— Спасибо большое, — наконец поблагодарила дочка, повернувшись к женщине, которая между сменами блюд, вышколено стояла у стола, с приклеенной к еще гладкому лицу, улыбкой. И казалось, даже не дышала. Мне даже как-то страшно было на нее смотреть. — Все было очень вкусно.
— Я рада, — женщина чуть поклонилась, снова подарив дежурную улыбку.
— А чем мы теперь будем заниматься? В лес гулять пойдем? — дочь смотрела не на меня, а на хозяина дома, что не мало меня удивило. Она уже, кажется, совсем его не боялась.
— Пойдем, познакомлю вас кое с кем.
Мужчина встал и вышел в стеклянные двери, которые я поначалу приняла просто за стеклянную стену. Повернул налево и пошёл по красной дорожке к белой беседке, в которой сидели молодая женщина в очках, в черной оправе и девочка, возраста Нади.
Подняв глаза и увидев мужчину, девчушка сразу бросилась нам на встречу.
Вернее Салынскому.
— Деда! Приехал, наконец!
Девчонка впечаталась в огромного мужчину с такой счастливой улыбкой, что было видно, что любит его безгранично. Как умеют лишь дети.
— Смотри, кого я тебе привез, — мужчина указал девочке на нас. — Это Арина. А это Надя. Теперь они будут жить здесь. С тобой. — А это Моя внучка, Марьяшка. Марьяна. Ей тоже семь лет. — ласково представил русоволосую девчушку, хозяин.
— Правда?! они останутся с нами? Нам можно будет играть?! — судя по сияющим глазкам, девчонка просто в восторг пришла, запрыгав на месте, словно была на батуте.
— Нужно. Милая! Нужно. Только чур, вот ту тетю — Веру Михайловну, слушаться во всем! Понятно?
Вопрос, конечно, больше был для Нади, она тут же с готовностью закивала.
— Пойдем на самокатах кататься? — тут же предложила Марьяна, схватив Надюшку за руку.
— Можно? — спросила дочка, с надеждой.
— Конечно, — кивнула с улыбкой.
— Вера! Присмотри!
— Конечно Виктор Валерьевич! — молодая девушка улыбнулась хозяину особняка так сладко, что меня аж затошнило. А уж как бедрами завиляла, когда пошла…..
— По всему периметру охрана. Дырок в заборе нет. В лес не убегут. Не переживай, — успокоил Салынский и кивнул на беседку. — Пойдем, поговорим.
Пройдя в беседку, села на всякий случай, подальше от огромного мужика. Если все-таки накинется, шансов побороть его, у меня, считай, что нет.
— Вы что привезли нас сюда, чтобы мы внучку вашу развлекали? Почему ребенок один в лесу? В смысле, без родителей?
— Умерли, — коротко ответил мужчина, уперевшись руками в колени. — У девочки острая аллергия на загрязненный городской воздух, потому мы здесь и живем. И вам здесь нужно отсидеться, месяца два, три. Топить твоих бывших родственников, по жесткому будут. Останетесь в городе, журналисты и вас разорвут. Ни к чему это. Отсидитесь здесь, в тишине и спокойствие.
— Кто попросил вас, нас спрятать? Смирнов? Вы на него работаете?
— Работаю я, на себя, милая. Но Игорю, кое-чем обязан, да. Так что располагайтесь и ничего не бойтесь. За долг мужа не переживай. Ваше имущество скоро выставят на торги, значительно дешевле рыночной стоимости, там я его и выкуплю, на том и сочтемся.
Я невольно усмехнулась: все продумали! Суки! Все!
Но на тело мое, Салынскийи кажется, не претендует. Уже хорошо. Даже если и захочет, не посмеет обидеть, раз должен Смирнову. Хоть где-то от него польза нам есть.
- Я не могу находиться здесь постоянно. У меня мама болеет, нуждается во мне. Я навещаю ее три раза в неделю. Должна была как раз сегодня, — при мысли о маме, сердце кровью облилось, она все время у телевизора проводит, наверняка уже все знает. А я даже предупредить не успела и не позвонишь ей. А с чужого не возьмет, мы ее сами мошенниками застращали.
— И о маме тоже позаботятся. Не переживай. Направим ее на месяц в санаторий. Хороший.
— Как-то гладко очень все. И мне это совсем не нравится. В чем подвох? — спросила напрямую. — Я ни в деда мороза, ни в фей, просто так творящих добро, давно не верю. Кто займет место свекра?
— Не знаю. А в чем подвох, спросишь у отца своей дочери, когда приедет.
Салынский встал и пошел куда-то за дом, оставив меня с отвисшей челюстью.
У них с Игорем настолько тесные отношения, что он и об этом знает?? А Игорь будет навещать нас??
От одной этой мысли меня, с ног до головы бросило в жар. 00
Глава 32
Какое-то время, Салынский молча наблюдал за детьми и мне показалось, что даже слезы утирал.
Как не странно, я нечего не знала об этом человеке. Я даже фамилию его не слышала. Но его жена, приходившая ко мне за консультацией по имущественным вопросам, боялась, что она при разводе ничего не получит, потому что у него много детей от пред идущих браков и залетов, и всех их он отлично финансово поддерживает. А вот женщин, он совсем не ценит. Даже законных жен. Они для него проходящие моменты.
— Чуть не забыл! — объявил Салынский повернувшись ко мне. — Чтобы не сойти с ума от безделья, теперь будешь работать на меня. Завтра в пять, привезу новое дело, обсудим детали. Пока обживайтесь. Софья проводит тебя в комнату, там лежит твой новый телефон. Все необходимые теперь номера уже в биты. Я поехал.
Я недовольно поежилась, так как, почему-то на сто процентов была уверена, что дела у этого человека побольшей части приступные. Как отнять, отжать, обойти, не заплатить. Ни хотелось иметь с такими делами ничего общего.
— А что мне делать, если кто-нибудь приедет?
— Лишних людей охранник на участок не допустит, не беспокойся.
Мужчина уехал, а я, посмотрев немного на веселящихся девчонок, решила подняться домой.
— Надюш! Я пойду, наши вещи разложу, хорошо?
— Хорошо! Только мои в комнату к Марьяне! Ладно?
— Может не стоит?
— Стоит, стоит! — уверила наша новая знакомая. — У меня комната большая. А мы все равно все время вместе проводить будем теперь.
Глядя на то, как сияют глаза девчушки, у меня сердце сжалось. Она очень рада, что у нее, наконец, появилась подружка, но мы ведь здесь ненадолго, я надеюсь. Потом Марьяна снова останется одна и ей будет еще хуже, чем было до нас. Но обламывать ей крылья прямо сейчас, не поднялась рука, потому кивнула:
— Хорошо. Будь, по-вашему.
— Пойдемте, я заберу вещи Нади и разложу их в детской, — тут же отозвалась нянька. — Марьяш, пойдем покажем Наде комнату.
Комната детей, к счастью, находилась внизу. Рядом с комнатой няни. А вот моя была наверху. Не очень мне это понравилось, но что сделаешь? Я здесь не хозяйка.
После того как помогла расположиться дочери в большой и светлой комнате Марьяны, больше похожей не на спальню, а на театральную декорацию сказки, розовый цвет стен, и на них рассредоточены очень яркие цветы и бабочки. Кукольные домики в ее рост, розовые слоники и единороги. Опять компенсация внутреннего, материальным, поднялась в свою. В черно-белых тонах. К счастью, уже без позолоты.
В большом окне, сколько хватало глаз, был виден лес, лес, лес. Даже жутко стало. Куда, например, бежать, если вдруг пожар?
На столе действительно лежал телефон последней модели, а в контактах были брат, мама, домработница, нянька, Салынский и Игорь Смирнов. Все. Все!!
Впрочем, я ж и так хотела сменить номер, чтобы не желательные личности не беспокоили никогда больше. Так что все даже к лучшему.
Первым делом позвонила брату и попросила его съездить к маме, вместо меня.
— А с тобой что случилось? — закричал встревоженный брат так, что мне аппарат от уха отнести пришлось. — Мы три часа уже до тебя дозвониться не можем! Вера звонила в истерике! Какие-то люди Надюшку у нее прямо со двора увезли!
— Позвони ей и успокой. Я рядом с Надюшей. Все хорошо. Нас перевезли в безопасное место, чтобы уберечь от лишнего давления.
— А нельзя было это сделать как-то аккуратнее? Чтобы не доводить человека до предынфарктного состояния, а ребенка до истерики?
