— Определился, на какие пары будешь ходить в государственном?
— Как и обсуждали — на всё, что касается материаловедения.
— Хорошо. Расписание занятий вот, — протянула она мне листок, — Если ты вдруг его ещё не видел. Сам думай, как совмещать.
— Спасибо, — забрал я расписание.
— Что касается пропуска пары… — глянула она на меня, — То преподаватели тебя за это спрашивать не будут. У чего есть существенный минус. Никто не любит тех, кто выделяется таким образом. Поэтому даже не знаю, стоит ли тебя прикрывать. Что скажешь?
— Последствия — только лишние вопросы в мою сторону?
— Да, но тут какое дело. Ты не единственный, кто внезапно может прогулять пару. У наследников аристократов бывает возникают неотложные дела. Но это никогда не являлось оправданием. Твой случай — несколько иной. Ты вроде как на государственной службе…
— Нет, мне не нужно прикрытие.
Если уж и другие вкушают последствия полной ложкой, то чем я хуже?
— Хороший выбор.
С одной стороны хотелось получить преференции, а с другой стороны — зачем мне лишнее внимание? Тем более такая репутации. Человек, который за непонятно какие заслуги получил особое отношение. Что-то мне подсказывает, что это будет воспринято не как большое достижение, а как мелочность.
— Я хотел спросить. Не знаете, что с Гвоздевыми?
— Всё хорошо у них. Ольга уже занимается, — улыбнулась женщина.
— Я могу с ними как-то связаться?
— Прости, но пока нет. Мы не знаем возможностей наших противников. Не знаем, насколько плотно они уже следят за тобой. Поэтому лучше не рисковать.
— Ладно, — вздохнул я.
— Если вопросов больше нет, можешь идти. Как почувствуешь, что появилось свободное время — сообщи, подкину тебе литературы для изучения.
— Спасибо, — нервно улыбнулся я.
Ещё мне дополнительной литературы сейчас не хватало.
***Подоплёка конфликта с Куницыным выяснилась в тот же вечер, пока я топал домой. Шёл, любовался Москвой на закате… На самом деле любоваться было особо нечем, потому что накрывал дождь, половину неба заволокло тучами, на улице образовалась пробка… В общем, типичный вечер будней, когда после работы тысячи людей спешат домой.
Хорошо хоть метро заработало. Всё или только часть веток не знаю, но конкретно рядом с институтом люди в метро заходили.
Я шёл и думал, а правда, следит сейчас за мной кто-то или нет? Понятно, что люди Родиона присматривают, но наблюдают ли враги? Если да, то откуда? Выследить бы их…
От мрачных размышлений прервал телефон. Глянул, что там — пришло сообщение от Кати.
— Ты в порядке?
Вот и всё сообщение. Странно, — подумал я тогда.
— А должен быть не в порядке?
— До меня дошёл слух…
И тишина. В такие моменты общение через переписку раздражает. Чего сейчас от меня Катя ждёт? Что я догадаюсь, какой слух?
— Что за слух?
— Что ты подрался с Кунициным, — последовал незамедлительный ответ.
— А, ты про это. Да ерунда.
— С тобой точно всё в порядке?
— Если не веришь, то я через десять минут буду дома. Можешь проверить лично.
Отправил сообщение и понял, что как-то слишком грубо прозвучало. Настроение ни к чёрту. Всё же жизнь в напряжение, с постоянной оглядкой по сторонам сказывается. А я то думал, что достаточно закалён для этого. То ли отвык, то ли ещё что. Может погода плохая? Дождь усилился, безмолвно отвечая на риторический вопрос.
Катя ничего не ответила. Это обеспокоило. Сам я тоже ничего писать не стал, чтобы хуже не сделать. Лучше прийти домой, поесть, расслабиться и тогда написать ей.
Когда зашёл в квартиру, Матвей уже приготовил ужин.
— Здорова, сосед, — махнул он рукой, — Есть будешь?
— Конечно. Что на ужин?
— Картошка, тушеная с овощами и курицей.
— Сегодня гуляем?
— Да настроение такое. В эту погоду хочется чего-то эдакого… — загремел он протвинем, когда доставал его из духовки. — Ты как раз вовремя.
— Сейчас только вещи сброшу.
Когда я зашёл в комнату, то втайне от себя ждал, что там будет Катя. Но её не было. Пустая, холостяцкая комната и ничего больше. Да, Матвей определенно прав. В такую погоду хочется чего-то эдакого. Например, крепких обнимашек.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я уже собирался идти на кухню, когда до меня дошло. Блокиратор! Сюда же нельзя переместиться! Зная, что это глупо и наивно, а ещё опасно, я отключил защиту и принялся ждать. Сердце стучало в груди, а я разволновался, как школьник. Жду три минуты….
С легким хлопком Катя появилась у меня в комнате.
— Привет, — робко улыбнулась она.
— Привет, — как дурак замер я, ещё и рот раскрыл, настолько удивился.
Глава 11. Романтические вечера во время дождя
С легким хлопком Катя появилась у меня в комнате.
— Привет, — робко улыбнулась она.
— Привет, — как дурак замер я, ещё и рот раскрыл, настолько удивился.
Моё приглашение было не больше, чем глупой шуткой и это в лучшем случае. В худшем — косяком и грубостью. Это я когда в школе учился, мог свободно к себе одноклассницу пригласить. Там проще с этим было. А здесь не просто девушка, а дочь клана Медведевых. Учитывая, что за мной сейчас следят… За ней тоже следят… И на меня открыли охоту ходоки… Короче учесть много чего надо и это всё играет вовсе не на моей стороне.
Тем не менее, вот она Катя. Стоит здесь, улыбается.
— Эдгард… — позвала она меня, смутившись от чего-то. — Ты здесь?
— А? Да… Просто залюбовался тобой.
Полюбоваться и правда было чем. Катя явилась в плотно обтягивающих джинсах, подчеркивающих её длинные ноги и кофте. Шея была оголена, взгляд скользил по ключицам… Которые почему-то показались очень сексуальными. В эту погоду её волосы выглядели, как горький шоколад, но я не я, если эта горькость не самая сладкая в мире.
Горький шоколад, да на фоне молочной кожи…
— Нравлюсь? — повернулась она и рассмеялась.
— Конечно.
Больше я не медлил, подошёл, обнял и поцеловал. Если уж девушка нарушает все писанные и неписанные правила, то меньшее, что я могу, это показать свою радость от встречи и постараться сделать так, чтобы ей у меня понравилось.
— С тобой всё в порядке? — спросила она после поцелуя.
— Да. А были сомнения? — усмехнулся я.
Ну как усмехнулся… На моё лицо наползла какая-то дурацкая улыбка. Словно лицевые мышцы взбунтовались и зажили собственной жизнью. Катя это видела и тоже улыбалась.
Губы так хотели улыбаться, что напади на нас сейчас кто, я бы так и продолжил отбиваться с глупой улыбкой до ушей.
— Да всякое говорили… — отвела она взгляд.
— Не знаю, что говорили, но ничего такого не случилось.
— Ну, Куницын та ещё заноза в заднице, — заметила она. Я не ожидал, что она может сказать так грубо, поэтому растерялся немного.
— Так ты его знаешь?
— Да… Он как-то пытался за мной ухаживать.
— Ах вот оно что… — дошла до меня подоплека событий, — Ну да и ладно. Не вижу в этом проблемы.
— Точно?
— Абсолютно. Лучше скажи мне вот что… У тебя есть время… эм… задержаться?
— Как сказать… Если узнают, что я здесь, у тебя в комнате… — Катя так очаровательно покраснела, что меня жаром обдало, — То мать сначала оторвёт голову мне, а потом тебе. Или сначала тебе, а потом мне. Единственное, что её остановит — это выбрать, кому отрывать первым. Поэтому если и оставаться, то так, чтобы… эм… — засмущалась она ещё сильнее.
— Чтобы всё выглядело цивильно?
— Да.
Видят боги всех миров, я бы не отказался, чтобы наше общение выглядело совсем не цивильно. Интересно, сообщение о том, кто ко мне заявился, уже ушло? Наверняка ведь в окна смотрят. Я укрепил стекло, поэтому не боялся выстрела, но обычное наблюдение никто не отменял.
— Как насчёт ужина? Правда, у меня сосед…
— Если он умеет молчать, то не вижу в этом проблемы. — поспешно ответила она.
