Впрочем, основной преференцией для крупных западных игроков были благосклонность российских властей, расширение лоббистских возможностей для получения крупных государственных заказов. К тому же некоторые компании, например Intel и Boeing, и до того уже имели свои центры НИОКР в России.
Компания Cisco пообещала инвестировать в развитие инновационной отрасли в нашей стране 1 млрд долл., что выглядело на тот момент необычайно щедрым обещанием.
«Мы поможем вырастить этот рынок, и когда здесь появится большая инновационная отрасль, которая будет тратить много денег на технологии, мы получим свой кусок этого пирога, — объяснял генеральный директор российского представительства Cisco Павел Бетсис мотивацию крупнейшего в мире производителя телекоммуникационного оборудования. — Это абсолютно коммерческий интерес. При этом мы понимаем риски: для нас Сколково — венчурный проект, долгосрочные инвестиции»[41].
Выгоды ключевых партнеров от участия в проекте топ-менеджер видел такими: «В Сколково должен появиться живой механизм, который сначала при участии государства, а потом и самостоятельно должен будет создавать инновационную отрасль. Сюда будут приезжать компании, чтобы получить признание своих идей, финансирование, разрабатывать свои технологии и в восьми из десяти случаев становиться банкротами, потому что их идеи не найдут практического применения. Один из самых успешных примеров — Кремниевая долина, где компании-гиганты соседствуют с тысячами малых успешных, неуспешных, живых, мертвых и полумертвых маленьких компаний. Они работают бок о бок, в одних и тех же зданиях. Так начиналась и Cisco, которая за 25 лет из стартапа выросла в очень большую компанию. Построить такое место без участия компаний-гигантов и их огромного опыта было бы очень сложно».
Ключевые партнеры обещали разместить в Сколково свои центры НИОКР, привлечь к совместной работе российские исследовательские институты и заняться инвестированием в стартапы. Предполагалось, что в Городе который изменит Будущее, будут работать 4 тыс. сотрудников западных корпораций, а совокупные инвестиции в проект ключевых партнеров к 2017 г. составят 1 млрд долл.
Правда, учитывая все риски, заходили ключевые партнеры в проект весьма осторожно. К концу 2011 г. подписать контракты о сотрудничестве удалось с 11 крупными компаниями. Инвестировать начали Nokia, Siemens, Ericsson, IBM. Dow Chemical, EADS, General Electric. В общей сложности эти компании выделили 135 млн евро и планировали израсходовать эти деньги на создание своих лабораторий и заработную плату исследователей. Чем планировали заниматься эти лаборатории? Например, в Центре сетевых инноваций Cisco 30 российских инженеров должны были работать над технологическими проблемами видеоаналитики. Единственным российским инвестором на тот момент выступило ОАО «Информационноспутниковые системы имени академика М. Ф. Решетнева».
Компании потянулись в Сколково, хотя проект уже начал испытывать довольно жестокую конкуренцию со стороны Великобритании. Британское правительство выступило с инициативой создать свой центр технологических инноваций в лондонском Ист-Энде. Ему планируют передать инфраструктуру Олимпийского парка, сооружаемого к Играм 2012 г. Предварительное согласие инвестировать в этот проект уже дали компании Google, Facebook, Intel, Barclays, Cisco. «При всех возможностях крупных компаний распылять ресурсы на участие в нескольких новых проектах не очень целесообразно, — говорил мне представитель одной из западных корпораций. — Наш головной офис сейчас решает, куда направить большую часть усилий — в Россию или Британию».
Но для того чтобы запустить механизм по воспроизводству инноваций, такой же эффективный, как в Кремниевой долине или Бостоне, одних крупных компаний недостаточно. Привлекая в Россию исследовательские центры западных корпораций, мы не придумывали ничего нового. Так же поступали все правительства, когда запускали свои инновационные центры. Работая над созданием университета, мы опирались на опыт MIT. Но чтобы все это склеилось в инновационную экосистему, чтобы успешно инсталлировалось в российскую действительность, предстояло поработать самим.
Глава 13
Идеальная модель
ВОПРЕКИ распространенному мнению, первый офис фонда «Сколково» расположился отнюдь не в одноименной бизнес-школе. Первый офис фонда не был футуристическим ангаром на территории какой-нибудь современной промышленной зоны, где ухоженные бизнесмены и растрепанные ученые в неформальной обстановке за общим столом думали над Городом, а в перерывах заказывали пиццу. Первый офис фонда «Сколково» по-будничному расположился в Центре международной торговли, старейшем бизнес-центре Москвы, что на Краснопресненской набережной, где для удобства бизнесменов офисные помещения и конференц-залы совмещены с гостиницей.
Кабинеты людей, которые собирались строить Город, который изменит Будущее, были раскиданы по разным этажам похожего на улей комплекса и соседствовали с московским представительством Махачкалинского морского порта и отделом кадров одной из сетей быстрого питания. Зато каждый кабинет был двухэтажным, в них были туалеты, душевые и маленькие кухни, а наличие под боком гостиницы делало пребывание здесь удобным для иногородних специалистов.
Но еще до того как люди, которым предстояло строить Город, пришли в эти кабинеты, они сделали первые шаги в этом направлении в компании «Ренова». Только что назначенный на должность руководителя фонда «Сколково» Виктор Вексельберг предпочел поддержку людей, которых он знал по совместной работе. Именно в «Ренове» была организована первая проектная группа. Она должна была разработать структуру фонда, заняться подготовкой его учредительных документов и запустить процесс работы над федеральным законом, который должен был стать юридическим фундаментом будущего Города.
Уже на первом совещании Виктором Вексельбергом был намечен план организационных действий. «Давайте предложения, находите организационные формы поддержки, заказывайте соответствующие исследования, предлагайте зарубежных партнеров, которые могут нам чем-то помочь. Мы должны опираться на „Ренову“, использовать бюджет „Реновы“», — давал первые указания Вексельберг.
Некоторые сотрудники «Реновы», которые были так или иначе связаны с высокотехнологичными бизнесами или проявляли интерес к этой проблематике, были включены в проектную группу. Некоторые из них позднее перешли на работу в фонд, а кое-кто и занял в нем ключевые посты.
Работа началась с изучения мирового опыта создания инновационных центров и возможностей его использования в России.
