, обула в теплые сапожки с носками, а на плечи набросила кофту с мягким содержим внутри. На всякий случай — собрала сумку, куда засунула штаны и гамаши, если Роза всё-таки замерзнет.
Когда Миша с детьми уехали — сделала пару глубоких вдохов, а потом взяла в руки телефон и, немного посомневавшись, всё же набрала номер Романа.
