Большой спад атлантической конъюнктуры в 1644 году предшествовал и предопределил Мюнстерский мир 1648 года. Для морской Голландии, разыгрывавшей мир на суше, это был момент страха, колебаний, возвращения к восточным ценностям, которые были ценностями надежными. Погруженная в гражданскую войну Англия; уничтоженные Испания и империя; ослабленная, несмотря на Рокруа, Франция, — Голландия осознала ставшую досягаемой судьбу. После трех с половиной лет тщательных переговоров Соединенные провинции, возведенные прежней владычицей в великие международные державы, добились в Мюнстере (договор подписан 30 января, ратифицирован 15 мая 1648 года) всего, чего желали в территориальном плане: Лимбург вокруг Маастрихта, генералитетских земель. Что и требовалось, чтобы продолжать душить Антверпен, чтобы прикрывать Голландию, не обременяя опасно католическое меньшинство (треть населения, начиная с 1648 года, причем придерживающаяся католицизма твердого, питаемого богатствами Контрреформации, несоизмеримыми с традиционным католицизмом восточных провинций), полная свобода на море и дипломатическое освящение признания de jure.
Насилу вырванный восстановленной арминианской партией республиканских регентов мир столкнулся с группами, обманутыми войной. Арминианская Голландия, теологически более близкая к гуманистическому англиканству, охотнее приняла пуританскую победу, нежели партии гомарианских оранжистов. Казнь 30 января 1649 года вызвала во всех Соединенных провинциях порыв единодушного осуждения. Семейные связи — Вильгельм II был зятем Карла I — вселяли страх в ультракальвинистов, с прискорбием считавших пуританские бесчинства пятном на их деле. Английская революция запустила в Соединенных провинциях механизм распада. Голландия провалила in extremis[43] экспедицию в Шотландию и Ирландию, предпринятую шестью оранжистскими провинциями. Лишенная своей английской войны партия оранжистов вела переговоры с Мазарини о возвращении семи провинций в войну в Нидерландах. Неблагоприятная конъюнктура времен Фронды не пощадила Соединенных провинций. Судьба колебалась в течение года. Хозяин периферии Вильгельм II силой навязал в июне — июле 1650 года строптивой Голландии свою власть. В момент, когда голландская Фронда, казалось, заканчивалась гомарианской победой пяти континентальных провинций, Вильгельм II умер в ноябре от оспы. Неожиданный случай изменил ход истории, отдав безраздельную власть на двадцать два года духовным сыновьям Олденбарнефелта.
* * *
Правители Голландии, поддержанные вскоре талантом братьев де Витт (Ян де Витт принял функции пенсионария в 1654 году), искусно проводили грязную и недальновидную политику. Они отклонили вхождение в конфедерацию штатов генералитетских земель, тогда как реформаторские подозрения были успокоены согласованным в 1651 году с Hervoormde Кегк основным статутом. Но эти пацифисты были обречены на войну. В 1652 году регенты Голландии сочли возможным безопасное возобновление войны против Португалии. Ничего хорошего это им не принесло. Все обернулось окончательной утратой Бразилии в Таборде (26 января 1654 года); в сущности, задеты были интересы гомарианской Вест-Индской компании. Английская война (1652–1654) — следствие Навигационного акта. Вступив в войну ради выгоды, регенты вышли из нее спустя два года, когда обнаружилось, что война стоит дороже, чем мир.
Дебют, таким образом, грозил стать провалом, но Ян де Витт выправил положение. Самое главное, при всеобщем упадке европейской экономики, поразившем великих, маленькая Голландия была привилегированным сектором. Ян де Витт следил за главным — мир на севере, который вернул спокойствие на Балтику, был заключен в какой-то степени благодаря эскадрам Рюйтера наилучшим для голландских интересов образом. Скания Швеции означала Зунд, открытый задешево, защищенный от разорительного датского шантажа.
Голландия оказалась в привилегированном положении. Несмотря на тяготы второй английской войны (1664–1667), расходы на которую провинция Голландия покрыла более чем наполовину за счет займа. Утратой Нового Амстердама[44] она заканчивает ликвидацию владений Вест-Индской компании. Но то, что она потеряла на западе, она наверстала на востоке. Расширяется сеть баз. Происходит водворение Яна ван Рибека в Кейптауне, в Столовой бухте, делавшее возможным контроль за доступом в Индийский океан.
* * *
Тем не менее поражение 1667 года свидетельствовало о хрупкости мировой империи, принадлежавшей одной-единственной провинции с населением в 670 тыс. душ и с 15–16 тыс. кораблей, приписываемых ей Кольбером. Вторым предупреждением стала Деволюционная война, вонзившая французский клин в защитную толщу Нидерландов. Кастель Родриго, наместник в Брюсселе вместо Александра Фарнезе, — уже хоженный путь! Тот же герцог Альба, только именуемый теперь Тюренном или Конде и по национальности француз. Французская угроза способствовала поражению Голландии в войне, которую та выигрывала. Мир в Аахене (май 1668 года) увенчал мнимым успехом поспешное заключение Тройственного альянса (январь 1668 года: Соединенные провинции, Англия, Швеция). Впервые протестантский фронт севера оказался на пути французской экспансии. Горделивая медаль 1668 года по праву могла провозглашать: «Примирив королей, сохранив свободу морей, силой оружия принудив к миру и водворив порядок в Европе, Генеральные штаты Соединенных провинций Нидерландов отчеканили сию медаль». Французский тариф 1667 года на оборотной стороне указывал для понимающих на начало смертельной борьбы. В 1672 году голландские регенты оказались одни перед самой серьезной угрозой, которой они когда-либо подвергались со времен Александра Фарнезе. Каким бы ни был патент гениальности, которым Спиноза, тесно связанный с республиканской партией, жаловал Яна де Витта, слепота великого пенсионария, одураченного Гюгом де Лионном (1671), затем Арно де Помпонном, выдавала хранимую судьбой посредственность. Князья, Англия, Франция находились в состоянии войны, остальная Европа соблюдала нейтралитет — благожелательный по отношению к Франции Людовика XIV и полный ненависти к Республике, гигантская армия (150 тыс. человек), которая через Льеж, Кёльн и Мюнстер атаковала на востоке. Обезоруженная, разобщенная, изолированная страна выглядела заманчиво. Инертное правительство не имело авторитета. Вторжение начинается с востока. При поддержке подозрительных католических меньшинств Гельдерн, Утрехт и Оверейссел без сопротивления попадают в руки армий Тюренна и Конде. Поначалу правительство думает только о капитуляции. Генеральные штаты 15 июня предлагают Генералитетские земли. Кроме этого, Людовик XIV потребовал часть Гельдерна и, что еще более оскорбительно, как некогда Филипп IV, — повсеместной свободы католического культа.
Ответом на прямолинейность Людовика XIV стал всплеск из глубин твердой, самой «кальвинистской» части Убежища — Зеландии; 2 июля его лидер, молодой Вильгельм Оранский, был провозглашен статхаудером Зеландии, 4 июля — статхаудером Голландии, 8 июля — капитаном и генерал-адмиралом. Ян де Витт пострадал в результате первого покушения 21 июня. Двадцатого августа он был забит ожесточенной толпой. Пять провинций частично или полностью были захвачены. Старое Убежище снова оказалось за незащищенными дамбами.
Благодаря мужеству своего народа, искусности своих моряков, ведомых великим Рюйтером, благодаря таланту принца Оранского, одного против всех, Голландия правнуков морских гёзов устояла, выждала и выиграла. В 1673 году силы французского вторжения были вытеснены, в то время как в Англии против прокатолического Стюарта, союзника Людовика XIV, сработал рефлекс протестантского народа в этой экономической войне нового времени, которая к тому же была последней из религиозных войн: возможно, она и развязала во Франции процесс, завершившийся драгонадами и отменой Нантского эдикта. В феврале 1674 года был подписан мир с Англией. Поначалу одна против объединенной усилиями Франции Европы, Голландия закончила войну во главе Европы, впервые объединенной против Франции.
Голландия превозмогла поражение; но, победив, она так и не оправится от своей победы. В 1677 году Вильгельм взял в жены Марию, племянницу Карла I, дочь Иакова Стюарта, наследника-католика. Был дан ход процессу, который через двенадцать лет привел статхаудера на английский трон. В сообществе морских провинций Голландия отошла на второй план. Отход в сторону победоносных Соединенных провинций объясняется целым рядом факторов. Масштабом понесенных потерь, опустошением страны, падением восточных курсов. Тезаврацией в денежной форме, в виде столового серебра голландские буржуа изымают из процесса капиталистического роста, как Франция через продажу должностей, все большую и большую часть своих барышей. Таким образом, тезаврация сдерживала возможности капитализации.
