и сразу… Черт, Янка, достаточно, сама себя достала! Проблемы? Проблемы существуют для того, чтобы их решать. Что бы ни случилось, будем разрешать проблемы по мере поступления. А покамест просто спокойно посидим, а заодно подумаем. Благо, право, выбор невелик.
В каморке было холодно. Я забилась в уголок, с ногами устроилась на нашести, обхватив колени, и, насколько позволяли растрепанные чувства, попыталась думать.
Ничего вразумительного в голову пока не приходило. (Пока — это обнадеживает.) Итак, я во что-то вляпалась. Во что? Думай, Янка, думай! Работай головой! (А еще что вы головой умеете? А еще я ею, головою, ем… Это ты о чем, чучело ходячее?)
Так. Если я и чучело, то скорей сидячее. Спокойненько. Ать-два, вдохнули и подумали. Сначала о наркотиках, раз о них уже упомянули. Да… то есть нет, конечно, нет же, трижды нет! Полная бредятина, отметаем с лету. Самый распоследний ежик догадается, что это не больше чем предлог, на ходу изобретенный Рудасом. Между прочим, предъявлять претензии ему я не намерена: не знаю уж, чего там растакого-эдакого полномочный лейтенант нашему заведующему впарил, так что шеф пошел на поводу, но должно быть что-нибудь убойное. (Знала бы…)
Итак… Или не так? Кругом одна засада. Спокойне́е надо, спокойне́е… А если всё-таки? Нет, однозначно нет. Но если? Еще раз нет и трижды тридцать нет. А всё-таки — а если? Хорошо. Касательно препаратов строгого учета я в худшем случае могла подзабыть расписаться в каком-нибудь гроссбухе. Ладно, если ad absurdum допустить, будто на меня полное затмение наехало, то ну в самом худшем случае я могла как-нибудь нечаянно ампулу заныкать, даром что в упор не представляю как. Допустим, но ведь из-за какой-то препаршивой ампулы… Черт, да при чем здесь ампула?! Даже если вдруг предположить, что с отделения «неотложной помощи» гады наркоманы скоммуниздили весь запас наркотиков из сейфа вместе с самим сейфом, а заведующий решил повесить эту небогоугодную затею на меня, и весь наш коллектив с ним дружно согласился, то даже и тогда…
Хотя тогда — не знаю. Тогда, наверное, у меня с головой что-то не в порядке. А с головушкой у меня точно что-то не в порядке, раз в нее такая ахинея лезет. Затеяла искать черную кошку в темной комнате, отлично зная, что ее там нет. Правильно, а чтоб не скучно было, сама себе мяукаю. Ладно не царапаюсь. Пока… (Спасибо, дорогуша, обнадежила!)
Спокойненько. Поищем там, где малость посветлее. Правда, уж там-то сразу видно, что кошки даже и в помине нет, — но, быть может, мышка попадется? Я о странном милиционерчике. То есть мышка-то скорее это я, и я уже попалась, но попалась именно что странненько. Не нравятся мне эти совпадения: получается, вчера я над ним типа как слегка поиздевалась, а сегодня он на мне типа как бы с гаком отыгрался. А может быть — не как бы может, мент действительно решил со мной таким макаром поквитаться? Здрасьте вам пожалуйста. Психопат в мундире. А почему бы нет? Ментик мелкий, неказистый, злобненький, в детстве часто битый. Знавала я таких — на насмешки реагируют болезненно, умеют выжидать, отвечают местью. Именно поэтому кое-кто из них и форму надевает, потому что хочется за всё с кого-нибудь спросить. Именно за то, что он как раз такой — неказистый, злобненький и в детстве часто битый. И какого черта я без нужды убогого дразнила! А ему, видать, моча в голову ударила…
Янка, подожди. Это не ему — это, мать, тебе что-то непотребное не туда ударило. Положим, ты права. Ага, посмотревши раз на человека — и ты уже права: он и псих, и негодяй, и мстительный, и подлый, и вообще такой-сякой и растакой-разэдакий. Ладно, предположим, пусть он такой-сякой и растакой-разэдакий. А ты, выходит, давеча сие моральное чудовище своими смехуечками ну до того достала, что буде его воля, он бы тебя в камеру засунул. Вот он и засунул — ни за что и ни про что, а токмо по злобе, чтобы, значит, неповадно было. Такую вот подлянку самолично зарядил. Так у тебя выходит? А вот и не выходит, потому что воля — не его. В том-то всё и дело — возможно, он и хам, но никак не хан. Не по чину недоноску беспредел устраивать, на погонах звездочек маловато будет. Да кто он здесь такой, этот недомерок?! Десятая спица в ментовской колеснице! Надо же, придумала — власть ему-де по мозгам ударила! Да была бы власть, а то же ему, бедному, и злоупотребить-то нечем!.. Да и я, в конце-то расконцов, не какая-нибудь привокзальная шалава!.. (Хотя — а велика ли разница: две руки, две ноги, а посередине… ну да все мы знаем, что посередине. Или кто не знает? А если кто не знает, всё равно рано или поздно догадается.)
Однако холодно…
О чем бишь это я? Опять ты за свое, чучело-мяучело! Ты какое полушарие сегодня загрузила? Кончай-ка ты накручивать, головешку лучше напряги. (А что еще вы головой умеете?..)
А еще я головою ем.
Однако же и в самом деле холодно. Чертовски холодно и преизрядно сыро. И, замечу, в самом деле голодно: после завтрака я целый день не ела, а сейчас — скажу, не ошибусь — день уже закончился. Чувство времени у меня от природы очень неплохое. (Взгляните на часы. Который на них час? А я что говорила!) Забрали меня вечером, около восьми, стало быть сейчас счет идет к полуночи. Долгонько получается. А не слишком ли ты, Янка, засиделась?
Ничего, потерпим. Ожидание, похоже, включено в программу представления. А как еще назвать?
Я пошевелилась, переменила позу, подобрала ноги под себя. Ни дать ни взять — кандидат в махатмы в застенках медитирует. Видела бы я себя со стороны — сама бы улыбнулась. Н-да. Было бы чему. Или кому? Кстати — да хоть бы и не кстати, — я теперь впервые пожалела, что бросила курить. А заодно утешилась — сигареты у меня всяко бы забрали. Но по затяжке я затосковала. Нет, кому-то я определенно за это улыбнусь! И улыбнусь ну очень неприветливо, можете мне верить. Не ведали товарищи, с кем они связались…
Стоп. А если ведали? Если дело именно-то в том, что я не привокзальная шалава, но дочь своего отца? Опять-таки — а почему бы нет? То есть в том, что я именно папочкина дочка, никто не сомневается, даже мой папашка. Факт, достойный всяческого подражания. Равно как не подвергается
