Чаще не было смысла. Тогда данных столько поступало, что никакой оптимизации не хватит. Да и расход вышел бешеным. Я голову сломал, как снизить издержки. Понятно, что если выйти в город, где не так много аристократов, то хватит и импульсного режима, который буду запускать раз в минуту, но всё равно — лучше сразу решить вопрос с оптимизацией, а то мало ли, с чем столкнусь.
Тем более, в боевой ситуации лучше поддерживать постоянный контроль окружающей местности. А значит нужен совсем другой подход. Решение первого уровня — это в принципе засечь кого-то рядом с собой. Решение второго уровня — выделить этого кого-то и поставить на него отметку, чтобы не путаться. Решение третьего уровня — научиться отслеживать перемещения этого кого-то.
Для чего всего-лишь нужно собрать печать, которая будет направлять потоки энергии оптимальным и равномерным образом, с учётом ландшафта, которая будет ставить метки и как-то их запоминать, и которая дальше будет действовать с учётом поставленных меток. Ещё нужно обычных людей отсекать. Как и животных.
Или обычных людей и животных оставить? Нет, слишком сложно. Лучше сделать отдельные печати для них. Мало ли. Вдруг на меня нападет вооруженный отряд или звери.
На то, чтобы довести до приемлемых значений ушло ещё пару дней. В итоге сделал так, чтобы работало по принципу подобия. У всех бесов и ходоков имелись общие черты, которые я и выделил.
Приемлемое значение — это когда я не опустошал весь свой резерв от одного применения. Довёл до уровня, когда раз десять могу применить подряд. Что и делал в институте при каждой удобной возможности, собирая всплывающие ошибки и шероховатости.
Отдельной проблемой стало то, как сделать так, чтобы технологией могли пользоваться сторонние люди. Не надо быть гением, чтобы догадаться — Родион за новую разработку ухватится своими цепкими ручонками.
Проблема в том, что я, как алхимик, обладал специфическими умениями, позволяющими получать отклик в виде ощущений. Получать и интерпретировать, что важно. То есть, запуская печать, я посылал волну энергии, которая наталкивалась на объекты, взаимодействовала с ними и, если находила то, что попадало под условие, посылало сигнал обратно. Принимал я его в виде ощущений, понимания, на каком расстоянии и кто находится. Бес или ходок.
Чисто в теории, этому приёму можно научить любого. А на практике это займет несколько лет, в зависимости от способности обучаемого. Меня обучали с раннего детства и делали это те, кто обучать умел. Я же никого за свою жизнь не учил, так что — не вариант.
Думал, думал и придумал громоздкую штуковину. Основа — диск тридцать сантиметров в диаметре. В центре него прикручены стрелки — всего восемь штук, по четыре на бесов и ходоков. Также от центра шла линия с отметками от нуля до пятидесяти. Сто не сделал, потому что расход слишком большой. На пару импульсов хватит, а потом час восстанавливаться, что не приемлемо. Так что хватит и пятидесяти метров. Это тоже внушительное расстояние, способное решить большинство задач.
Отметка показывала расстояние до объекта. В зависимости от того, где тот находился, ползунок смещался. Громоздко, нужно время на сканирование, применить можно будет раз двадцать подряд в лучшем случае, но либо так, либо ничего.
Когда ходил из института домой и в обратную сторону, то тестировал устройство, но никого подозрительного не обнаружил. Это поставило передо мной ряд других проблем. Как понять, случайно ты кого-то увидел или за тобой следят? Я живу в центре города. Здесь возможно встретить случайных аристократов или студентов. Да и обычных людей-бесов. Ходоков в принципе мало, всего пятьсот на всё государство, поэтому с ними проще. Зато бесов тысячи и тысячи. Особенно много тех, у кого слабо выраженный потенциал, по индексу до десятки. То есть они чуть сильнее простых людей. По хорошему таких тоже надо отслеживать. Не факт, что следить за мной будет высший бес или ходок. Может и рыба помельче.
В голове крутилась идея как-то маркировать тех, кто попадает в зону импульса. Для чего надо продолжить исследовать тему воздействия на живые организмы. Сам механизм маркировки я придумал — запоминать, какой отклик возникает у объекта при соприкосновение с импульсом, а потом сигналить, если человек продолжает крутиться где-то рядом. Осталось придумать, как сохранять импульсы. Не записываться же каждый раз в блокнот.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
***Выходных я ждал с нетерпением.
Учебные будни они такие. Сумбурные вышли. Мы начали изучать много разных тем и направлений. Юриспруденция, менеджмент, основы финансовых систем и экономики, стратегические и тактическое направления… Военная кафедра, материаловедение… Короче, слишком много новой информации, которую я успевал с трудом проглатывать.
Выходные – это возможность переключиться и плотно заняться своими разработками. Ещё надо было встретиться с ювелирами, они звали в гости, но у меня всё никак руки не доходили.
Правда, в мастерскую я попал не сразу. Как и договаривались, на связь вышел Родион и на этот раз перенаправил меня обратно к тому мастеру, который учил драться. Отказываться я не стал. Успел оценить, что там подготовка кардинально отличается от того, чему учат на факультативе.
Три часа занятий пролетели незаметно и меня по просьбе закинули сразу в мастерскую. Родиону я сказал, чтобы вечером заглянул за двумя новыми устройствами.
Стоило мужчине уйти, как вскоре появилась София.
— Ты уже здесь? — спросила она, — Моя помощь нужна?
— Можно кое-что протестировать, — задумался я.
Задумался над тем, как именно использовать девушку и под каким видом. Использовать… Наверное, если я мыслю такими категориями и постоянно что-то скрываю, то не надо удивляться, что и Медведевы также захотят меня использовать. Типичный ритм обыденной жизни, где ставки высоки.
— Чем займемся? — прошла она по мастерской и заглянула в подсобку, где лежал запас печенья.
— Переместимся в место, где есть перепад высот.
— Зачем?
— Буду дорабатывать сканер.
Который является второй штукой для Родиона на сегодня.
— Только подожди минут пять, я подготовлюсь, — остановил я девушку до того, как она исчезла.
Минус прошлой версии устройства в том, что оно работает в двухмерной плоскости и указывает лишь направление, без привязки к высоте. Чтобы исправить это, я создал прозрачный шар и поместил в него несколько стрелок. Ещё и воды туда налил, чтобы заполнить полость.
Это будет второй версией устройства, которое помогает обнаружить точки, откуда переместился ходок. То есть те, кто идёт по следу, работать будут с помощью двух артефактов. Один ищет, откуда прыгнули. А второй рассчитывает вектор и расстояние, куда прыгнули.
Если так дальше пойдет, то скоро люди Родиона будут таскать мешки артефактов с моим именем. Надо бы что-ли озаботиться характерным дизайном и клеймом. Сейчас это лишнее, а лет через десять сыграет важную роль.
— Круто, — София в наглую стояла у меня над плечом и наблюдала, как плавится материя. — Как ты это делаешь?
— Магия.
— Что такое магия? Ну, в смысле, что ты вкладываешь в это слово?
— Магия — это такая необъяснимая хреновина.
— А, тогда понятно. И правда — хреновина. Необъяснимая, — покивала она с важным видом.
— Знаешь места, где есть перепад высот? Если да, то пошли. Хотя зачем усложнять. Прыгни на ближайшее здание, постой там секунд десять и возвращайся.
София задумалась и сделала, что просили. Прибор сработал, как надо. Почти.
Когда она вернулась, я применил новое устройство. Одна из стрелок поднялась наверх, указывая на точку на крыше. А вторая стрелка указала на место в мастерской, откуда София перемещалась. Мда… Третья стрелка указала, где она появилась в первый раз. А четвертая — снова на крышу, то ли куда она переместилась, то ли откуда переместилась.
Что-то я не подумал об этой проблеме. То, что выходов может быть много, да, учитывал. А то, что место входа и выхода надо как-то отдельно помечать, чтобы отслеживать маршрут и его направление — упустил из виду. Бедный Родион… Как его люди вообще что-то делали с моими примитивными устройствами?
