и Яна.
Сергей сразу же набрал Алексея, узнал телефон подруги девушки Радослава и вызвал их обоих к себе на допрос. После беседы с директором службы такси «Меркурий» у него осталось ещё много вопросов, которые он решил обсудить с Алексеем, и потом, если понадобится, с другими его коллегами. Первое, что было неизвестно, и за что можно было зацепиться, это персональные клиенты таксистов. При первой встрече Алексей явно о чём-то не договаривал. И Сергей это почувствовал. Дело в том, что почти все водители такси имеют так называемые персоналки – персональные заказы, то есть своих постоянных клиентов. Сергей спрашивал об этом Алексея, но тот как-то смутился и сказал, что ничего об этом не знает, мол, у самого таких нет. А про клиентов Радослава он тоже ничего не слышал. Это следователю показалось странным, и он решил повторно опросить водителя относительно личных клиентов и дополнительных подработках Радослава.
Второй и наиболее подходящей линией для объяснения исчезновения Радослава была его связь с некой Яной, которая, как выяснилось, тоже пропала в тот же день, что и её друг Радослав.
* * *
Ночью у Тимы разболелась рана, и снились кошмары. Его сбивала машина и скорая везла в больницу. Он просыпался в холодном поту, пытался отвлечься, засыпал, снова снилась авария. Потом его уже везут в машине скорой, в кислородной маске. Над ним склонился фельдшер. Молодая симпатичная медсестра держит его за руку. Её ладони очень мягкие и тёплые. Тиме тепло и хорошо. Снова он перелетает через автомобиль и, падая на мокрый асфальт, бьётся затылком. Слышит визг тормозов, хлопки дверей. Он лежит, дождь стучит по его лицу и стекает, минуя виски, уши и шею, под голову. Смешиваясь с кровью, стремится к обочине, повторяет наклон дорожного покрытия и дальше бежит в канаву. Он лежит без движений, с закрытыми глазами, но всё слышит. Становится неимоверно холодно. Прямо над ним убивается в истерике молодая женщина. Очень неразборчиво, сквозь слёзы повторяет, что не хотела так. Её успокаивает мужчина и говорит, что, мол, парень жив, всё обойдётся. Он тащит её в машину, они садятся и уезжают. Затем снова удар, падение, дождь и истерика женщины. Это длится всю ночь. И лишь под утро Тима крепко засыпает и несколько часов спит спокойно без видений.
Утром его будит голос и стон Радослава, которого на его кровати вывозит в коридор какой-то гиппопотам. Тима сразу понимает, что это тот самый ненормальный громила, про которого ему рассказывала Яна.
– Куда вы его везёте? – кричит уже тоже проснувшаяся Яна.
В комнату с широкой улыбкой входит медсестра:
– Проснулись, ребята? Доброе утречко!
– Куда вы Родю увезли? Что вы задумали?
– Не переживай ты так. Вы пока полежите в разных палатах. У него одни проблемы, у тебя другие, у ребят – третьи. Так что и ты сейчас поедешь в отдельную палату, где тебе уделят персональное внимание и пропишут индивидуальный курс лечения.
– Вы больные, нет, вы просто ненормальные, вам самим лечиться надо!
– Будешь много болтать, заклею рот. И с доктором тоже ссориться не советую. А там, смотри сама. Дело твоё.
Яна тут же замолчала, но её лицо выражало столько муки и боли, что это можно было прочесть без труда. Её веки начали моргать. Это была реакция на страх, которым были пропитаны стены, пол и потолки. Каждый сантиметр этого подвала хранил в себе боль и страдания.
В палату снова зашел громила Мамонт и в этот раз укатил койку с Яной в неизвестном направлении. Она кричала, визжала, а Тима и Лора с ужасом провожали её взглядом.
Глава 19
В девять двадцать Лёша уже стоял внутри райотдела перед дежурным, ожидая, когда к нему спустится следователь и пригласит на допрос. На работу он вышел на новой машине, временно став напарником другого водителя из службы. Выполнив первый заказ в сторону отделения полиции, где ему назначил встречу Сергей, он уже успел заправиться, выпить три чашки кофе и выкурить шесть сигарет. Руки тряслись, сердце выскакивало, а фотороботы разыскиваемых преступников и пропавших без вести людей, которые он разглядывал, стоя на проходной, ещё больше повышали его волнение.
Следователь лично спустился на проходную, забрать Алексея.
– Полупанов! – громко гавкнул дежурный.
– Я Полупанов.
Атмосфера отделения полиции раздавливала Лешу. Он чувствовал угнетение и тревогу. Ожидая встречи со следователем, он сгрыз все ногти на обеих руках.
– Заходи, Полупанов.
Лёша прошел через рамку металлоискателя и пожал руку встречавшего его следователя.
– Сергей, скажите, есть ли у вас какие-то новости? Мы все очень переживаем.
– Пока нет. Сейчас поговорим, мне нужно у тебя кое-что уточнить.
В кабинете было довольно прохладно, крошечная форточка была всегда открыта, даже зимой. Сергей любил свежий воздух и заботился, чтобы в комнате было свежо. Сев за свой стол и пригласив присесть Алексея, он ещё несколько минут всматривался в монитор и что-то печатал, и вдруг сказал:
– Да, Алексей, вот что я хочу, чтобы ты мне рассказал.
Лёша напрягся и от волнения побледнел.
– Да, конечно, спрашивайте.
– После того, что ты мне сообщил о девушке Кате, которая вышла сама на тебя, многие версии ложатся под сомнение. Но всё же, нужно быть на сто процентов уверенным, что версия отпала. С Катериной я поговорю после тебя, она уже должна быть здесь, кстати. Но, прежде, давай начистоту поговорим о вашей работе.
Лёша снова покраснел и тем самым выдавал некое напряжение.
– Д-да, конечно, – дрожащим голосом, полушёпотом произнёс он.
– Я знаю, что многие таксисты помимо своей основной работы или, если можно так сказать, помимо официальных заказов со службы имеют своих личных клиентов. Так это? Или нет?
– А что тут незаконного?
– Я пока про что-то незаконное не говорю. Так вот, многие из клиентов службы переходят в категорию личных. Ну, когда каждый день возишь одного и того же человека, одним и тем же маршрутом, вы друг к другу привыкаете и потом обмениваетесь телефонами. Ну, чтобы не через службу заказ шел, а напрямую. Так или нет?
– Ну не знаю…
– Ну ладно, Алексей, мы просто беседуем, не трусь. Я же не твой директор. Это ему вы можете заливать, что это не так, а мне не надо. Мне было бы всё равно, если бы это не касалось дела, которое я веду.
Сергей и сам уже откладывал версию исчезновения Радослава, связанную с его профессиональной деятельностью, но нужно было убедиться в отсутствии ещё каких-либо зацепок.
– Ты знал личных клиентов Радослава?
– Да, – ответил, опустив
