Некоторое время Элис колебалась, не в силах ни на что решиться, но потом взяла себя в руки.
– Наверное, ты прав, – сказала она, опустив глаза. – Мне и вправду нечего сказать тебе...
Ее внезапная уступчивость была так же неправдоподобна, как и возмущение несколькими минутами раньше. И Фрэнк насторожился.
– Ты признаешь, что все это время лгала мне? – спросил он, надеясь задеть ее за живое.
Элис же внезапно почувствовала страшную усталость. Ей все стало безразлично.
– Я не лгала тебе, Фрэнк. Я действительно кое-что искала, – равнодушно сказала она. —
Доказательство того, что кровь родная не водица... даже в этом доме!
Фрэнк был сбит с толку.
– Что это значит? – нетерпеливо спросил он. – Ты опять намекаешь на мою связь с Диной? Но ты же знаешь, что мы с ней не родственники.
– Я никогда и не утверждала обратного. – Весь ее пыл пропал, Элис хотелось только одного – поскорее уйти. – Послушай, выпусти меня. Там, внизу, столько работы...
– Я не отпущу тебя до тех пор, пока ты не объяснишь, что означали твои слова о родной крови. И почему – «даже в этом доме»? – сухо сказал Фрэнк. – Только не говори, пожалуйста, что ты давно потерявшаяся сестра Дины. – Он усмехнулся. – А ведь это в корне изменило бы ситуацию, правда? – Но, заметив, как неожиданно вспыхнули глаза Элис, Фрэнк встревоженно воскликнул: – Господи, она действительно твоя сестра?! В таком случае неудивительно, что вы похожи...
– Она не моя сестра!
– Тогда кто же?
– Моя мать! – крикнула Элис и застонала от стыда и бессилия. – По крайней мере... я так думаю, – с несчастным видом пробормотала она, и Фрэнк понял, что Элис уже раскаивается в своем признании.
13
Фрэнк проснулся с головной болью и тяжелым ощущением того, что события вышли из-под контроля. Что случилось? За несколько часов все, во что он так незыблемо верил, перевернулось с ног на голову.
Он знал, что его проблемы связаны с приездом Элис. Если, конечно, это ее настоящее имя. Пока она не вошла в его жизнь, он никогда не чувствовал необходимости оправдываться перед кем бы то ни было. Его отношения с Диной, пусть непростые и порой мучительные, были единственным, что имело для него хоть какое-то значение.
И внезапно все изменилось. Не к лучшему, с горечью подумал Фрэнк. Медленно, но уверенно Элис подчинила себе все его чувства. Следовало честно признать, что именно из-за нее он вернулся на остров, а вовсе не из-за Дины. Он чувствовал, что Элис вскоре может уехать, и хотел успеть увидеть ее.
Ну и что же получилось? – насмешливо спросил себя Фрэнк. Почему же он не чувствовал ни малейшего удовлетворения? Почему никак не мог перестать думать о ней?
Если ему просто нужна была женщина, то почему он не выбрал Дину? Ведь она уже долгие месяцы умоляла его об этом, а он находил любые оправдания, чтобы только не оказаться в ее постели.
Его приводила в бешенство мысль, что он не смог справиться с собой, когда Элис вошла в его комнату и увидела его обнаженным, как в первый день сотворения людей на Земле. И самое ужасное – больше всего на свете ему хотелось испытать это еще раз! А ведь он ценил Дину, собирался связать с ней свою жизнь...
Фрэнк застонал от отвращения к себе. Вчера даже страх перед возможным возвращением Дины не погасил его желания. Он использовал Элис как дешевую шлюху, взяв ее прямо на полу... Он вел себя, как возбужденный самец!
А история, что она придумала? Разве Дина может быть ее матерью? Интересно, Элис просто пыталась оправдать свое вторжение в его спальню или сама верит в эти небылицы? Впрочем, какая разница? Он променял все, что было ему дорого, на несколько минут секса с женщиной, которая его презирала!
Фрэнк попытался прикинуть, сколько сейчас может быть времени, но у него ничего не вышло. Повернув голову, посмотрел на часы и с досадой обнаружил, что уже больше одиннадцати. Его внутренние часы оказались безнадежно испорчены большим количеством алкоголя, которое он выпил после того, как Элис ушла в свой флигель. Только на заре он доплелся до кровати.
Ему хотелось забыть обо всем, не думать, где он находится, отложить проблемы на потом, но он не сомневался, что Дина уже прилетела из Чикаго или, по крайней мере, находится на пути сюда. Вероятнее всего, она купила обратный билет, как только обнаружила, что он возвратился на остров. Когда она чего-то хочет, ни одна посторонняя мысль не мешает главному. И надо же было им так глупо разминуться!
Фрэнк сполз с кровати и кое-как доковылял до ванной. Встав под холодный душ, он почувствовал себя лучше, а затем, вытершись досуха и одевшись в легкую рубашку и старые джинсы, понял, что уже может показаться людям на глаза.
Фрэнка не удивило, что Паула не разбудила его. В прошлом ей частенько доставались пьяные ругательства за попытки урезонить его. Поэтому сейчас она просто старалась держаться подальше, когда Фрэнк заводил долгие разговоры с бутылкой. Что и говорить, последние несколько месяцев сильно потрепали ему нервы. Сохранять необходимую дистанцию с Диной было не так легко, как казалось сначала. В его голове тут же всплыл вопрос, почему он должен сохранять эту дистанцию, но Фрэнк постарался загнать его поглубже в подсознание. Сейчас уж точно не время решать подобные головоломки, и он проигнорировал внутренний голос, предупреждавший, что ему очень скоро предстоит столкнуться с этой проблемой.
В холле Фрэнк встретил Ралфа, который усердно натирал мраморные плиты пола, и на секунду позавидовал его простой жизни. Но потом понял, что на самом деле чувствует не зависть, а стыд.
– Доброе утро, сэр.
Ралф всегда держался несколько чопорно и отстраненно в отличие от Паулы. Экономка, наоборот, считала себя почти членом семьи и с фамильярностью слуги, проработавшего в доме долгие годы, высказывала хозяевам все, что думала о них.
– Доброе утро, – ответил Фрэнк, заглядывая в столовую. – Ммм... Вы не знаете, где сейчас мисс Прайд? Она уже позавтракала?
Ралф некоторое время удивленно смотрел на него, и Фрэнк забеспокоился. А слова дворецкого его просто поразили.
– Она уехала, сэр, – невозмутимо произнес Ралф, пожимая костлявыми плечами. – Она уехала сразу после завтрака. Разве вы не знали?
Фрэнк едва сдержал ругательства, готовые сорваться с языка. Всегда неприятно, когда над тобой смеются, а Ралф наверняка прекрасно знал, что он только что проснулся.
Итак, Элис сбежала, и это привело его в бешенство. И унизило, хотя Фрэнк не хотел даже думать об этом.
– Нет, я не знал, – холодно оказал он, пытаясь скрыть бушевавшие в нем чувства. – И куда же она отправилась?
– Назад в Хьюстон, полагаю, – раздался вдруг хорошо знакомый голос. – Хотя не могу сказать, что это очень интересует меня. Доброе утро, дорогой. Ты выглядишь очень усталым. Я же говорила, ты слишком много работал в последние дни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
