— Что это? — почти в ужасе спрашиваю я.
— Игрушка, как раз хотел проверить.
И, не спрашивая моего разрешения и не интересуясь моими желаниями, Рома подносит эту штуковину к моему клитору. Сначала хочу заверещать, а вам было бы приятно, если бы у вас осьминог между ног ошивался? Вот и я от такой картины вздрогнула. Вот только потом…передумала. Уж не знаю, что это была за штука, но как только она коснулась меня — тело словно онемело. Сначала эту штуки (называть это щупальцами у меня пока не хватало сил) медленно касались клитора с характерным жужжанием маленького моторчика, но потом…я даже на это внимание перестала обращать.
Видимо, у этой штуки несколько скоростей, потому что, спасибо Роме, меня шатало из стороны сторону и, если бы я уже не лежала, то точно бы упала без сил. То меня накрывали легкие волны наслаждения, и мне хотелось медленно ласкать себя, продлевая удовольствие, то неожиданно скорость увеличивалась, и я просто не могла сдержать рвущиеся из горла стоны, которые буквально заставляли меня ерзать по сидению и требовать, чтобы Рома взял меня прямо в машине.
Я даже не заметила того момента, когда машина остановилась, а Рома убрал эту непонятную штуковину обратно в карман. Пришла в себя я только тогда, когда Рома открыл дверь с моей стороны и погладил по ноге. Я не могла поверить в то, что наш вечер только начался, а я уже без сил и не могу стоять на ногах.
— Давай, незнакомка, я хочу одарить тебя вниманием.
Лучше пощади, — хотелось промычать мне, но вместо этого всё-таки поднялась, правда, стоило мне коснуться ногами твердой земли, как они сразу же подкосились. Рома в очередной раз поймал меня и прижал к машине, зажимая между ней и своим тренированным телом.
— Уххх, — выдохнул он мне в губы, — Я и не думал, что эта игрушка настолько хороша.
— Ты обязан сказать мне, что это такое, — буркнула я, найдя в себе силы улыбнуться.
— Я тебе её подарю, — Рома тоже улыбался, — Готова идти?
Нет.
— Да.
Рома кивнул и всё-таки позволил мне на себя опереться. Мы вошли в многоэтажное стеклянное здание, но у меня не хватило сил понять, что это вообще за место. Я помнила лишь коридор — лифт — коридор — квартира. Да, кажется, Рома привёз меня к себе домой. Свет в квартире был потушен, а я, честно говоря, перестала дышать. Огромная комната-студия, в которой разместились просторная гостиная, кухня и обеденный стол, но, думаю, украшением всего это был просто потрясающий белоснежный рояль, а также стоящая рядом скрипка.
— Ты играешь? — совсем не к месту спрашиваю я, а потом перевожу взгляд чуть дальше, оказывается, здесь с двух сторон панорамные стены. Вид на ночной город просто потрясающий.
— Да, — коротко отвечает Рома, стаскивая с меня пальто, — Правда, уже давно не практикую это.
— Почему?
— У всего есть свои причины.
Понимаю, что говорить об этом он не собирается, а потому больше и не спрашиваю. Вместо этого — разворачиваюсь на каблуках и обнимаю мужчину за шею, притягивая ближе к себе. Рома не отпирается, обнимает меня за талию и медленно приближается к моим губам. Даже слишком медленно, я чересчур возбуждена, чтобы ждать его действий. Однако у Ромы в очередной раз оказываются другие планы.
— Одну минуту, — произносит он, а затем отходит, оставляя меня на пороге.
Рома идёт в сторону дивана и журнального столика, а я следую за ним. Мне приходится замереть на полпути, когда я слышу мелодию. Удивительную мелодию, заставляющую меня трепетать. Это был точно не какой-то случайно подобранный трек, чтобы заняться сексом под музыку. По Роману было видно, что он прекрасно знает, что это за мелодия. Совсем забыла, что он у нас эстет. Нежная и плавная мелодия симфонического оркестра подействовала на меня мгновенно, сразу стало спокойнее и даже захотелось закружиться в каком-нибудь вальсе.
— Что это? — спрашиваю я у Ромы, делая ещё несколько шагов ему навстречу.
— Рихард Вагнер, — отвечает он с улыбкой и протягивает мне руку, в которую я тут же вкладываю свою, — Идиллия Зигфрида из оперы, в исполнении симфонического оркестра.
Одна его рука оказывается на моей талии, а вторая всё также сжимает мою ладонь. И тут он делает шаг. Под чарующую мелодию, которую я слышу впервые в жизни, мы танцуем. Танцуем в такт, медленно и нежно, смотря друг другу в глаза, и даже абсолютная темнота не может помешать нам. Обыкновенный вальс, но даже от него захватывает дух, если танцевать его с таким мужчиной. Роман оказывается умелым танцором, который плавно кружит меня в танце, заставляя забыть обо всём на свете.
Но в какой-то момент, его движения меняются. Он прижимает меня ближе к себе, а его губы касаются моей шеи, которая буквально покрывается мурашками от всего происходящего. Обе его ладони постепенно перекочевали на мою талию, а я абсолютно перестала понимать, что происходит. Вот — он берет мою ладонь и кружит в танце, прижимая меня спиной к себе, а уже в следующий момент — я слышу, как молния на моём платье расходится, и оно с легким шелестом падает к моим ногам. Учитывая, что в этот раз я пренебрегла верхней частью белья, а остатки одежды лежат у моих ног — мгновенно покрываюсь мурашками, однако, ко мне тут же подходит Рома, снова прижав меня к себе.
— Ты прекрасна, — шепчет он мне на ухо, — Ты знаешь об этом?
Но я не могу ему ответить, потому что в тусклом свете Луны я нахожу наши отражения на панорамном окне этой квартиры. Полуобнаженная я, в одних только трусиках и подвязках, Рома за моей спиной, который внимательно всматривается в отражения, одной рукой обхватив мою шею, а вторую медленно опуская вниз, проводя по животу. Я возбуждаюсь от одного только вида.
— Ты станешь моей на сегодня? — продолжает шептать он, а я, как завороженная, продолжаю смотреть на его руки, которые блуждают по моему телу.
В конце концов, Роману не нужны мои ответы, он поворачивает меня к себе лицом, прижимая одной рукой к своему телу. Проводит тыльной стороной ладони по моей щеке, внимательно следя за моей реакцией. В конце он просто улыбнулся, приподнимая уголок губ, а затем — начал медленно опускаться вниз, оставляя дорожку поцелуев на моём теле, чтобы не упасть — хватаюсь за его плечи. Меня буквально трясет изнутри, а всё потому что мелодия никак не заканчивается.
Когда Рома добирается до моего белья — я могу чувствовать его горячее дыхание, правда, он ничего не делает. Уже в следующую минуту он выпрямляется и произносит:
— Иди вон туда, — указывает он мне на лестницу, которую я всё это время даже не замечала.
Не смею ослушаться, а потому поднимаюсь наверх, чувствуя, как взгляд Ромы прогуливается по моему телу. Он поднимается следом за мной, и теперь мы вместе стоим перед просто огромной кроватью, застеленной шелковыми простынями.
— Ложись, — следует очередной приказ.
И я его выполняю. Ложусь на спину, чтобы видеть всё, что будет делать Рома, но он снова просто стоит и смотрит. Кстати говоря, он ещё в одежде. Пока я пытаюсь смириться с теми мурашками, что носятся по моему телу из-за холода шёлка, Рома снимает с себя рубашку, убирая её в шкаф. Остается в одних лишь брюках, продолжая рассматривать меня сверху.
— Поласкай свою грудь.
Новый приказ, которого я не смею ослушаться. В горле пересохло, и мне сейчас бы не помешал стакан воды, однако, всё это мелочи. Закрываю глаза и медленно провожу пальцами по ареоле, замечая, как возбужденно топорщатся мои соски.
— А вторую руку опусти вниз.
Делаю то, что он говорит. Даже не знаю, что меня сейчас возбуждает больше, то, что я делаю или то, что он на меня в этот момент смотрит. Наверное, второе. Через несколько мгновений я чувствую, как надо мной нависает Рома, проминая кровать под себя.
— Позволь мне.
Он запускает свою руку в трусики, буквально выталкивая меня, но так даже лучше. Вцепляюсь ногтями в плечи Ромы и распахиваю глаза, оказывается, я так увлеклась, что даже не заметила, как он разделся… Его взгляд буквально пылает, я чувствую, насколько он возбужден и как сильно хочет меня. В этот раз не рискую пытаться доставить ему удовольствие, насколько понимаю, Рома и сам скажет, когда захочет. Вместо этого полностью отдаюсь тем прикосновениям, что заставляют меня трепетать.
