мы выберемся отсюда.
– Странно, что тут нет окон, правда, Тима?
– Это как раз является очевидным. Нас держат в подвале.
– Что им нужно?
– Опыты.
– Что?
– Они хотят ставить на нас опыты. Эти твари хотят на нас испытывать какие-то препараты и совершенствовать методики лечения, наверное. Блин, всё как я говорил.
– В смысле?
– Ну, всё как мы фантазировали с тобой про сумасшедших врачей в психушке.
– Но почему мы?
– Сами виноваты. Не повезло. Надо было думать башкой. Какого я нас сюда потянул, козёл?! Не могу поверить.
– Вы кто? – на соседней койке зашевелилась Яна. – Где мы? Это больница?
– Да, девушка, это психиатрическая больница. Как вас зовут?
– Я так и знала. Чёрт! Чёрт! Чёрт!
– Не ори, дура, а то сейчас придут к нам. Господи, за что? – взорвалась Лора.
– Так, сейчас всем нужно успокоиться. Лорочка, милая, держи себя в руках. Я что-нибудь придумаю. Девушка, как вас зовут? Вы себя как чувствуете? Вы помните, как вы сюда попали?
– Это её мы видели, Тима. Тогда, когда всё началось.
– Яна, меня зовут Яна. А это Радослав. Мы были вместе. Приехали на свидание.
Тиму это рассмешило. Сдержав смех, он скорчил гримасу:
– Хорошее место выбрали. Хотя, блин, мы тоже. Ну, радует одно, мы не одни такие дураки. Не первые и по ходу не последние. Да, малыш?
– Ты что, больной? Очень смешно.
Пока Тима вслух делился своими догадками, пришел в сознание последний из присутствующих.
– А-а-а… Выродки, отпустите, а-а, отпустите. Я вас всех найду. Вы знаете, кто я такой? Я, я…
– Заткнись, парень, ты совсем охренел? Ты ненормальный? Какого хрена ты орёшь? – не сдержался в этот раз уже Тима.
Радослав не ожидал услышать кого-то ещё и быстро затих, услышав мужской голос. Благодаря хорошей звукоизоляции, их никто не услышал, а время отключать их от капельниц ещё не пришло. Поэтому, к их радости, после истошных истерических воплей Радослава в палату никто не пришел.
Тима сначала успокоил парня, а потом поведал ему и Яне историю, которая объясняла, как он и Лора тут оказались. У Радослава, как и у всех их, были провалы в памяти. Он лишь частично помнил, что с ним произошло, и до конца не понимал, как такое могло случиться. Яна рассказала о некоем существе с интеллектом креветки и размерами слона. Все четверо не ощущали времени. Тима пытался сопоставить факты и обрывки памяти, склеить их в одно целое. Однако понять, сколько прошло времени с момента их попадания в плен, так и не получилось. Единственное, что было ясно, что скоро будет обед. Так, по крайней мере, выразилась медсестра, которая им ввела снотворное какое-то время назад.
Спустя приблизительно час, дверь распахнулась, и в палату вошла та же, что и в прошлый раз, медсестра. С улыбкой на лице она обвела взглядом всех, поздоровалась, но, ничего не услышав в ответ, принялась отключать их от систем.
– Ну что же вы не разговорчивые сегодня?
Тима решил подыграть и спокойным голосом полушепотом спросил:
– А когда обед?
– Ой, напугал, – вздрогнула Валя от неожиданности. – Скоро. Как вы себя чувствуете? Надеюсь, капельница пошла на пользу. Вечером ещё поставим, но уже другую.
– А когда нам можно будет встать?
– Ну, голубчик, это как доктор скажет. Вы ещё слишком слабые, чтобы двигаться, да и вдруг бежать вздумаете.
– Мы не будем.
– Ну, доктор вряд ли вам поверит. Его доверие ещё нужно заслужить.
Тут Яна не сдержалась и во всё горло заорала.
– Отпусти нас, тварь, я тебя убью, убью, клянусь. Вас найдут, вам конец. Нас уже ищут и скоро найдут.
– Ты мне тут рот свой не открывай, мочалка, – перебила её медсестра, – тут больничное отделение, а не стадион, ясно? Ну-ка успокоилась. Если не замолчишь, я тебе помогу, хочешь? Похоже, что я уже знаю, кого первого порекомендовать Валерию Кирилловичу для завтрашних процедур. Вот с тебя и начнём, – она резко поменялась в лице, свела брови вместе, насупилась и злобно ткнула указательным пальцем в живот Яне.
Отрываясь от кровати, та выгнулась, но движения были ограничены, ремни крепко удерживали её тело. Истерика быстро прошла, сменившись горьким плачем.
– Сейчас я вас покормлю. Вам нужны силы. Раз вы тут, уж принимайте правила, какими бы они ни были. Ясно всем? – снова перешла с гнева на милость медсестра. – Кто будет себя хорошо вести, быстрее вылечится. Мы же вам помочь хотим, дурики.
Лора молча лежала и не могла поверить в происходящее. Ей всё время казалось, что вот-вот она проснётся и всё кончится. Она переводила взгляд с медсестры на Тиму. Он проговорил губами: «Молчи, тихо, не вздумай!»
Когда в палате остались только четверо, Тима позвал Лору и стал шепотом с ней беседовать. Объяснял, чтобы молчала, не провоцировала, не выделялась:
– Я всё придумал. Нужно не высовываться, притворимся дураками, измождёнными и слабоумными. Ты, главное, держись, не сорвись, иначе ничего не получится. Ты же помнишь, как мы сотни раз обсуждали сюжеты фильмов? Помнишь, как ты говорила, что случись с тобой что-либо подобное, ты бы меня слушалась? Так вот, слушайся, доверься мне. Будь тише других, это наш шанс.
– А как же они, тогда у них меньше шансов?
– А тебе чья жизнь дороже, твоя или их? Короче, молчи, мычи и всё время смотри на меня. Я постараюсь воспользоваться любым удобным моментом, любым шансом. И верь, главное, верь, не сдавайся. Мы выберемся.
Радослав лежал молча, не издав ни единого звука. По-видимому, на него подействовали слова медсестры. Яна билась в конвульсиях и бормотала всякую несуразицу.
Дверь открылась вновь. Наконец-то пришло время долгожданного обеда.
– Послушайте меня внимательно. Я тут с вами сутки сидеть не собираюсь, – строго, но спокойно сказала медсестра.
– Кормить с ложечки я вас тоже не буду, может, завтра. Посмотрим на ваше поведение. Сосите из трубочки.
На маленьком столике на колёсиках стояла алюминиевая кастрюля с крышкой, из-под которой вырывался пар. Рядом стояли четыре пол-литровые стеклянные банки. В правой руке она держала пластиковые трубочки.
– Тут бульон. Куриный. Кто хорошо себя будет вести, перед отбоем ещё поужинает. Утки меняю два раза в день. Пролежней у вас ещё нет. Но для тех, кто будет баловаться, я их обеспечу. Завтра утром будет обход. Доктор решит, что с кем делать. А сегодня набирайтесь сил, отдыхайте.
Тима не переставал ломать мозг, размышляя над тем, где именно они находятся, и как им оттуда выбраться. Старался представить коридор, другие помещения, план здания в целом. Тима вспоминал другие сооружения на территории больницы, в которых он был, пытаясь
