— кровь весело заскользила по клинку, закапала на лицо шпионки.
— Наконец-то мы в интимной позе и никуда не торопимся, — порадовалась архе-зэка, смаргивая теплую жидкость.
— Мы же уже рядом были. Все испортила. Идиотка, — Вейль поморщился. — Заканчивайте уже, Катрин.
Все верно. Пора это прекратить. Из разбитого носа шефа тоже потекло, а это был вовсе не тот душ, о котором мечталось. Все хорошо в меру.
— В спину стрелять нехорошо, Жак, — прошипела Катрин, медленно надавливая на рукоять.
— Нам нужна была вода. Вам и мне, — уже без выражения напомнил Вейль. — Вы так ничего и не поняли, Кольт. И не смейте называть меня по имени.
В глазах шефа страха не было — лишь страшнейшее разочарование.
— Не резать его, — внезапно сказали сверху. — С ним мы точно дойти.
— Верно. Отпускайте его, леди, будьте благоразумны. Без него вообще все запутается.
Краем глаза Катрин видела две пары ног. И приклад мушкета. Нет, не торопятся приходить на помощь рассудительные влюбленные. У Аниски вдруг милосердие пробудилось, да и капрал туда же.
Вейль смотрел вопросительно. Боли, похоже, вообще не чувствовал, хотя лило с него как с подвешенного кабана. А ветер все пел, все намекал забитым песком ушам шпионки…
Катрин отпихнула шефа:
— Горло ему перетяните. Можно и потуже. И никакого оружия паршивцу.
Шпионка вытерла нож и принялась утирать физиономию. Кровь шефа на вкус была обычной, человечьей, но кто его знает — безумец ведь полный. Катрин попыталась обтереть язык о рукав, не особо преуспела. Пара жалостливых самаритян останавливала кровотечение смещенному начальнику. Начали не особо умело бинтовать.
— Вашу маму… — с тоской застонала архе-зэка. — Сюда давайте.
Злопамятная Анис тайком пнула шефа в зад и охотно передала бинт специалистке.
Катрин обработала порез — средства из аптечки вроде помогали — кровотечение как минимум остановилось. Вейль безропотно подставлял выю, потом покосился на милосердную пару и сипло поведал:
— Был не прав. Мадмуазель Анис, капрал Бомон, приношу свои извинения. Не желал ничего дурного, дело исключительно в нехватке воды. Если бы не мадам-вдова, вы бы умерли мгновенно и без мучений. Согласитесь, в этом есть свои преимущества.
— Хорош сипеть, — мрачно пригрозил капрал. — Мы уж сами решим, когда нам помирать.
— Понял. Искренне желаю вам успеха. Просто хотел уточнить — из каких побуждений вы проявляете столь внезапное милосердие?
— К богу идти нужда. Обратно возвращаться не получается, — проворчала переводчица. — Вы первый это придумать, вдруг без вас вообще не получаться.
Вейль пожал плечами, он казался несколько разочарованным.
— Вам, ублюдку беспринципному, придется кровопотерю восстанавливать, — Катрин выпрямилась. — На дополнительную воду особенно не рассчитывайте. Мочу не доводилось пить? Рекомендую попробовать. За уринотерапией — светлое будущее. Уж в вашем случае, определенно.
Наконец, двинулись в путь. Разоруженный шеф и жук возглавляли караван, Катрин замыкала. Верблюд, встревоженный близкой возней и выстрелом, уже успокоился, плавно нес остатки воды и жратвы. Дикси, мгновенно исчезнувшая в момент драки, сидела на горбу «корабля пустыни», раздувая усы, всматривалась в даль. Все как обычно — шаг за шагом к бессмысленной смерти. К архе-зэка обернулась переводчица, потом еще разок…
— Что? — раздраженно поинтересовалась Катрин.
— Лицо мадам… — осторожно указала девчонка.
— Засохнет, само осыплется.
Щеки, стянутые засыхающей кровью, уже чесались. Но тратить драгоценную воду на умывание архе-зэка не собиралась. Будем считать кровавую маску веригами и вообще покаянием. Катрин не была уверена в обоснованности своего решения. Вейля разумнее было добить — он и без оружия опаснее любой кобры. Конечно, на спутников ему глубоко плевать, дело действительно, исключительно в недостатке воды. Но день за днем он ждет знака, сигнала, что все идет как надо. Знака нет, а шеф все же не железный. Готов психануть.
Был ли знак — вот в чем вопрос. Вейль с надеждой смотрел на милосердную пару, а спрашивать нужно было не у них.
«пусть идет, пусть, пусть, идет…» — нашептывал рассветный ветер в уши архе-зэка, когда ее щеки заливала приятно горячая кровь. Галлюцинация или действительно знак-совет? Катрин доводилось сталкиваться с обоими явлениями. С ними единственная проблема — одно от другого практически невозможно отличить.
* * *
Еще два дня пути… Запас воды иссякал с неприятной быстротой и ноша верблюда легчала. Для остальных членов экспедиции никаких приятных и облегчающих жизнь сюрпризов не предвиделось. Черные и прочие скалистые высоты исчезли, вокруг тянулись дюны-барханы, похожие на дно огромного пересохшего моря. Ноги вязли в сыпучем песке, бесконечные подъемы и спуски грозили пустынно-морской болезнью. Тоска и безнадега. Утром Дикси подумала-подумала и попробовала выть на восходящее солнце, надолго собачонки, к счастью, не хватило, но переводчица успела пробормотать про «дурное предназнаменование». Можно подумать, без воя сложно догадаться, к чему дело идет…
Катрин шагала, считала барханы, наблюдала, как все сильнее покачивается спина толмачки. Быстрей бы оно все кончилось, что ли…
Кончилось все как-то внезапно, если не сказать глупо. Преодолели дно очередной впадины между барханами — на сей раз украшенное полу-занесенными песком костями, слегка разнообразящими унылый пейзаж. Неутомимый скарабей вел караван, легко полз по раскаленной сыпучей тверди (в которой сапоги увязали чуть ли не по голенище). За проклятым насекомым оставался ровнехонький след-бороздка. Таких скарабеев на геодезической и строительной разметке использовать — цены бы им не было. Взбираясь к гребню бархана, живой «компас-невелир» вдруг замер.
— Это к чему… — захрипел Вейль, возглавлявший экспедиционную цепочку.
Жук вдруг зарылся в песок — довольно стремительно, только задние лапки и дрыгнули. Шеф по-детски ахнул, впередсмотрящая собака озадаченно тявкнула с высоты верблюжьего вьюка. Вейль бухнулся на колени, начал поспешно разгребать песок ладонями.
— Да нет, вон он — с той стороны, — проскрипел капрал.
Все увидели жука — тот продолжал свой целеустремленный путь, уже спускаясь со склона бархана.
— Хороши шутки, — проворчал шеф, с трудом поднимаясь на ноги. — Чувство юмора у насекомого прямо как у Вдовы. Пошли.
Короткий караван тронулся в путь, замыкающая архе-зэка не успела и шагнуть за переводчицей, как обнаружила что Вейль и ведущий верблюда капрал спускаются обратно. Те трое встали, уставившись на Катрин с очень странным выражением.
— Меня забыли,
