– Спасибо, что приехали, – радостно прощебетала она, сделав шаг назад, когда Габриель протянул руку ее отцу, вынуждая того к рукопожатию.
Елена внутренне напряглась. Она не была уверена, который из них сжимал руку другого сильнее, но ей казалось, что сейчас раздастся хруст переломанной кости.
Потом Габриель пожал руки ее братьям.
Когда с обменом любезностями было покончено, Роберто, младший из братьев, окинул ее насмешливым взглядом:
– Что Мантенья сделал с тобой? Ты выглядишь как девчонка.
– Больше как потаскуха, – тихо, но в то же время достаточно громко, чтобы услышала Елена, бурк нул Франко.
Она покраснела от оскорбления, которого боялась всю свою жизнь.
Габриель сжал ее руку и смерил их презрительным взглядом:
– Ваша сестра – красивая и умная женщина, и я буду очень признателен, если вы оставите свои сексистские шуточки при себе, чтобы их не слышала ни она, ни тем более я.
Лица ее братьев потемнели от злости, но ее отец крепко сжал Франко за локоть, призывая замолчать. Они все понимали, что Габриель что-то затеял, женившись на их сестре, но не знали, чего именно им ждать, поэтому не могли позволить себе выступать против него.
– Прошу нас извинить, но нам нужно встретить гостей, которые только что прибыли, – с ледяной улыбкой сказал Габриель. – Уверен, мы сможем поболтать чуть позже. Скоро мы пригласим всех за стол, так что вам будет чем заняться.
Елена не знала, ругаться с ним за его обидный намек или смеяться из-за того, как вытянулись лица ее братьев. Коренастая, тучная четверка Риччи выглядела так, словно собралась играть роль в одном из боевиков Мартина Скорсезе.
А потом Габриель подвел ее к элегантной белокурой женщине.
– Елена? – радостно улыбнулась она.
– Тетя Агнесс? – потрясенно посмотрела на нее Елена и тут же оказалась в крепких объятиях сестры своей матери.
– Я так рада видеть тебя, – на прекрасном итальянском сказала Агнесс. – Я ужасно скучала по тебе.
– Ты одна? – спросила Елена, вытирая слезы салфеткой, которую вручил ей Габриель.
Он поцеловал ее в затылок и шепнул, что оставит их наедине.
– Хенрик в Канаде в командировке, но Элизабет приехала со мной. Она сейчас переодевает Аннику. Ты знала, что у твоей сестры есть ребенок?
Елена молча покачала головой.
– Малин тоже хотела приехать, но ей самой рожать через три недели, поэтому ей не разрешили лететь. Но она попросила передать, что любит тебя. Твой отец здесь?
– Да.
Ее тетя нахмурилась, но промолчала.
– А вот и Элизабет с Анникой, – снова просияла она.
И опять Елена оказалась в теплых объятиях. Они все присели за один из столиков и дали Елене подержать малышку Аннику, похожую на маленького ангелочка.
– Поверить не могу, что у тебя есть ребенок, – не могла прийти в себя Елена. – Последний раз, когда мы виделись, ты была подростком.
– А ты называла меня тогда глупой девчонкой и дергала за волосы, – рассмеялась Элизабет.
Елена помрачнела.
– Я простила тебя, – потрепала ее по руке сестра, и Елена смущенно улыбнулась.
– Мне так стыдно, что я не поддерживала с вами никаких отношений, – призналась она.
– В этом нет твоей вины, – вмешалась Агнесс. – Ответственность лежит целиком на мне. Похоже, мне не следовало предлагать твоему отцу, чтобы ты пожила у нас.
Елена потрясенно посмотрела на свою тетю.
– Тогда тебе исполнилось двенадцать лет. Ты была так несчастна, поэтому я посчитала несправедливым, что твой отец отгородил тебя от всего мира. Мне казалось, он будет рад, что ты окажешься под женской опекой, но я ошиблась.
– Так вот почему мы перестали видеться?
– Ты знаешь своего отца. Он правит железным кулаком и не приемлет неповиновения, особенно со стороны женщин.
Елена посмотрела на Габриеля, окруженного толпой мужчин. Все они громко хохотали.
Ее муж никогда не вел себя с женщинами как с людьми второго сорта. И он никогда бы не спрятал своего ребенка под замок. Может, он и потребовал, чтобы ее отец и братья близко не подходили к их будущему ребенку, но он бы смягчился, если бы это было в интересах малыша.
Елена поцеловала сладкую макушку Анники, и ее сердце пронзила боль при мысли об их с Габриелем совместном ребенке.
Возможно, прямо в эту секунду в ее теле происходит чудо, там зарождается маленькая жизнь, которая станет частью ее самой и Габриеля.
Он сделал для нее самый лучший подарок: пригласил ее шведских родственников, вернул ей семью, в которой она так нуждалась.
– Мне кажется, твой муж совсем не похож на твоего отца. Должно быть, он очень тебя любит. – Произнесла Агнесс с улыбкой.
Нет. Он не любил ее. Габриель никогда не полюбит того, в ком течет кровь Риччи. Но то, что он сделал, пригласив ее семью в Италию…
Елена через силу улыбнулась и сделала глоток шампанского.
Через несколько минут к их столику подошел Габриель.
– Прошу прощения, дамы, но мне нужно забрать свою жену. Время обратиться к нашим гостям.
Елена взяла его за руку и поднялась на ноги, пообещав поговорить с Агнесс и Элизабет чуть позже.
– Ты можешь дать мне пару минут, чтобы привести себя в порядок? – тихо спросила Елена. Ей хотелось уединиться и собраться с силами.
– Конечно, – улыбнулся Габриель и нежно коснулся ее щеки. – Ты выглядишь просто превосходно. Ты настоящая красавица.
Елене хотелось поблагодарить его и за комплимент, и за то, что пригласил ее родственников из Швеции, но она побоялась расплакаться.
– Я подожду тебя за углом, – сказал он и поцеловал так нежно, как никогда прежде.
Она вошла в женский туалет и направилась прямо к зеркалу.
Что происходит? Неужели она переживала что-то похожее на стокгольмский синдром? Елена как-то слышала, что женщины, которых похищали, влюблялись в своих похитителей и оправдывали их поступки, но не могла понять, как такое могло случиться.
Елена упрямо твердила себе, что она не влюблена в Габриеля. Просто он оказался не таким мерзавцем, каким она привыкла его считать.
Поправив макияж, она вышла в коридор и столкнулась с отцом.
Он раскрыл руки, и Елена скользнула в его объятия.
Как она могла сомневаться в нем? Он был ее отцом. Он растил ее в одиночку, и пусть допустил некоторые ошибки, его побуждения были самыми добрыми.
Или она не права?
– Елена, ты счастлива? – спросил отец, не сводя с нее пристального взгляда. Что он хотел увидеть? Сомнение? – Этот Мантенья, он хорошо обращается с тобой?
– Да, и я очень счастлива с ним.
Елена говорила правду, потому что на самом деле была счастлива с Габриелем.
Не раз она забывала, почему находится рядом с ним, потому что ее захлестывали эмоции. Габриель относился к ней так хорошо, как никто и никогда. Он прислушивался к ней и считался с ее мнением. Габриель занимался с ней любовью так, как будто она что-то значила для него.
