а ставлю в известность. Документы пришлем по почте. Прощай.
Оставив слово за собой, разорвал связь.
— Еще какой-то пацан мне будет помехой. Руслана моя была и будет! — крикнул стенам номера, ударив кулаком в ладонь.
На следующее утро Руслана, едва позавтракав и покормив сына, услышала звонок в домофон. Волнение градом осыпало тело, дрожащими пальцами нажала кнопку и, не дожидаясь говорящего, положила на место. Если это Рауль, от него нет смысла бежать, а если сотрудники ЖЭУ или почтовая доставка, то она отсрочит свою казнь. Без промедления открыла на звонок в дверь.
— Ты почему не спрашиваешь кто пришел? — с порога напал пришедший. — Одна с ребенком дома, рискуешь…
Но хозяйка квартиры перебила:
— Ты пришел командовать и отчитывать меня? — и, запахивая полы халата, с вызовом посмотрела в его глаза. — Я давно так живу и рискую скорее сейчас, находясь с тобой в одном помещении.
Рауль прошел за порог, оттеснив Руслану в глубь коридора, захлопнул дверь.
— Вы поели? Я приехал отвести вас в клинику.
— Как я забыла, — хмыкнула. — Тест на отцовство. Проходи, мы одеваемся не быстро.
И, повернувшись, пошла в спальню, виляя бедрами и попой. Рауль с вожделением провожал ее спину, сжав ладони и сцепив челюсть.
"Как я буду находиться с ней рядом и не касаться? Пришло время для молитв".
Не стал смущать ее и сына своим видом, ожидая их у входа. Руслана вынесла сына на руках и малыш, завидев мужчину, заулыбался, повторяя то слово "ма", то "се". Рауль терпеливо морщился, слушая имя друга, ревнуя и завидуя.
— Дай мне его, а сама одевайся.
— Хорошо, только выходите в подъезд, иначе запарится, — и передала ребенка отцу.
Не смотря на сложность их отношений, к малышу Рауль тянулся искренне и не желал навредить. По крайней мере такое создавалось впечатление. Спустившись к машине Керимова, удивилась, заметив детское кресло на заднем сидении авто.
— Что не так? Знаю, я гад в твоих глазах, но, став отцом, хочу стать для него лучшим. Усади Эдема и садись спереди.
Руслана молчала всю дорогу до КДЛ, лишь поглядывая на водителя и оборачиваясь к Эдему. Малыш в свою очередь вел себя тихо, с любопытством оглядывая салон и родителей.
Глава 26. Мой
За скорость проведения анализов ДНК Рауль оплатил по повышенному тарифу. И, получив результат уже через сутки, едва контролируя свою радость, мчался к дому Русланы. Проезжая мимо цветочного киоска, затормозил. Выбрал самый небанальный и дорогой букет: смесь белых и малиновых орхидей с розовыми крапчатыми язычками. Цветы не издавали аромат, но достаточно и их экзотического происхождения.
Руслана не ждала визитера, знала, что Рауль нагрянет как шаровая молния, ярко и обжигающе, но что явится с букетом, удивилась.
— А…, ого! — произнесла растерянно. — Спасибо, — приняла, улыбаясь.
— Выбирал без запаха, боюсь, чтобы аллергия не случилась у сына.
Сказал с полной уверенностью в голосе. Руслана взглянула в черные глаза, узрев и в них подтверждение.
— Ну, проходи, — отошла, пропуская.
Оставив гостя на пороге, пошла за вазой на кухню. Заметила краем глаза, как Рауль прошел в спальню. Сердце застучало от волнения. Казалось, что ее сына отнимают одним лишь взглядом. Опасаясь своего воображения, быстро впихнула цветы в вазочку, поспешила следом. Рауль стоял рядом с детской кроваткой, опираясь на ее перекладину и неотрывно смотрел на спящего Эдема. Руслана приблизилась и замерла, с волнением оглядывая отца и сына. Боль, радость, отчаяние, ревность — смесь разной палитры бились в душе, истязая ее хозяйку.
— Он мой. Мой! — констатировал, не оборачиваясь.
— А ты сомневался? От тебя, но не твой, — резче нужного ответила.
— Ты права, Эдем наш.
Рауль снял ладони с мебели и отошел, повернувшись к Руслане, достал конверт и выставил перед ее лицом.
— Мы должны поехать в ЗАГС и написать заявление на усыновление. Точнее я, а ты подать на развод с Мансуровым, — требовательно произнес.
Руслана пребывала в раздрае. С одной стороны у сына есть папа и он должен принимать участие в его жизни, с другой она, зная Керимова, боялась его присутствия в их жизни.
— Хорошо. Давай уже завтра утром.
Отвернулась и вышла из комнаты. На кухне у нее готовился обед и пока сын спал, она быстро управлялась с продуктами. Рауль, прислонившись бедром к столешнице, любовно смотрел на рыжеволосую женщину, ловко орудующую ножом.
— Останешься на обед? — не поднимая глаз, спросила Руслана.
— Если можно, то с удовольствием. Могу помочь.
— Не стоит, почти готово, садись за стол.
Руслана не хотела ввязывать мужчину в кулинарное колдовство, изображать семейную идиллию, задобрить немного и узнать о его дальнейших планах.
— С чем суп?
— С клецками, на курином бульоне. И плов с той же птицей. Как видишь халяльная пища, — на последней фразе не обошлась без издевки.
Рауль в ответ хмыкнул и улыбнулся.
— Я ценю твой подход к еде, правда. Спасибо.
— Что будешь делать, Рауль?
— Ты о чем? А, о сыне. А ты как думаешь?
— Я боюсь неправильно озвучить твои мысли, лучше послушаю, — выставив тарелки с обедом, заняла соседнее место.
Мужчина откинулся на спинку стула и пристально посмотрел в янтарные глаза, пытаясь взглядом донести свои желания. А вслух лишь сказал:
— Хочу принимать участие на равных в его воспитании. И чтобы сын мог отличить отца от чужого дяди.
"Это он намекает на Селима. А еще младший Мансуров топчется в ожидании моей лояльности. Ревнивец и эгоист не переживет конкуренции".
— И что ты предлагаешь? Я не против твоих приездов к нам.
— Зато я против.
Руслана сцепила пальцы в замок и отвела взгляд под обжигающим жаром черноты его зрачков.
— Руслана, — Рауль потянулся через стол и накрыл пирамиду ее ладоней. — Я хочу чтобы вы поехали ко мне на Родину. Я скажу больше: прошу подумать об этом. Не хочу давить на тебя, но согласись, что это правильное решение.
— Правильнее было бы не появляться в моей жизни! — со злостью крикнула Руслана. — Ты мне всю жизнь исковеркал. Просила ведь отстать от меня, а теперь на всю жизнь с тобой повязана буду, — добавила она чуть не плача.
Руслана ненавидела свою поездку в исламское государство и то, к чему в итоге привело ее путешествие. Хотя и примирилась давно с рождением малыша, безумно полюбила и теперь как его делить с этим деспотичным мужчиной не знала.
— Получилось то, что случилось. Не думаю, что ты не хочешь счастья нашему сыну.
— Ты понимаешь, что я может захочу любви и встречу своего мужчину. Ты же не дашь мне быть с другим?
— Я приложу усилия, чтобы ты не искала
