— Вы, наверняка, считаете, что я плохой командир! — произнес Роберто, жалея себя.
— Никак нет, сир! — ответил ближайший к нему.
— А Вьери считает! — отозвался Роберто. — Вы же слышали, как он говорил со мной! — Он замолчал, огляделся, пытаясь сфокусироваться, прежде чем продолжить расчувствовавшимся голосом. — Где эта чертова бутылка? Дай сюда! — Он сделал большой глоток, убедился, что бутылка опустела и отбросил ее прочь. — Это вина Марио! Я не мог поверить, что он принял племянника — спас его задницу от самого Вьери! Теперь Вьери только и думает, что о мести, и мне приходится драться со старым другом! — он мутным взглядом обвел двор. — Старый добрый Марио! Вы знаете, что мы были братьями по оружию? Но он не пожелал присоединиться к Пацци вместе со мной, не смотря на то, что они предлагали большие деньги, лучшее жилье и лучшую экипировку! Хотел бы я, чтоб он был здесь. Тогда бы я…
— Простите, — Эцио вышел, показываясь.
— Шшштто? — произнес Роберто. — Ты`ще кто такой?
— Позвольте представиться. Я племянник Марио.
— Чего? — прорычал Роберто, вскакивая на ноги и безуспешно пытаясь выхватить меч. — Арестовать щенка! — Он подошел так близко, что Эцио почувствовал запах кислого вина. И лука! — Знаешь, что, Эцио, — улыбнулся Роберто. — Я рад, что ты здесь. Как только я захвачу тебя, Вьери ни в чем мне не откажет. Может, я даже уйду на пенсию. Возможно, построю маленькую виллу на побережье…
— Сперва убей медведя, Капитан, — отозвался Эцио.
Роберто оглянулся и увидел, что его люди окружены вооруженными до зубов наемниками Ассассина.
— О, — выдавил Роберто, снова присаживаясь. Вся битва прошла мимо него.
В мгновение ока люди Пацци были связаны и отведены в подземелья крепости. Роберто, которому вручили очередную бутылку, сидел вместе с Эцио за столом в комнате недалеко от внутреннего двора и разговаривал. В итоге, Роберто был переубежден.
— Тебе нужен Вьери? Я скажу, где его искать. Для меня все равно все уже кончено. Иди ко Дворцу Дельфина, на площадь возле северных врат. Там они собираются…
— Кто собирается? Вы знаете?
Роберто пожал плечами.
— Полагаю, большая часть его людей из Флоренции. Возможно, они приведут подкрепление.
Взволнованно выглядящий Орацио перебил их:
— Эцио! Быстрее! У кафедрального собора бой! Нам лучше поспешить!
— Хорошо! Иду!
— А что с ним?
Эцио посмотрел на Роберто.
— Пусть остается. Думаю, в конце концов, он выберет верную сторону в этой войне.
Только оказавшись во внутреннем дворе, Эцио услышал доносящиеся со стороны кафедрального собора звуки битвы. Добравшись до места, он увидел людей дяди, спинами к нему, отступающих под напором большого отряда солдат Пацци. Проложив себе путь с помощью метательных ножей, Эцио отыскал дядю и рассказал ему о том, что узнал.
— Роберто молодец! — сказал Марио, пропуская удар, продолжая колоть и резать своих противников. — Я всегда жалел, что он присоединился к Пацци, но у него оказались козыри в руках. Иди! Выясни, что задумал Вьери!
— Но как же ты? Ты сможешь продержаться?
Марио мрачно посмотрел на племянника.
— Пока что держимся. Наши главные силы сейчас занимают башни, а после этого подтянутся на подмогу. Поспеши, Эцио! Не дай Вьери уйти!
Дворец находился на севере города, далеко от сражающихся, хотя людей Пацци здесь было множество — видимо, то самое подкрепление, о котором говорил Роберто. Эцио постарался избежать столкновения с ними.
Он прибыл на место как раз во время: встреча подошла к концу. Он увидел группу из четырех людей, направляющихся к привязанным лошадям. Эцио узнал Якопо Пацци, его племянника Франческо, самого Вьери, и — Эцио задохнулся от удивления, — высокого Испанца, который присутствовал на казни его отца. Дальнейшее тоже было сюрпризом — Эцио заметил, что у испанца на плечах плащ кардинала. Мужчины остановились у лошадей, и Эцио решил перебраться за ближайшее дерево и попытаться подслушать хоть что-то из их разговора. Он прислушался, слова доносились урывками, но то, что он расслышал, заинтриговало.
— Тогда решено, — проговорил Испанец. — Вьери, ты останешься здесь и восстановишь наше положение в городе так скоро, как только возможно. Франческо соберет людей во Флоренции и сообщит, когда придет пора удара. А ты, Якопо, должен будешь успокоить толпу, когда мы захватим контроль над городом. Не спешите: лучше все тщательно спланировать, так вероятность успеха будет выше.
— Но, сэр Родриго, — вставил Вьери, — что мне делать с этим пьяницей, Марио?
— Избавься от него! Он ни в коем случае не должен прознать о наших планах! — Человек, которого они называли Родриго, вскочил в седло. Эцио на мгновение ясно увидел его лицо — холодные глаза, орлиный нос, лет сорока пяти.
— От него всегда одни неприятности! — буркнул Франческо. — Так же как от этого ублюдка, его братца!
— Не волнуйтесь, падре, — ответил Вьери. — Скоро они воссоединятся. В смерти!
— Поехали, — напомнил мужчина, которого называли Родриго. — Мы и так задержались. — Франческо и Якопо оседлали коней позади него, и они выехали через северные врата, которые распахнули охранники Пацци. — Да направит нас Отец Понимания!
Когда они выехали, врата захлопнулись. Эцио был удивлен. Сейчас можно было попытаться убить Вьери, но его слишком хорошо охраняли, к тому же, возможно, лучше было бы взять его живым и допросить. Он запомнил услышанные имена людей, чтобы позже добавить их в список врагов отца. Похоже, заговор, в котором эти люди были замешаны, был в процессе подготовки.
От мыслей Эцио оторвали прибывший на площадь отряд Пацци, командир которого, не сбавляя шага, подбежал к Вьери.
— Что еще? — огрызнулся Вьери.
— Комманданте, я принес плохие вести. Люди Марио Аудиторе прорвали нашу оборону!
Вьери презрительно усмехнулся.
— Это они так думают. Но взгляни, — ополчение Пацци под управлением офицеров прошло через северные врата и направилось через город в сторону юга, навстречу наемникам Марио. Эцио понадеялся, что его дядя не будет захвачен врасплох, сейчас у Вьери было численное превосходство. Но Вьери остался на месте, окружил себя личной охраной и пошел в сторону безопасного дворца. Несомненно, он все еще был озабочен встречей, закончившейся недавно. А возможно, он возвращался, чтобы подтянуть ремни на броне перед битвой. Скоро должно было встать солнце. Сейчас или никогда. Эцио вышел из темноты, скинув с головы капюшон.
— Доброго утра, мессер Пацци, — сказал он. — Тяжелая выдалась ночка?
Вьери развернулся к нему, на лице его смешались потрясение и ужас. Успокоившись, он хвастливо произнес:
