а Даяна обхватив его шею ногами, душит… нет, ломает ему шею.
Может мои услуги уже ни к чему?
Нет, он поднимается. На четвереньки. Голова болтается, паразиту приходится управлять трупом.
Навожу прицел — это большой светящийся круг, парящий над стволами с четырьмя точками внутри. Он сужается. Нажимаю правый спусковой крючок. Они имеют две степени нажатия, по стреле на каждую. В спину кукловода впиваются две метровые стрелы, пригвоздив его к палубе. Оставшиеся две направляю в голову. Одна вошла в шею, а вторая точно в затылок. Теперь паразит, скорее всего, мёртв.
Хорошо. Прокручиваю барабан, место в стволах занимают новые стрелы. Удобно. Вот только канонир на носу не спешит впадать в кому от смерти начальства и разворачивает стреломёт в мою сторону. А двое с бортов одновременно достают пистолеты и целятся в Даяну.
Выпускаю стрелу в капитана. Корабль от этого сразу не упадёт, а стрелять в щитовика слишком опасно. Кэпа пригвоздило к борту, стрела вошла сбоку, не задев паразита. Выпускаю вторую — в голову. Она просто раскалывается на куски. Теперь червь не сможет использовать оружие, даже если сможет управлять трупом. А они могут, правда, недолго.
Даяна откатилась от второго стрелка за мачту. Корабль не имел парусов, но мачта по центру была — на ней развивался чёрный флаг с красным червём, пожирающим свой хвост. Это дало мне время развернуть стреломёт и выпустить две стрелы в щитовика. Но они застыли в воздухе, немного не долетев до него, а потом упали на палубу. Он же, не обращая на них внимания, обходил по кругу мачту с Даяной, так, чтобы она, оказалась между ним и мной.
Но это было бесполезно, канонир на носу уже навёл на одержимого мной напарника стреломёт. Мачта ему мешала слабо — она только у палубы была широкой, а выше представляла собой довольно тонкую конструкцию.
Сейчас он меня убьёт, и мне надо будет переселяться. Я дал команду Ши, как только сможет, атаковать его, а сам крутил барабан. То, что я не успею перезарядиться, было очевидно, но безупречность воина требовала бороться до конца.
Канонир начал стрелять. Я приготовился к боли, но все стрелы попали в незащищённую спину щитовику, отправив его в полёт к корме. Георг, приподнявшись на локте, держал вытянутую руку в направлении канонира. Значит тот под контролем. Не совсем. Канонир спрыгнул с борта на палубу, вытащил кинжал из-за пояса и двумя руками снизу вверх вонзил себе в солнечное сплетение.
Похоже, контроль Георга над чужим куклосом временный. Заканчиваю перезарядку и стреляю. Стрела втыкается в грудь рядом с кинжалом и пригвождает его к борту на носу. Георг без сил падает на палубу, а из моего тела вытекает Ши и направляется к мёртвому кукловоду, перекусить, чем осталось от паразита второй ступени.
Спрыгиваю на палубу и поворачиваю стреломёт наружу, одновременно чуть поворачивая барабан, дозаряжая одну стрелу. Теперь надо разобраться с теми, что внизу. Куклосы, умирали молча, но звуки втыкающихся в борта стрел… кукловод внизу, видимо что-то почуял.
Его подчинённые, похоже, активно копались в мозгах своих мёртвых собратьев — на их головах сидели знакомые мне червяки с щупальцами. А кукловод, значит, просматривал всю собранную информацию в режиме реального времени. Наверно поэтому он весьма заторможено поднял ко мне лицо под капюшоном, когда я выстрелил в него с обеих рук.
Три из четырёх стрел попали — в лицо, плечо и живот. Но на этом успехи кончились. Подскочившие куклосы схватили своего хозяина под руки и потащили его вверх по склону. Казалось бы, хорошая мишень, но следующие четыре стрелы застряли в воздухе, а прикрывающий отступление щитовик поднял винтовку и сходу прострелил мне нижнюю челюсть.
Выплюнув кучу зубов на палубу, я махнул на марионеток рукой. Пуля засела где-то в черепе, но позвоночник не повреждён, это главное. А если куклос лишился какой-то части мозга, то сейчас это не критично. От такого они не умирают. По-крайней мере сразу, а мне хватит и получаса. Теперь, когда захваченное мной тело оказалось единственным живым из команды, к нему автоматом перешли капитанские функции, и я мог управлять кораблём.
Нужно срочно лететь в город. Пока червь из мёртвого кукловода не переселится в тело одной из своих марионеток. Мы расправились с командой корабля, а те, на земле, были десантники. Как минимум они могли летать на мечах и вести воздушный бой.
…
В камере, все стены которой покрыты мясом и пульсирующими кровеносными сосудами, стоят двое в серых балахонах.
— Предки явно перестарались с живительными артефактами, — говорит дежурный инквизитор, глядя в свисающие с потолка глаза.
— Нет, — рассеяно отвечает пока ещё директор Объекта 0. — Они концентрировали силу в спирали, а она проецировалась через домен покойного, в Лимб. А там её энергия жизни притягивала энергию смерти и они аннигилировались. В итоге мы получили спираль, затягивающую энергию смерти и она аккумулировалась в его, — директор покрутил пальцем в воздухе, охватывая все стены и потолок живой камеры, — сердце. Благодаря чему мы и могли так долго его содержать.
— А мы-то думали, что лечим его этими амулетами… и что теперь?
— Теперь нам надо срочно поймать того, кто стал их грандмастером.
— Вы тоже толкуете то древнее пророчество в негативном ключе? Ведь у фразы, что Третье восстание некромантов будет последним, можно найти и позитивный смысл!
— Во-первых, мы инквизиторы и должны во всём видеть негатив, опасность и ересь. А во-вторых, если в ближайшем будущем на этот трон не посадить грандмастера некромантов, то вся накопленная в его домене энергия смерти… нам не хочется знать, на что её можно употребить.
— Так это же мы её там накопили?
— Это был побочный эффект передачи некроэнергии из Лимба сюда. Отцы основатели считали, что то, что сюда доходит одна тысячная процента — хорошо. А в домене некромантов она ничего плохого не сделает. Тем более, что пока грандмастер у нас все остальные не имели к нему доступа. А сейчас, вон что получилось.
Я доложу наверх, а ты собирай команду. Пока Там выработают решение, мы должны проблему уже решить. А иначе её решат вместе с нами. И когда я говорю «с нами» я не
