и углами домов. Два пулемёта плюс винтовки против одного «МГ-34»… Тут лишь дело времени когда кому-то из фашистов улыбнётся удача.
Так, до броневика он добрался, теперь надо как-то залезть внутрь. Нечего и думать сделать это через башню. Там сидит Петер да и не с его ногой сейчас лазать по броне, тем более под градом пуль. Легче всего проникнуть в машину через боковой люк, вот только была одна маленькая проблема. На той стороне броневика которая обращена к переулку, висело запасное колесо. А значит придётся обходить корпус и залезать с простреливаемого бока. Опасно, но какой другой выход?
— Прикрой меня! — прокричал он своему последнему товарищу, укрываясь за безопасным корпусом броневика. Казалось бы что стоит обежать машину и залезть в неё? Только собственная раненая нога не позволит сделать это быстро, а фашистские пулемётчики не окажутся так любезны чтобы прекратить огонь на это время.
— Есть, сэр! — донеслось из башни и Петер, ранее стрелявший экономными очередями, начал поливать улицу длинными.
Учитывая такой темп стрельбы было ясно что скоро ему придётся перезаряжаться, значит пора рискнуть. Глубоко вздохнув и выдохнув Хайнц резко оттолкнулся здоровой ногой и запрыгал в обход кормы бронемашины, глядя только на приоткрытую дверцу люка. Быстрее, быстрее!
Совсем рядом противно взвизгнула пуля, отрикошетив от брони, тут же ещё одна последовала её примеру. Распахнуть дверцу, ухватиться руками за скобы, подтянуть тело внутрь, помогая здоровой ногой… Всё, он внутри! Уже закрывая люк Гротте услышал как по нему словно горсть крупных камней кинули. Ага, поздно очухались, сволочи! Хрен они ему теперь сделают без пушек! Так, что дальше?
Тело убитого Карла, с выражением удивления на лице, так и продолжало лежать на полу боевого отделения, прямо на трупах прежнего экипажа, отчего в броневике стало ещё теснее. Эх, как же он так нарвался? Выжить в стольких переделках и быть убитым какой-то немецкой сучкой-секретаршей, которая наверняка и пистолет-то раз в год в руках держала… Но воля командира смогла временно задавить горе и заставила реагировать на ситуацию. Прежде всего надо уезжать отсюда, а значит…
— Петер, спускайся вниз, сядешь за руль! — скомандовал он, прижимаясь к стенке чтобы дать тому место. — Я на пулемёт!
— Понял! — тут же отозвался его подчинённый. Дав напоследок длинную очередь он сноровисто поставил новый короб с патронной лентой и сразу нырнул вниз. — Учти, командир, патронов осталось маловато, всего два короба и один из них я уже поставил! — предупредил Баум.
— Подсоби мне! — попросил Хайнц, стиснув зубы от боли. Попытка самому залезть в кресло командира не увенчалась успехом, нога колола от боли. Кстати, надо бы перевязать её, иначе окочурится прямо в башне. — Стой, сначала перевяжи ногу, потом поедем!
Петер без возражений осторожно помог ему устроиться на своё прежнее место а потом начал искать аптечку на внутренней стороне машины. Свои собственные индивидуальные пакеты они пока решили оставить на крайний случай, если уж совсем припрёт.
— Есть, нашёл! — внизу раздалось копошение и командир ликвидаторов почувствовал как ему задрали штанину, а на раненую конечность начинают наматывать бинт. По хорошему надо было бы понять прошла пуля навылет или застряла, но сейчас явно не до этого. Судя по ощущениям кость не задета, только мясо пробито, что ж, спасибо и на этом, как говорится.
Предоставив свою ногу заботам товарища Хайнц обратил, наконец, внимание на обстановку на улице. А она изменилась, притом точно не в их пользу. Похоже, немцы, успокоенные прекращением стрельбы, решили что пулемётчик убит и попытались подобраться поближе. Естественно, не все, двое мотоциклистов с «МГ-34» так и продолжали укрываться за своими машинами, держа броневик на прицеле. А вот двое полицейских, держа винтовки наготове, вышли из своих укрытий и медленно приближались. Расстояние между ними было метров семьдесят и единственным что их могло защитить от его пуль был брошенный гражданский автомобиль с открытой дверью водителя. Видимо, тот кто его вёл потерял голову от страха, оказавшись посреди перестрелки, выпрыгнул и убежал. Машина уже зияла несколькими дырами от пуль но полицейские всё равно старались держаться за ней, наивно уповая на защиту. Что ж, это они зря, ой зря…
Едва немцы заметили его голову над башней, и то что пулемёт разворачивается на них, как тут же выстрелили из своих винтовок и с криком бросились в укрытия. Причём один метнулся назад, туда где скрывался раньше, а другой юркнул за автомобиль. Пулемётчики-мотоциклисты тоже начали стрелять, отчего броня башни загрохотала от попаданий а Хайнц с трудом смог удержаться от того чтобы не пригнуться.
— Быстрее! — он поторопил Петера а сам снова открыл огонь, с удовлетворением чувствуя как немецкий пулемёт послушно убивает своих же создателей.
Первая очередь пришлась по машине, чтобы тот кто за ней укрылся сидел тихо и не высовывался. Вторая должна была догнать убегавшего полицейского но тому повезло, он успел скрыться за углом. И Хайнц выпустил её по двум мотоциклам, за которыми прятались пулемётчики и водители.
— Готово! Сейчас поедем, командир! — товарищ, наконец, закончил перевязку и сел за руль чтобы увезти их отсюда.
Мотор броневика взревел и машина резко дёрнулась назад, круто разворачиваясь. От толчка Хайнц снова чуть не вскрикнул, нога случайно задела за выступ брони. Петер, несмотря на то что практики вождения боевой машины у него почти не было, быстро разобрался в управлении и дал полный газ, направляясь обратно, на южную окраину города. Развернув башню назад Гротте напоследок дал прощальную очередь, начал поворачивать её обратно и тут случилось неожиданное…
Уже выезжая на перекрёсток их броневик, успевший набрать хорошую скорость, на полном ходу врезался в кабину грузовика, как раз выезжавшего на их улицу! От удара обе машины отбросило друг от друга. Грузовик со смятой кабиной влево а броневик вправо. Сотрясение крепко ударило не ожидавшего этого Хайнца грудью о край люка и он захрипел от боли. Внизу матерился по-русски Петер, ругаясь на чём свет стоит. Сама бронемашина на скорости вильнула, сбила телефонную будку на тротуаре, к счастью пустую, и помчалась дальше, оставив после себя дождь разбитого стекла и изуродованную металлическую конструкцию.
Потирая грудь Гротте оглянулся назад, пытаясь понять будет ли за ними погоня. В кабине грузовика вряд ли кто уцелел а вот из кузова, почти не пострадавшего, начали выпрыгивать солдаты с винтовками и пистолетами-пулемётами. Да уж, вовремя они дали дёру, ничего не скажешь… Ещё бы минута и всё, были бы
