Брехло наглое. По некоторым деталям Катрин определила, что шеф обеспокоен. Понятно, вовсе не об обратном пути он думает. По идее, ТАМ должна быть вода. Едва ли даже боги способны долгое время обходиться без источника или колодца. Нет, не уверен Вейль в возможности достичь финиша, имея нынешний скромный водяной ресурс. А значит… Захотелось вновь вздохнуть, но тяжкие вздохи входящие в привычку — это нам ни к чему.
Звезды еще сдвинулись, вздымалась ночь к своему пику, уже ждала пассажиров лодка-Атет[1], и все в мире шло своим чередом. Как обычно не очень упорядоченным, нервным чередом.
Дикси, спящая на свернутом жилете архе-зэка (вместо подушки и только башкой, забираться плешивой жопой и лапами мы отучились) как раз проявила легкую нервозность. Ухо насторожилось, хвост закрутился к спине на манер скорпионьего, на миг из-за губы показался клычок.
— Спасибо и на этом, — пробормотала Катрин. — Эй, болтуны, — похоже, рядом наши друзья. Шеф?
— Слышу. Не кричите, мадам Кольт. Мы же им уступили право первого удара. Проснусь в любом случае, — сонно заворчал невидимый Вейль.
— Наше дело предупредить — мрачно напомнила архе-зэка. — Анис, намурлыкай что-нибудь.
Переводчица запела. Видимо, какой-то вариант колыбельной без слов, поскольку бодрости сладкий голосок не прибавил.
Издали это должно выглядеть так: сидят у огня две укутанные фигуры, сонно поправляют огонь. Девица напевает. Картина мирная, дремотная. Лежащую между чучелами шпионку не видно (проверено). Остальная диспозиция проста: капрал с мушкетом и подружкой на одном фланге, шеф с арсеналом — на другом. Стволов хватало — беглые погонщики впопыхах позабыли кое-что свое. Анис обзавелась очередным пистолем: просто изумительное достижение оружейно-дизайнерской мысли. Архе-зэка раньше вообще не приходилось видеть оружия с таким количеством декоративных медных заклепок.
Выставлять дозоры было попросту не из кого, посему замысел контр-операции был предельно прост: заманить противника поближе и нанести решительное огневое поражение. Опираться приходилось на преимущество в количестве стволов. Пленный гадюка-юнеск «колоться» не стал, но предположительно у беглецов имелось два ружья и пять-шесть пистолетов с ограниченным количеством зарядов. Паника есть паника — драпанули большей частью без пороховниц, да и ружья бросили. Собственно, это и считалось основной причиной возможного возвращения кочевников. Вернуться к семьям без оружия — потерять лицо, приплестись к Вейль-бею с повинной — так же потерять лицо. Совсем иное дело напасть и перерезать нанимателю горло — тут все достойно, можно будет честно смотреть в лицо сородичам, спокойно повествовать о каменном чудовище, колдуне-европейце и прочих ужастях. Логика характерная, но на удивление часто встречающаяся.
…Убаюкивала мелодия. Все ж талант у девчонки. Эротично сон нагоняет. Что-то в ней ведьменское определенно есть. Катрин прищурилась на звезды, выбрала слабину бечевки. Предчувствие подсказывало — сейчас.
И все же выстрелы раздались внезапно. Одно из чучел так рванула пуля, что кукла из тряпья и палок сама завалилась в костер — без особого артистизма, ну так опыт лицедейства у пугала скромный. Второй манекен Катрин подсекла бечевой, басом охнула и замерла. Лишь бы не обнаружили — тут хоть и в символическом окопчике, но костром подсвечена — та еще мишень…
Падение «жертв» было немедленно отмечено победными криками стрелков. Эх, славные времена, простые нравы: два трупа — уже победа. В ночи раздались воинственные голоса — нападавшие спешили к палатке, надеясь взять остальных растяп сонными-испуганными.
Дикси спрятала морду за жилет и опасливо косила глазами:
— Интересно, лично нас с тобой продать думают или сразу «в расход»? — шепотом вопросила Катрин. — Думаю, возиться не будут. Мы с тобой на местном рынке не котируемся. Ростом не вышли.
Видеть архе-зэка ничего не видела, ориентировалась исключительно по звукам. Вот что-то заорал проснувшийся пленник-юнеск. Его вопль перекрыл рев привязанного верблюда. Видимо, своих предупреждают. Что-то встревожено крикнул араб-«англичанин». Но тут гавкнул армейский мушкет капрала. Безмолвно рухнуло на песок сшибленное пулей тело… вопли негодования… пистолетный выстрел — кажется, это Аниска вспоминает «арбузные уроки». Выстрелы загрохотали с обеих сторон — как и предполагалось, защитникам лагеря пришлось отбиваться на два фронта. В «пф-бахах!» отчетливо выделился выстрел штуцера, потом шеф перешел к методичному разряжанию пистолетов…
Полагая, что сейчас внимание от костра немного отвлечено, Катрин выкатилась из ровика. Ух, удачно — почти под ноги двоим кочевникам. Судя по оскаленным мордам, переговоры вести поздновато. Ладно. Архе-зэка всадила пулю в грудь человеку с саблей, второй попятился, но преодолев замешательство, кинулся на лежащую девушку. Мужественно, но глупо. Лежащая девушка с взведенным пистолетом, это уже не просто так лежащая девушка…
Действие мягкой свинцовой пули на близком расстоянии имеет высокий останавливающий эффект и чрезвычайно низкий эстетический. Попадание в лоб практически раздробило череп. Труп рухнул почти на ноги, Катрин отдернула сапоги, но их все равно забрызгало. Дикси из ровика нервно скульнула.
— А ты как думала? — пробормотала Катрин, взводя курок третьего пистолета, приблудного, не особо надежного.
Но стрелять было уже не в кого. Как частенько случается при стычке с применением однозарядного оружия, все решилось за секунды. Мертвые и тяжелораненые остались на месте, боевые силы проигравшей стороны, способные бегать, не замедлили воспользоваться этим полезным навыком.
— Удрать! Они удрать! — маломузыкально вопила переводчица, размахивая нарядным пистолетом.
— Хватай саблю — вон валяется — вскакивай на верблюда и пускайся в погоню, — предложила архе-зэка. — Можешь кого-нибудь пленить и обратить в личного секс-раба. Интересный вариант. Ну, другой вариант поскучнее: закрой рот и перезаряди пистоль.
Толмачка осеклась, села и начала не особо уверенно извлекать шомпол. Вот-вот, не всегда кавалеры за тебя будут скучную работу выполнять.
Катрин и сама торопливо перезарядилась, прислушиваясь. Разбросанные головни костра, потрескивая, угасали, перенервничавшая Дикси писалась, шеф переместился на единственную господствующую высоту и вел оттуда наблюдение, иной раз там потрескивали шаткие камни. Вот вдалеке заревел верблюд. Уходят. Повезло одногорбому, скорее всего без особых проблем к родному стаду вернется. А вот раненые уже не стонали, ну да, Вейль именно мимо них к Крокодильему холму перемещался. Теперь только у палаток кто-то нездорово хрипел.
— А что там с нашим пленником? — вполголоса спросила архе-зэка у капрала.
— Страдает. Я его прикладом приложил, когда он разораться вздумал.
— А как он умудрился кляп выплюнуть?
— Кажется, об узел на вьюке распотрошил.
Катрин вздохнула. Косяк с кляпом на совести архе-зэка. Вот так
