Элис подняла голову.
– Она не в городе.
– Но ты именно так и сказала!
– Нет. Ты спросил, не уехала ли она в город, и я сказала: «Что-то вроде этого».
Фрэнк нахмурился.
– Перестань играть словами! Ты знала, что я имел в виду. Если она не в городе, то где же, черт побери?
Элис чуть заметно улыбнулась.
– В Чикаго...
– В Чикаго?! – Фрэнк уставился на нее в изумлении. – Но я только что прилетел оттуда!
– Знаю. – Она пожала плечами. – Очевидно, вы разминулись в воздухе.
Фрэнк казался ошеломленным.
– Дина улетела в Чикаго? – Он покачал головой, все еще не в силах поверить. – Но зачем?
– Зачем? – Теперь настал черед Элис сомневаться в искренности его слов. – А как ты думаешь?
Фрэнк хотел что-то сказать, но только выругался себе под нос, а Элис сразу почувствовала себя увереннее.
– Что-то не так? Ты уже предвидишь ее реакцию, когда она поймет, что тебя там нет? Или, может быть, я помешала твоим вечерним развлечениям?
– Какого черта?! О чем ты говоришь?
– Прости, я просто подумала, что тебя здесь, очевидно, кто-то ждет... Или ты так быстро соскучился по Дине? А впрочем, не мое дело, с кем ты спишь, правда?
Фрэнк заскрежетал зубами от злости.
– Ты, как никогда, права, – коротко ответил он и потом, непонятно зачем, добавил: – Кстати, я не сплю с Диной, если это то, на что ты намекаешь.
Очевидно, Элис не поверила ему, и Фрэнк почувствовал соблазн не разрушать ее сомнений. Но никогда раньше он так отчетливо не сознавал, сколь ужасны были его отношения с Диной. Он даже спросил себя, почему же терпел так долго... Впрочем, у него не было ни малейшего желания оправдываться перед Элис.
– Это не означает, что я не думал о ней, как о женщине, – заявил он. – Любой мужчина был бы счастлив обладать ею! Но мой отец умер всего только год назад.
Элис криво усмехнулась, и Фрэнк разозлился еще больше.
– Мне не нравится, что мы с тобой поменялись ролями. Между тем я ничего преступного не совершил – в отличие от тебя. Ты до сих пор не доказала мне, что не являешься самой заурядной воровкой!
Выражение лица Элис тотчас изменилось, она тяжело вздохнула.
– Но как я могу это сделать? Ты ведь все равно не поверишь ни одному моему слову. А я сказала тебе правду, Фрэнк. Я нашла ключ в кабинете, когда работала с бумагами. Увидела его на полу около шкафов.
– Это я уже слышал. Мне хотелось бы узнать, что ты собиралась с ним сделать. – Фрэнк чувствовал, как начинает уставать от их словесной баталии. – Хорошо, я готов поверить, что ты не намеревалась воровать драгоценности Дины. Но почему ты не признаешься, что совала нос в чужие дела? Ты не имела права входить в эти комнаты, пока хозяев нет дома. По-моему, такие вещи не нужно специально оговаривать!
– Ты прав, Фрэнк: я проявила излишнее любопытство, – с еле слышным вздохом согласилась она. – И что ты теперь со мной сделаешь?
Это нарочитое спокойствие подействовало на Фрэнка, как красная тряпка на быка.
– Пока не знаю, – проворчал он. – Мне надо подумать об этом. Но, признаться, ты мало похожа на женщину, отличительной чертой которой является любопытство. А впрочем... Судя по всему, Дина тебя интересует по-настоящему. И какие же сведения тебе удалось раздобыть? Слава Богу, что я вовремя вернулся и...
– И – что? – резко перебила его Элис. – Поймал меня на месте преступления и тут же наказал? Согласись, ты выбрал для этого весьма оригинальный способ. Никогда не думала, что совратить женщину...
– Я не совращал тебя! – возмутился Фрэнк.
– А как ты это назовешь? – с негодованием воскликнула Элис. – Ты накинулся на меня, пользуясь моей растерянностью и беспомощностью! Я умоляла тебя отпустить меня, но ты...
– Я не насиловал тебя! – огрызнулся Фрэнк. – И не помню, чтобы ты очень сопротивлялась. Я просто завершил то, что мы вместе начали на яхте. И тебе было хорошо со мной! Только посмей сказать, что я ошибаюсь!
Фрэнк сам не мог понять, зачем он все это говорит. Что, если на самом деле это не так и он – просто самоуверенный болван? Как бы то ни было, Элис смотрела на него как на исчадие ада.
– Ты подонок, – тихо сказала она наконец. – Грязная тварь! Я ненавижу тебя и обо всем расскажу Дине!
Фрэнк только расхохотался в ответ, хотя в глубине души ему было совсем не смешно. Он удивлялся своей способности притягивать катастрофы.
– Думаешь, Дина поверит тебе, а не мне? – насмешливо спросила Элис, и Фрэнк восхитился, как быстро она восстановила самообладание. – Мне показалось, что она тебе не слишком доверяет...
Фрэнк едва не задохнулся от ярости. Что ж, Элис не откажешь в наблюдательности. Дина подозревает его во всех смертных грехах даже в тех случаях, когда он чист как ангел. Пусть она недолюбливает Элис, но если та явится к ней с подобными обвинениями, Дина, разумеется, поверит ей...
Но чего Элис собирается добиться своими угрозами? Если хочет уничтожить его, ей незачем стараться: он и так уже уничтожен... А может, все к лучшему? Теперь у него есть прекрасный повод уехать и никогда не возвращаться на виллу Дины!
Не говоря ни слова, Фрэнк повернулся и направился в ванную комнату, но на пороге его остановил отчаянный крик Элис:
– Тебе что, абсолютно все равно?!
Сразу стало ясно, что спокойствие ее было наигранным, что на самом деле Элис пребывала на грани истерики, но Фрэнк не мог понять, чего она ждет от него.
– Если хочешь рассказать обо всем Дине, я не буду мешать, – сдержанно ответил он. – Но ты должна понимать, что тут же потеряешь работу.
– Мне наплевать на эту работу! Признайся, что ты сделал с Гретой? Тоже изнасиловал ее?
– Ты просто сошла с ума! – Фрэнк остановился, злость снова затопила его. – Я не тронул Грету и пальцем. И я бы на твоем месте поосторожнее бросался такими обвинениями. Предупреждаю тебя, Элис...
– Да? – Она с вызывающим видом шагнула ему навстречу, и ему вдруг пришло в голову, что Элис нарочно старается разозлить его. – Вы угрожаете мне, мистер Тайлер? – насмешливо спросила она. – Или это только психологическая атака? Но в таком случае мне есть, что ответить вам. Возможно, я знаю нечто такое, о чем вы не догадываетесь!
– Вот как? И что же это?
В глазах Элис мелькнуло сомнение. Казалось, она уже жалела о своих опрометчивых словах. Но Фрэнк истолковал ее смятение по-своему.
– Ну, что же ты молчишь? Перестань притворяться, Элис! Мы оба прекрасно знаем, что тебе нечего сказать. Ты просто пытаешься отвлечь меня от настоящей причины твоего вторжения в чужую комнату.
Некоторое время Элис колебалась, не в силах ни на что решиться, но потом взяла себя в руки.
– Наверное, ты прав, – сказала она, опустив глаза. – Мне и вправду нечего сказать тебе...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
